Цитаты из книг автора «Ева Никольская»

– Я не… – Не хотела выпрыгнуть из окна? – Именно! – Хм… А было похоже, что как раз это ты и собиралась сделать, – сообщил он, скрестив на груди руки. Большие, сильные, с рельефной мускулатурой и загорелой кожей, по которой вился узор сложных татуировок. – Вы издеваетесь? – немного помолчав, прямо спросила я, сама не заметив, как вновь перешла на вежливую форму общения. – Разве что самую малость. – Краешек его губ дрогнул в намеке на улыбку. – Не злись, Белоснежка, это был просто рефлекс. С твоими замашками и нежеланием выходить за меня замуж… подумал, что ты решила красиво свести счеты с жизнью. – Я вам не доставлю такого удовольствия, милорд, – скрипнув зубами, ответила ему. – Ловлю вас на слове… леди, – снизошел до нормального обращения и он. Больше мы не разговаривали

. Скала, а не мужик! И чем его пронять? – Так что же я? – продолжая смотреть на меня, как на разбушевавшегося хомячка, поинтересовался милорд. – Не смей меня больше хватать… за шкирку! – озвучила свое требование я. – Хорошо, – легко согласился он, но едва я опустилась на обитую бархатом скамью, на которой сидел, хлопая глазками, проснувшийся Персиваль, мужчина добавил: – Буду хватать за все остальное, когда ты в следующий раз снова попытаешься покончить с собой

Динь… поверь! Людям важно кого-то любить. Счастье – дверь, Просто нужно решиться открыть.

зеленый – магия растений, желтый – магия света, красный – магия огня, цвет морской волны – магия воды, лиловый – магия иллюзий, голубой – магия воздуха, золотой – магия истины, темно-синий – некромантия, коричневый – магия земли, серый (стальной) – магия металла, дымчатый – магия душ. Черный и белый – нейтральные цвета, не имеющие соответствующего вида магии.

Не так ты и безнадежна, как я думал, раз сумела с помощью любовной магии превратить агрессию в нечто… – Он задумался, подбирая слово. – Развратное, – буркнул леший, об которого терся шустрый корешок. – Непристойное…

– Йа-а-ад? – взвыла я, чуя, как задергался глаз. – У нас еще и мухоморчики маринованные есть, прислать? – Ребят, вы кто такие-то? – спросила я. – Орсизы мы, слыхала? – Нет. И чем занимаетесь, кроме изготовления йадов? – Сказки сочиняем, иногда даже рассказываем. Ну и так, по мелочи, – ответили мне. – Придешь вечерком, покажем. – А варить я что буду? – сглотнув, уточнила у них. – Тоже йад? – Нет, кактусовку! – радостно сообщили пискуны, явив моему взору свои мордочки ярко-синего и зеленого цвета. Острые ушки чуть подрагивали, прислушиваясь, черные пуговки носов шевелились, принюхиваясь, а мелкие зубки скалились в радостных улыбках. Размером странные создания вряд ли превышали кошек, да и внешне чем-то на них смахивали, а еще на пустынных лисичек с совершенно неуместными маленькими рожками на гладких лбах. – Хозяину мать целый сундук кактусов прислала. А мы ему мыши-мазохисты, что ли, чтобы плакать, колоться, но сырыми их грызть? – заявил синий. – Вот напиток сварить высокоградусный – это да-а-а, – согласно покивал зеленый и, состроив жалобные щенячьи глазки, спросил: – Сваришь, Эллис? После заката, да? Я кивнула, поймав бутыль, которая так и продолжала спускаться, миновав меня. Снова покосилась на друида, нахмурилась – не нравились мне его странные пассы и колючий взгляд. Подняла глаза на мохнатых малышей и спросила: – А вы можете помочь мне вернуться сейчас на полигон?

– Привыкла? – В процессе. – И как теперь? Все еще не нравлюсь? – спросил Варг вроде бы равнодушно, но я почувствовала, как напряглось его тело. – Нравишься, – призналась со вздохом. – Но иногда так бесишь, что убить готова!

Ты… ты невыносимый, знаешь об этом?! – Уголки его рта дернулись, рисуя намек на улыбку, но отвечать супруг не стал. – Самоуверенный, самовлюбленный, надменный, жуткий тип!

Даже жаль, что зор-зарам сон не нужен, – время бы скоротала, ожидая финала этой героической битвы добра со злом, то есть бобра с козлом, на которых очень смахивали твердолобый рыцарь и его наглый противник.

Женщины вообще создания странные, – сделав глоток вина, отозвался Ритэр. – Видят то, чего в помине нет, а не то, что очевидно.