Глава 6

Прерванный поединок

– Смотрите, кузина, как высоко поднялся Роланд! – захлёбываясь от восторга, Жиль запрокинул голову, так что его шапочка едва не свалилась на землю.

В свою очередь, Луиза бросила взгляд на хмурившееся небо, в котором парил белый сокол, а затем посмотрела на своего спутника. Ещё вчера перед балом племянник Изабель был представлен королеве. Симпатичный мальчик понравился англичанке, и она приказала зачислить его в число своих пажей. Однако сейчас было раннее утро, и девушка решила прогуляться по садам Турнеля, тихим и пустынным в такое время.

Стояла типичная погода для середины ноября и землю слегка подморозило. Но раскрасневшийся Жиль явно не чувствовал холода.

– А Вам нравится Роланд, мадемуазель Болейн? – обратился он затем к Мэри, напросившейся идти с ними.

– Да, – равнодушно ответила та, кутаясь в шерстяную пелеринку.

– Кузина, приманите его! – не унимался Жиль.

Подняв вверх перо цапли, девушка стала звать сокола. Едва тот опустился на её перчатку, как мальчик попросил:

– А можно мне его подержать?

Получив желаемое, маленький бретонец осторожно погладил птицу по оперению:

– Ну, разве Роланд не красавец?

Взглянув на сокола, а потом на Жиля, которому очень шёл пурпурный кафтанчик с белой опушкой, Мэри, наконец, улыбнулась. Луиза же любовалась грациозными лебедями, не имевшими возможности улететь из-за подрезанного оперения, которые плавали в тёмной воде канала. Одновременно она слушала Мартину. Вчера та ходила в дом Льва по поручению девушки и теперь делилась с ней последними новостями оттуда. Ненароком вдова упомянула, что встретила на улице Розье Шарля.

– Зачем мой брат приходил туда? – удивилась девушка.

– Не знаю, мадемуазель.

Луиза ощутила досаду. Не из-за Агнес ли Шарль навещал банкира? Впрочем, вчера брат дал ей клятву…

После паузы девушка оглянулась по сторонам:

– А где господин де Лорьян и мадемуазель Болейн, кормилица?

– Вон они! – Мартина махнула в сторону, где между деревьями действительно мелькал яркий кафтанчик и голубая пелеринка.

И тут же добавила:

– Лучше бы Вам не привечать эту девочку, мадемуазель.

– Почему?

– Уж я-то вижу, как она стреляет глазами в сторону мужчин.

– Но мадемуазель Болейн гораздо старше племянника баронессы де Оре.

– А я имею в виду не его…

Не успела Луиза ничего ответить вдове, как её окликнул Томас Болейн:

– Я решил навестить дочь, но мне сказали, что Мэри ушла с Вами на прогулку.

– Надеюсь, Вы не против этого.

– Нет. Моя дочь очень хвалила Вас.

– Великолепное вчера было празднество, не так ли? – после паузы добавил англичанин.

– Да, именно так я представляла себе Камелот и королеву Гвиневру.

– Брэндон тоже был великолепен в роли Ланселота.

– Мне показалось, что королева очень расположена к герцогу Суффолку.

Посол бросил на Луизу хитрый взгляд:

– Дело в том, что его отец, простой знаменосец, закрыл своим телом покойного короля в битве при Босворте и тот поклялся умирающему позаботиться о его сыне. Поэтому Брэндон воспитывался с королевскими детьми и подружился с ними. А после смерти Генриха VII стал главным шталмейстером двора и герцогом Суффолком. Сейчас его называют вторым человеком в Англии после короля.

В голосе Болейна послышалась зависть. Затем, напыжившись, он добавил:

– Впрочем, я тоже был не последним человеком при дворе Генриха VII, который поручил мне сопровождать свою старшую дочь, принцессу Маргарет, в Шотландию к её будущему мужу Иакову IV. Во время этой поездки я подружился с графом Сурреем, сыном герцога Норфолка, который выдал за меня свою дочь. И моя Лизи рожала каждый год.

– Вероятно, у Вас много детей…

–До сегодняшнего дня дожили только трое. Кроме Мэри и Анны у меня есть сын Джордж. Вместе с моей женой он остался в нашем родовом поместье Хивер в Кенте. А когда умер мой отец, ко мне перешли ещё его пятнадцать поместий. За год до смерти Генриха VII я был назначен эсквайром при теле короля. Это очень почётная должность. Новый король тоже обратил внимание на моё усердие и через год я стал кавалером Ордена Бани, хранителем Обменной лавки в Кале и иностранной биржи в Лондоне, а ещё – шерифом Кента, констеблем Норвичского замка. А потом меня назначили послом при дворе дочери императора, правительницы Нидерландов, где я вёл переговоры о браке Карла Австрийского с Мэри Тюдор. Тогда мне удалось уговорить Маргариту Австрийскую взять на воспитание мою младшую дочь, в то время как старшая должна была приехать туда в свите принцессы. Однако Господь распорядился иначе. Мы с Мэри оказались во Франции, Анна же осталась в Мехелене.

