«Ты можешь учиться в Боготе, – говорил он, – но только если ты следуешь моим условиям. Ты обязуешься возвращаться домой каждые три месяца. Все твои перемещения – под моим контролем. Ты подписываешь договор о строгих обязательствах по защите семьи и бизнеса. В случае нарушения этих условий – всё твоё образование, финансовая поддержка и, в конечном итоге, будущее будут под угрозой, Руи. Мой контроль – это моя гарантия, что ты останешься жив. Только при таком условии ты сможешь делать то, что планируешь, стать настоящим человеком, и это позволит сохранить нашу семью, потому что семья – это всё, что у нас есть, и её безопасность превыше всего».

Хотел того брат или нет, выбор был очевиден. Он знал, что его ждёт – отказаться от контроля и охраны отца означало бы для него опасность.

Уже осенью Руи был в другом городе и благополучно начал обучение. Со временем я помогла этому смышленому парню открыть собственную автомастерскую, а затем ещё одну. Это позволило ему стать более независимым в глазах отца. Он старался – и это было достойно, это было по-мужски.

Тогда мы не знали сколько это все продлится, тяжело ли будет. Такова была история нашей семьи – история о любви и преданности, о борьбе и выживании.

СЕМЬЯ

Микаэль Эмори Марсала – 25.03.1930 – 10.12. 2003

Аврора Даниэль Марсала (в девичестве Мартинес Дельгадо) – 07.07.1933– 04.04.1985

Сесилио Ауро Марсала 28.10.1960 -

Хулио Роке Пенья Акоста 16.07.1942 – 29.01.1999

Гаэль Марта Рамирес Дос Сантос 05.02.1943 – 17.06. 2012

Арэсели Сая де Марсала (в девичестве Пенья Рамирес) 14.02.1962 -

Луис Мартин Марсала Пенья 05.09.1990

Анна Мануэла Марсала Пенья 10.04.1997

Руи Фонси Марсала Пенья 06.05.2000

Розмари Роми Марсала (в девичестве Браун) (жена старшего сына Луиса) 24.11.1996

Глава 1.

(приблизительный план 1 и 2 этажа поместья «Casa verde»)

23 апреля 2023 год

Анна:

В семь пятьдесят три утра, сидя в своей машине на подъездной дорожке перед нашим домом, наблюдаю, как дождь заливает панорамные окна крыши веранды. Сезон дождей в этом году начался раньше. Фамильный особняк и его внутренний двор коконом окружает густая растительность, выстраивая плотную стену. Темно от плотно сбитых в одно полотно туч, в животе завязывается клубок переживаний. До входной двери десяток шагов, которые я не планировала проходить в ближайшие месяцы. Глубоко вдохнув и выдохнув, открыла дверь машины и рывком вышла.

– Нина, доброе утро! Если бы ты знала, как я рада тебя видеть, – та самая Нина, которая вырастила нас с братьями.

– Мисс Анна, добро пожаловать! Вы так прекрасно выглядите, сияете, как самая яркая звезда. – Она взяла мой зонтик и встряхивая убрала в подставку к еще одному такому же мокрому зонту.

– Как твоя дочь? – я обнимала ее крепче, чем кого-либо на этой планете.

– Спасибо, что интересуетесь милая. Пиа в полном порядке, учится и работает, – она держала мою руку в своих и поглаживала большим пальцем.

– Передавайте привет малышке. Нина, у нас еще гости? – указала я взглядом на подставку с еще одним мокрым зонтом. – Да, мисс. Мистер Марсала младший приехал пару часов назад.

– Нина, о каком мистере Марсала младшем ты говоришь? – я улыбнулась ей, беря ее ладони теперь уже в свои руки. – У него молоко на губах еще не обсохло, чтобы так его называть, – мы тихо, смеялись пока я разравнивала складки на платье и пиджаке.

Нина посвятила больше тридцати лет жизни нашей семье. Сильная духом женщина, неуязвимая и одновременно чуткая, заботливая она была и навсегда останется маяком, лучом доброго света в мире, который окружает меня. Она давала нам мороженное, когда отец наказывал, читала книги, когда родители уезжали на свои важные встречи, рассказывала о разных странах и пела, когда мы грустили. Нина была рядом, когда лились слезы и раздавались выстрелы, она была рядом, когда Луис уехал, была рядом всегда. Легкой улыбкой и поглаживанием по руке Нина возвращала к жизни снова и снова. Она знала, что Марсала держат под своим контролем половину наркотрафика на континенте, контролируют большую часть Карибского побережья, сотрудничают с крупнейшим картелем Мексики наживая себе еще большие проблемы. Мы буквально варились в чане с огнем у всех на виду. Она была и остается верна, чтобы не происходило. Родители уважали ее и это до последнего заставляло меня уважать их в ответ. Они помогли ей с обучением дочери, когда она потеряла мужа. Помогли с жильем. Это вселяло в меня веру о их искренности.

– Нина, куда мне проходить? – в нашем огромном доме было через-чур много мест для завтрака. Я не приезжала сюда около года и не планировала, если бы у отца не появилось желание серьезно поговорить. Он не из любителей вести беседы и вообще, его жесткость, а также не терпение опозданий не оставляли шансов на здоровую психику.

– Мадам Арэсели решила, что большая веранда сегодня будет подходящим местом.

