Глава 2

Тётушка и кузен

Управившись с пирогами, Луиза с Агнес отправилась в сад, расположенный за домом. Высокая каменная ограда и окружающие постройки защищали его от пронизывающего ветра. Перед кухней там виднелся небольшой фонтан, откуда брали воду на хозяйственные нужды. Дальше располагался огород. Между грядками были проложены песчаные дорожки, с которых садовник сгребал опавшие листья. А на зелёных шпалерах в конце сада ещё рдели последние розы.

Вначале разговор у девушек вертелся вокруг погоды, пока Луиза не поинтересовалась:

– У тебя есть жених, Агнес?

– Нет, мадемуазель.

– Я тоже ещё не обручена.

– При дворе, наверно, много молодых людей…

– Что из того, Агнес? Всё равно моим мужем станет лишь тот, кого выберут мои родители.

– А моя матушка обещала, что не станет неволить меня, ежели жених не придётся мне по сердцу.

– Да ты счастливица, Агнес. Хотя как-то барон де Монбар, мой отец, пообещал Шарлю, что позволит ему самому выбрать себе жену, если только та будет из хорошего рода и не слишком бедна.

– А я думала, что у господина де Монбара уже есть невеста.

– Ещё нет.

В это время в сад вошёл сам Шарль в сопровождении Эда де Сольё. Несмотря на одинаковый возраст молодых людей и их близкое родство, трудно было найти ещё две такие несхожие натуры. Если брата Луизы отличал чеканный профиль и поджарая фигура, то Эд был склонен к полноте и имел заурядную внешность.

Внезапно встав перед Луизой на одно колено, он мягким голосом произнёс:

– О, прекрасная королева Гвиневра! Ваш верный Ланселот приветствует Вас и ждёт поцелуя в знак того, что Вы его не забыли!

Прежде, чем девушка успела открыть рот, её опередил брат:

– Не забывайте, кузен, что моя сестра – невеста Короля!

Луиза слегка покраснела:

– Это неправда.

– А разве шевалье де Оре не обещал жениться на тебе?

Под влиянием слов брата в памяти девушки промелькнули детские воспоминания.

Дядя Луизы, Амори де Сольё, был капитаном личной охраны Людовика ХII. Причём эту должность он получил как благодаря своему мужеству и отваге, так и удачной женитьбе на Изабель де Лорьян, родственнице и подруге покойной королевы Анны Бретонской. Правда, вдобавок к титулу и поместьям её первого мужа, барона де Оре, Амори пришлось также взять на себя опекунство над пасынком Артуром. Но из-за того, что большую часть времени он проводил в походах, а его супруга занималась воспитанием дочерей короля, Артур и его единоутробный брат Эд с детства жили в замке Сольё. По довольно распространённому обычаю того времени барон де Монбар тоже решил отправить своих старших детей на воспитание к деду. Для своих внуков граф пригласил из Дижона лучших учителей. Кроме того, у Луизы была гувернантка по имени Сесиль. В молодости та входила в свиту Маргариты Йоркской, вместе с которой приехала из Англии, а затем вышла замуж за дижонского купца. Однако её муж разорился и умер в один год с герцогиней Бургундской, не оставив своей вдове ничего, кроме долгов. К счастью, графиня де Сольё предложила Сесиль перебраться в свой замок. С другими вещами бездетная англичанка привезла роман Томаса Мэлори «Смерть короля Артура». Первым приключениями рыцарей Круглого стола заинтересовался Артур и заразил этим своего брата и кузена. Однажды в Сольё приехал барон де Оре с женой, а вместе с ним – родители Луизы и Шарля. Пока взрослые обсуждали свои дела, расположившись в зале возле камина, дети тихо играли в другой его половине. Вдруг Эд подбежал к отцу и попросил у него меч.

– Зачем он тебе понадобился, сын мой? – поинтересовался тот.

– Я хочу посвятить кузена Шарля в рыцари!

– Значит, ты – король Артур? – первым догадался граф де Сольё.

– Да, сеньор. А Шарль – сэр Ланселот!

– Нет, это я король! – тут же воскликнул брат Луизы.

– Но Луиза – королева Гвиневра. А ты не можешь жениться на своей сестре!

– Луиза ведь твоя кузина, Эд, – явно забавляясь, поддразнил внука граф.

– А разве я не могу жениться на кузине?

Вопрос Эда явно застал его деда врасплох. Заметив это, барон де Оре обратился к стоявшему за его креслом пасынку:

– Уймите своего брата, господин де Оре.

Схватив Эда и Шарля за ворот, юноша оттащил их в сторону:

– Вы разве забыли, что король Артур – это я?

Сорванцы тотчас присмирели, в то время как пасынок барона де Оре продолжал:

– Мы ведь уже решили, что ты, брат, сэр Ланселот, а твой кузен – сэр Персиваль.

Несмотря на то, что авторитет старшего брата был для него непререкаем, Эд всё же осмелился спросить:

– А кто женится на кузине?

– Леди Гвиневре полагается быть женой короля, – мельком взглянув на смутившуюся девочку, – кратко, но твёрдо ответил пасынок барона де Оре.