– Но Ваши дочери ещё так молоды…

– Их мать – из рода Говардов, потомков Плантагенетов, поэтому мои дочери рождены не для поместья. К тому же, Анна очень понравилась наместнице и что мешает Мэри добиться такого же успеха в Париже?

Забрав дочь, посол ушёл. Луиза же, ещё немного погуляв с Жилем, двинулась следом.

В это время со стороны главного корпуса в сопровождении небольшой свиты появился король. От своей тётки Луиза слышала, что в молодости Людовик был красив и пользовался успехом у женщин. Но сейчас, когда он шёл, еле передвигая ноги, то выглядел на все семьдесят. Только добрые глаза придавали его лицу некоторую привлекательность.

За королём семенила розовощёкая кормилица, которая несла на руках четырёхлетнюю принцессу Рене, и баронесса де Оре. Внезапно принцесса воскликнула звонким, словно серебряный колокольчик, голоском:

– Хочу птичку!

– Вам ещё рано иметь сокола, дочь моя, – возразил король.

Но Рене, не слушая его, потянулась ручонкой к Роланду, которого нёс Жиль, и сбила с головы птицы колпачок. Сокол немедленно взмыл ввысь, а принцесса от неожиданности вскрикнула.

– Вот видите, до чего доводят капризы.

После этих слов Людовик добавил:

– Ваша покойная матушка королева была бы недовольна Вами.

– А моя новая матушка мне всё позволяет, – дерзко ответила девочка.

Видя, что король нахмурился, тётка Луизы сочла нужным вмешаться:

– Мадам, мой племянник вместе с соколом мог бы сопровождать нас завтра во время утренней прогулки, если только Вы будете послушны.

Взглянув на мальчика, принцесса застенчиво кивнула.

– А теперь отнесите-ка мою маленькую обезьянку назад, – распорядился Людовик. – И слушайте госпожу де Оре, Рене. Она сделает из Вас такую же благовоспитанную девицу, как Ваша сестра.

После удаления принцессы король обратился к Луизе:

– Графиня де Сольё уже уехала из Парижа?

– Да, сир.

– Не огорчайтесь, – утешающим голосом произнёс король. – Здесь есть люди, которые о Вас позаботятся.

– Мой дядя, и его супруга очень хорошо относятся ко мне, сир. Хотя и не могут заменить мне родителей.

– Вы, наверно, скучаете по своей семье? – помолчав, снова спросил Людовик.

– Очень, сир. И по Монбару – тоже.

– Значит, Вы были счастливы там?

– Да, сир.

– А больше Вы ни по кому не будете скучать? – со странной настойчивостью продолжал допытываться король.

– Нет, сир, – с недоумением ответила девушка.

– В таком случае, Вы скоро привыкнете к Парижу.

Затем, бросив взгляд на руку Луизы, с которой та ещё раньше поспешила сдёрнуть перчатку, он заметил:

– Какой красивый перстень!

Не ограничившись этим, король взял девушку за руку:

– За всю мою жизнь мне довелось видеть только один такой. Это Ваша фамильная драгоценность?

– Да, сир. Его подарила мне матушка, баронесса де Монбар, – ответила смутившаяся Луиза, которая забыла снять перстень.

Людовик словно нехотя выпустил её руку:

– С Вами приятно беседовать, мадемуазель. Поэтому мы как-нибудь продолжим наш разговор.

Кивнув Луизе, он удалился всё той же шаркающей походкой. Проводив взглядом короля, девушка спросила у Жиля:

– А где Роланд?

– Я заметил, что он полетел туда! – мальчик махнул рукой в противоположную сторону.

Приказав Мартине дожидаться её на аллее, Луиза вместе с племянником Изабель принялась внимательно осматривать ближайшие деревья. Постепенно они добрались почти до самой ограды с решётками, через которые дворцовые каналы соединялись с Сеной. Вдруг Жиль воскликнул:

– Вон Роланд, кузина!

Проследив за его взглядом, Луиза и вправду заметила сокола, который, покружившись над ними, неожиданно влетел в открытое окно заброшенного флигеля.