– Спасибо Нина, – снова глубоко вдохнув и выдохнув, я все же решила снять свой черный пиджак и еще раз осмотрев себя в зеркале отдала его Нине. На мне по воспоминаниям было платье из плотного атласа цвета слоновой кости приблизительно на двадцать сантиметров выше колена и бежевые туфли лодочки на слишком высоком подъеме. Не самый лучший выбор для влажной и душной Колумбии, но в нашей семье было принято выглядеть красиво, а не комфортно.

Веранда с панорамными окнами от пола до потолка являлась настоящей жемчужиной особняка. Ее архитектура и дизайн были продуманы до мельчайших деталей, и это было ясно с первого взгляда. Здесь располагалось уютное место отдыха, где можно было насладиться прекрасным видом на окружающий ландшафт. Полы из бразильского ореха придавали помещению элегантный теплый оттенок, а мебель из массива палисандра была настоящим произведением искусства. Благодаря такому сочетанию создавалось невероятное чувство покоя и гармонии.

В помещении, вдоль высоких стен, где время складывается в прошлое, а воображение оживает, размещены полки с книгами, создавая живописный пейзаж из литературных шедевров. Темно-деревянные столики, стояли вдоль панорамной стены, в плотную к кирпичной кладке отделяющую одно огромное окно от следующего. Украшенные изящной резьбой и изысканными узорами, располагают на своей поверхности различные антикварные предметы, словно передавая истории и секреты прошлых эпох.

Первый столик, с круглым мраморным верхом, восхищает своим блеском и изысканностью. Здесь приветствуют появление декоративного перо с золоченым держателем, напоминающего о временах, когда письма были настоящим произведением искусства. Рядом с ним находится антикварная фарфоровая чашка, обильно украшенная тончайшими росписями, говорящая о своем происхождении из далеких восточных стран.

На втором столике, похожем на изящный столик-комод, размещается коллекция древних монет. Золотые и серебряные, они все из разных эпох и государств лежат, словно ожидая своего исследователя. Рядом с ними находится маленькое старинное зеркальце, украшенное узорчатой рамой, в котором можно увидеть отражение прошлого, встретиться с лицами давно забытых людей.

Третий столик, сделанный из натурального дерева с глубокими гравюрами, демонстрирует ценные артефакты с различных уголков мира. Здесь представлены древние камни, сделанные мастерами-ювелирами, и уникальные украшения, которые черпают свои корни из таинственных племен далеких земель. Возле них, словно признание старины и редкости, располагается маленькая ваза из фарфора, украшенная деликатными цветочными мотивами.

Последний столик в этой книжной, нумерологической, стеллажной стране представляет собой миниатюрный кабинет чудес. Тут находится старинное граммофонное шоу, приветствующее своим достоинством и неповторимым звучанием. Рядом с ним стоит конторка, украшенная перьями и чернилами, напрямую связывающими нас с темными веками каллиграфии и письма.

Также, много внимания привлекали большие, яркие светильники, привезенные из замка в глуши Германии. Они добавляли в интерьер мистического очарования и создавали приятное освещение в вечернее время.

Величественная атмосфера, высокий уровень комфорта делали дом идеальным местом для любых встреч. Большая часть интерьера была выполнена в зеленых и коричневых тонах, чтобы создать атмосферу спокойствия и естественности, как рассказывал дедушка своему сыну. Эти цвета хорошо сочетались с натуральными материалами, использованными в отделке, и подчеркивали их красоту. Дом действительно выглядел роскошно, чувствовался вкус человека, который над ним работал.

Мне казалось, единственное, что почувствует мое сердце, увидев спустя несколько месяцев разлуки семью и сидя за общим столом на нашей веранде, будет грусть или печаль, но нет, сейчас губы растягивались в улыбке, а сердце бешено отбивало ритм. Я без чувства неловкости перед собой признала, что все-таки скучала по семье и дому. Мне хотелось обнять младшего брата и маму, которой всегда не хватало.

Хотелось поговорить с отцом, которого я всегда боялась без всяких споров и приказов. В нашей жизни таких наивных моментов почти не было, их можно было по пальцам пересчитать.

Проходя длинный, широкий коридор ведущий к веранде, рассматривала фотографии и самых разных людей на них. Меня не интересовали все эти люди, наигранно улыбающиеся в мыслях, крутились воспоминания: папа, рассказывающий своим детям о надеждах дедушки при строительстве особняка. Мики мечтал, что в нем вырастут его внуки, правнуки и еще не одно поколение. «Casa verde» много лет был свидетелем самых разных событий, вкусных ужинов, вопросов без ответов, семейных традиций, расставаний и встреч, в нем всегда кто-то громко смеялся и также громко плакал. Я искренне всегда убеждала себя, что этот дом будет местом, куда можно вернуться и тебя встретят, обнимут и накормят. Место, где ты сможешь быть самим собой, но все-таки ошибалась. Я так отчаянно и долго пыталась ощутить наш дом действительно местом спокойствия, тишины, любви, что не заметила, как выросла и приняла реальностью перестав жить в иллюзии. Вспоминая прошлое до сих пор, не знаю, как отношусь к «Зеленому дому». Огромный, старый особняк с десятком ненужных и огромных комнат. Красивый, запутанный и всегда пустой. Таким его запомнила. Бесконечно уважала, но предпочитала сторониться и избегать.