– На Вашем месте я не стал бы разбрасываться подобными обещаниями, – услышав его слова, не удержался от насмешливого замечания хозяин Сольё.

– Вы ведь знаете, сеньор, девиз моего рода: «Верный Богу и долгу». Де Оре всегда держат своё слово.

Через несколько дней после этого разговора барон де Оре с женой уехал из Сольё, забрав с собой сына и пасынка. Как стало позже известно Луизе, Артур вскоре принял с ним участие в очередном походе, а Эда мать пристроила пажом к королеве. Шарль же ещё долго называл сестру «невестой Короля».

Улыбнувшись Эду, Луиза сказала:

– Встаньте, сэр Ланселот!

После чего, поцеловав его, спросила:

– Тётушка тоже здесь?

– Да, она беседует в гостиной с бабушкой.

– Жаль, что нет дяди.

– Барон де Оре с моим братом уже месяц как в Бретани. Там начались волнения, и король отправил его на переговоры с баронами. А потом отец собирался ещё заехать в поместье моего покойного дяди, сеньора де Лорьяна, чтобы разобраться с делами наследства…

– Вы рассказывали о последней итальянской кампании, кузен, – перебил его Шарль. – Может быть, поведаете нам, за что король лично посвятил Вашего брата в рыцари?

В ответ Эд пожал плечами:

– Вы же знаете шевалье де Оре: из него слова не вытянешь. Мне известно лишь, что это произошло после битвы под Равенной, где наши войска разбили испанцев и папу.

– Но если эта битва закончилась победой короля, то почему тогда он ушёл из Италии?

– По словам отца, вернуться нашего государя во Францию заставила высадка на севере англичан и вторжение в Бургундию швейцарцев, посланных наместницей Нидерландов, которая надеялась с их помощью вернуть наследство своего деда Карла Смелого.

– И всё же, мой брат уверен, что мы ещё вернём Милан! – с энтузиазмом добавил Эд. – В следующий раз я тоже отправлюсь в поход!

– И я! – воскликнул Шарль.

Молодые люди пожали друг другу руки. Луиза же после паузы обратилась к Эду:

– Дядя писал, что наш государь очень тяжело перенёс кончину королевы.

– Король и в самом деле долго оплакивал её и я сам слышал, как он жаловался моему отцу, что чувствует себя одиноким.

– Наверно, поэтому король и решил снова жениться?

– Я думаю, что наш господин руководствовался прежде всего государственными соображениями. Ведь покойная Анна Бретонская, к несчастью, так и не родила ему наследника.

– К тому же, идея нового брака принадлежала не ему, а герцогу де Лонгвилю, который находился в плену у англичан и убедил Генриха VIII отдать свою сестру в жёны нашему королю, чтобы, таким образом, укрепить союз между Францией и Англией, – рассудительно добавил сын барона де Оре.

– На месте короля я никогда бы не женился на англичанке, потому что француженки гораздо красивее, – после этих слов Шарль подмигнул Агнес.

– Наша новая королева раньше считалась первой красавицей Англии, а сейчас – чуть ли не самой красивой женщиной в Европе, – возразил Эд. – Правда, она не очень хорошо говорит по-французски. Поэтому, я уверен, что кузина легко добьётся расположения Марии Тюдор. Ведь её гувернантка утверждала, что она говорит как настоящая англичанка.

– А Вы присутствовали на венчании нашего короля? – снова спросила Луиза.

– Да, вместе с отцом и братом.

– Мне хотелось бы знать подробности… Есть ли где-нибудь поблизости скамья?

– В конце сада, – подсказала Агнес.

– А я лучше останусь здесь… с мадемуазель де Нери, – в свой черёд, заметил Шарль.

– Но господин де Нери мне не отец, – слегка покраснев, возразила та.

– Ах, да, я совсем забыл! Как же следует обращаться к тебе?

– Слуги называют меня демуазель Агнес…

– Прекрасное имя! – Шарль снова подмигнул девушке.

Оставив их у колодца, Луиза и Эд двинулись к беседке. Сорвав по пути розу, юноша вручил её кузине. Поблагодарив его, Луиза, в свой черёд, достала из кошелька письмо:

– Это просила передать Вам моя сестра, кузен.

После чего укоризненно добавила:

– Но если Вы хотите знать моё мнение, то лично я не одобряю вашу тайную помолвку с Мари.

– Почему, кузина? Ведь я люблю Вашу сестру и хочу жениться на ней.

– И Вы приняли столь важное решение всего лишь за неделю, когда в августе гостили у нас?

Эд смутился, а Луиза продолжала:

– Если бы Мари сразу рассказала мне обо всём, то я отговорила бы Вас от столь опрометчивого шага. Но так как Вы уже дали слово моей сестре, мне хотелось бы знать, что Вы собираетесь делать дальше?

– Как только мой отец вернётся из Бретани, я поговорю с ним.

Луиза вздохнула. Сама она была уверена, что из Эда получится прекрасный муж и втайне немного завидовала Мари. Но что скажут их родители?