– Я поднимусь туда, а Вы стойте здесь, кузен, – приказала она мальчику.

Обойдя кругом, Луиза проникла в галерею и остановилась у входа, пытаясь разглядеть в полумраке Роланда. Но тут за её спиной раздались чьи-то шаги. Оглянувшись, девушка встретилась взглядом с Бонниве, другом Ангулема.

– Как Вы здесь оказались? – отступив на шаг, пролепетала Луиза первое, что ей пришло на ум.

– Как обычно, через дверь, – усмехнувшись, ответил тот.

После чего всё же счёл нужным пояснить:

– Я вместе с братом делал утренний обход дворца и он попросил меня осмотреть этот флигель. Сначала поручение Артюса показалось мне скучным. Но теперь я ему очень признателен.

– Почему?

– Потому что я давно искал встречи с Вами наедине, Прекрасная бургундка!

– Как Вы меня назвали? – переспросила Луиза, преодолевая безотчётный страх.

– Прекрасная бургундка. Это Флеранж дал Вам такое прозвище. Однако я слышал, что он ничего от Вас не добился и посему сам решил попытать счастье.

– Надеюсь, Вы не откажете мне? – добавил он с томным видом.

– Прошу Вас, оставьте меня! – воскликнула девушка, как только Бонниве попытался обнять её за талию.

– Ты не проведёшь меня, красотка! Наверняка у тебя здесь назначено свидание. Поэтому, если не хочешь лишнего шума, то позволь и мне отведать твоих прелестей!

Прежде, чем Луиза успела снова открыть рот, любимец Ангулема втолкнул её в ближайшую комнату. Помещение, в котором они оказались, было почти пусто. Лишь в углу лежали какие-то тюки. Опрокинув на них девушку, Бонниве стал отвязывать свою шпагу. Тем временем Луиза пришла в себя и попыталась подняться. Когда же мужчина вторично повалил её, она принялась отбиваться. Но это, казалось, ещё больше распалило насильника, и тогда дочь барона де Монбара издала отчаянный крик. В ответ Бонниве зажал ей рот ладонью. Между тем из-за их возни от тюков в воздух поднялось целое облако пыли и обидчик Луизы, не выдержав, громко чихнул. Внезапно кто-то схватил его за шиворот и отбросил в сторону от девушки.

– К сожалению, я не могу пожелать Вам доброго здоровья, сеньор Бонниве!

– Ступайте к дьяволу, де Оре! – после паузы пробурчал тот.

– Я сам Вас с удовольствием к нему отправлю! – спокойно отпарировал Артур и, протянув руку Луизе, помог ей подняться.

– Не сейчас и не здесь, – добавил пасынок барона де Оре, заметив, что его соперник положил руку на рукоять шпаги. – О времени и дне нашего поединка мы договоримся позднее. А сейчас Вы должны извиниться перед моей кузиной.

– Вы так печётесь о её чести, что можно подумать, что она Вам больше, чем кузина.

– Так оно и есть.

– Ну, тогда я прошу у Вас прощения, мадемуазель де Монбар! – нехотя сказал приятель Ангулема.

– Я Вас прощаю, – поспешно ответила Луиза. – И, в свою очередь, прошу вас не драться из-за меня!

– Что касается меня, то я согласен.

– А я – нет! – отрезал Артур.

– Умоляю Вас, кузен!

Не выдержав молящего взгляда девушки, молодой человек, наконец, кивнул:

– Хорошо, только ради Вас!

После чего, повернувшись к своему сопернику, добавил:

– Хотя моя кузина даровала Вам своё прощение, я должен сказать, что считаю Вас недостойным звания рыцаря!

Произнеся эти слова, Артур вывел Луизу в коридор. Но тут Бонниве, выскочив за ними следом, закричал:

– Стойте, де Оре! Вы возьмёте свои слова назад или мы будем драться прямо сейчас!

В свой черёд, достав из ножен шпагу, пасынок барона де Оре сказал Луизе:

– Вам необходимо уйти отсюда, кузина!

Однако девушка не сдвинулась с места и через минуту с ужасом увидела, как два стальных клинка, встретившись в воздухе, издали ужасающий скрежет.

– Что здесь происходит?

Всецело занятые друг другом, противники не заметили появления Гриньо со стражей. Узнав последнего, Луиза бросилась к нему:

– Прошу Вас, прекратите этот поединок, сеньор де Буази!

Поняв, в чём дело, тот сердито произнёс, обращаясь к брату:

– Чёрт возьми! Ты, что, спятил, Гильом? Ведь обнажение оружия в королевском дворце приравнивается к государственной измене!

Опусти шпагу, тот ответил:

– Я был вынужден сделать это.

– Да, это так, – в свой черёд, заметив вопросительный взгляд старшего брата Бонниве, подтвердил Артур.

Оглянувшись на маячивших за его спиной стражников, Гриньо приказал им отойти на несколько шагов. Сам же приблизился к соперникам и, понизив голос, сказал:

– Пока не поздно, спрячьте-ка шпаги в ножны и пожмите друг другу руки. А я постараюсь, чтобы о Вашей глупости никто не узнал!

Некоторое мгновение Артур и Бонниве молча мерялись взглядами. А потом пасынок барона де Оре твёрдо произнёс:

– Я не могу этого сделать!

– И я – тоже! – поддержал его противник.

– В таком случае, я арестую вас обоих, чёрт возьми!

По знаку Гриньо стражники окружили поединщиков, и Артур первым отдал свою шпагу начальнику охраны королевы.

Как только их увели, брат Бонниве сердито поинтересовался у Луизы:

– А Вы что здесь делаете, мадемуазель?

Выслушав девушку, Гриньо уже более мягко добавил:

– Ступайте к себе. Я сам поищу Вашего сокола.

– Но что будет с моим кузеном, сеньор?

– Не волнуйтесь. Пусть он вместе с моим братом посидит в караульне и остынет. А потом я их отпущу.

Едва Луиза вышла в коридор, как к ней подбежал Жиль:

– А где Роланд, кузина?

В суматохе последних событий девушка совсем забыла о племяннике Изабель.

– Как Вы здесь оказались, кузен?

Выяснилось, что сначала мальчик терпеливо ждал Луизу под окном флигеля, пока там его не отыскал Артур. Когда же молодой человек отправился на поиски девушки, Жилю стало скучно и он побрёл следом. Однако в коридоре столкнулся со стражниками, которые как раз вели арестованных.

– Моего кузена посадят в тюрьму? – испуганно спросил он у девушки.

– Нет, его скоро отпустят.

В этот момент на галерею выскочил Гриньо. Причём лицо его почему-то приобрело кирпичный оттенок, а глаза, казалось, готовы были вот-вот выскочить из орбит. Не заметив Луизу с мальчиком, начальник охраны королевы пронёсся мимо, словно его ошпарили кипятком. С удивлением посмотрев ему вслед, девушка решила вернуться назад, так как в руках у брата Бонниве не было сокола. Жиль сразу же побежал к окну, в то время как Луиза внимательно осматривала потолок и стены. Вскоре она обнаружили беглеца, сидевшего на железном держаке для факела. Занятая ловлей птицы, девушка не видела, чем занимался в это время племянник Изабель, хотя до её ушей донёсся какой-то шум. Словно где-то скрипнула дверь.

Однако, поймав Роланда, она поспешила позвать мальчика. Теперь уже ничто не мешало им оставить заброшенный флигель. Вместе с соколом Луиза быстро двинулась по галерее, в то время как Жиль тащился следом. Видя это, девушка остановилась:

– Что с Вами, кузен?

Внезапно щёки мальчика стали такого же цвета, как его кафтанчик, и, опустив голову, он, запинаясь, сказал:

– Я ни в чём не виноват, кузина!

Так как Луиза имела большой опыт общения с младшими братьями и сёстрами, то сразу заподозрила неладное:

– Так что же случилось?

Оказалось, пока она искала сокола, мальчику послышался из-за одной двери стон.

– И Вы заглянули туда? – догадалась девушка.

– Да.

– Кого Вы там увидели?

Немного помолчав, племянник Изабель затем вдруг выпалил:

– Голую королеву!

Со слов Жиля Луиза поняла, что он застал Марию Тюдор в объятиях какого-то мужчины. Однако те, всецело занятые друг другом, не заметили мальчика, который поспешил закрыть дверь. Хотя Жиль не разглядел любовника англичанки, девушка почти не сомневалась, что это был Суффолк. Тут она вспомнила и о подозрительном поведении Гриньо. Но если брат Бонниве видел то же, что и мальчик, то королеве и послу грозила смертная казнь. Ведь начальник Шарля принадлежит к партии Ангулема и вряд ли станет покрывать неверную супругу Людовика. Все эти мысли с быстротой молнии пронеслись в голове у Луизы. Подумав, что мальчику не следовало впутываться в эту историю, она сказала:

– Пообещайте мне, кузен, что Вы никому не скажите о том, что видели!

– Хорошо, кузина, – серьёзно ответил Жиль.

Затем девушка добавила:

– Нам ещё нужно найти дядю, поэтому давайте поторопимся.