Вскоре молодых людей позвали в дом. В вестибюле Луиза увидела свою кормилицу, беседовавшую с горничной баронессы де Оре. Так как тётка Луизы очень ценила эту пожилую некрасивую женщину, девушка приветливо кивнула на её поклон. Сама Изабель де Лорьян сидела в столовой на стуле рядом со своей свекровью. Траурный наряд, который она носила по своему единственному брату, красиво оттенял её золотистые волосы и голубые глаза, и скрадывал полноту. Но больше всего Луизу восхищало в ней то, что при внешней сдержанности, с годами приобретённой на придворной службе, её тётка никогда не теряла женственности.

– Дорогая племянница! Как Вы похорошели! – обняв девушку, ласково произнесла баронесса.

– Вы тоже прекрасно выглядите, тётушка.

– Но всё же не так хорошо, как Вы, племянница. Должно быть, Вам удалось покорить немало сердец у себя в Бургундии?

Девушка невольно смутилась, не зная, что ответить на шутливый вопрос матери Артура и Эда. К счастью, её выручила донна Мария, которая спросила у своей невестки:

– Скажите, дочь моя, какая сейчас обстановка при дворе? Меня беспокоит, как примут там моих внуков.

Изабель вздохнула:

– Боюсь, матушка, что после смерти мадам Анны у нас всё изменилось не в лучшую сторону. Наша покойная государыня сумела сделать одного из самых легкомысленных принцев верным мужем и мудрым королём. С того дня, как они поженились, он перестал замечать других женщин и думал только о государственных делах. При дворе ещё никогда не царило такое благополучие.

– И как же всё изменилось теперь? – слегка встревоженным голосом осведомилась графиня де Сольё.

– С тех пор, как Мария Тюдор поселилась с королём в Турнеле, распорядок дня стал иным. Вместо того, чтобы ложиться сразу после ужина, королева устраивает танцы до самой ночи. По утрам король встаёт совсем обессиленный и у него едва хватает сил, чтобы сделать несколько шагов по саду. И если потом он не ложится снова в кровать, то дремлет на заседании Совета. Вокруг же англичанки постоянно увиваются молодые люди, и таким своим легкомысленным поведением она подаёт плохой пример фрейлинам.

– А Вы не преувеличиваете, дочь моя?

– Увы, нет, матушка! Если бы не служба мужа и клятва, которую я дала мадам Анне перед её кончиной, пообещав не оставлять принцесс, пока не буду спокойна за их будущее, то я бы уже давно покинула двор.

– Мой сын и так уже большую часть жизни посвятил королевской службе, а Вы – воспитанию чужих детей. Не пора ли вам подумать о себе? К тому же, насколько мне известно, старшая дочь короля недавно вышла замуж и сможет теперь сама позаботиться о себе и о своей сестре.

– Вы ничего не знаете, матушка. Семейная жизнь мадам Клод оставляет желать лучшего.

– Почему?

– Потому что монсеньор Ангулем постоянно изменяет ей. Он не только открыто живёт с несколькими любовницами, но ещё и осмеливается ухаживать за королевой.

– А что король? Неужели он ничего не замечает?

– Наш господин полностью ослеплён своей молодой женой. Ради неё он даже забыл о своей обычной бережливости и не жалеет денег на праздники и балы. А ведь не так давно он был просто убит кончиной мадам Анны.

– Хотя, возможно, именно то, что вопреки желанию королевы Людовик обручил их дочь с сыном покойного графа Ангулемского, и свело её раньше времени в могилу, – добавила Изабель.

– Значит, Анна Бретонская была против этого брака?

– Да, она терпеть не могла вдовствующую графиню Ангулемскую с тех самых пор, когда королеве пришлось рожать в её замке в Роморантене. Луиза Савойская тогда не смогла скрыть радости по поводу того, что мадам Анна родила дочь. Ведь пока у короля нет наследника, её сын ближе всех стоит к трону. К тому же, покойная королева отличалась добродетельностью, а про графиню говорили, что сначала она жила с управителем своего замка господином де Сен-Жиле, а затем – с наставником своего сына маршалом де Жие. Последним же её любовником, по слухам, стал молодой герцог де Бурбон, хотя он и женат на самой богатой наследнице королевства.

– Но как король мог выдать свою дочь за сына такой женщины?

– Устраивая этот брак, наш государь думал не о репутации графини Ангулемской и её сына, а о том, как бы сохранить престол для своих потомков.

– Теперь Вы понимаете, матушка, почему я не могу оставить мадам Клод и мадам Рене на растерзание этой семейки? – добавила затем баронесса де Оре, обращаясь к своей свекрови.

В ответ донна Мария покачала головой:

– С другой стороны, мне будет спокойнее за внуков, зная, что они всегда смогут получить поддержку и помощь…. Кстати, когда я смогу представить их королю?

– Наш государь пока чувствует себя неважно. Но я думаю, что Вам не придётся долго ждать королевской аудиенции.

– Тётушка, а когда король собирается отправиться в новый поход? – не выдержал Шарль.

Переглянувшись с графиней де Сольё, Изабель печально ответила:

– Самый большой подвиг, племянник, который способен теперь совершить наш господин – это дать Франции наследника.