– Говорят, у мёртвых нет ушей, чтобы что-то услышать, и нет рта, чтобы об этом рассказать. Тон мужчины был вежливым, а вот суть его слов – нет. Он имел в виду, что, даже если они двое погибнут здесь, снаружи никто об этом не узнает. Бин обнажила Меч Четырёх Тигров. Она не знала, как долго сумеет продержаться, но, если ей повезёт отрубить противнику руку и ногу, она сможет сбежать. Мужчина, казалось, прочитал мысли Бин и лениво проговорил:

– Меч, который не несёт смерть, ничего для меня не значит, сонби^[10].

Ш-шух.

Их взгляды встретились. Мужчина стоял слишком близко. Казалось, Бин могла разглядеть даже кровеносные сосуды под его бледной кожей. Длинные волосы, наполовину закрывавшие лицо, ярко-красные серьги – всё это было каким-то нереальным. Возможно, именно такой облик приняла бы смерть, обернись она человеком. Как только Бин подумала об этом, её охватило странное чувство дежавю. Такая же мысль появлялась у неё и раньше. Но когда же?

– Кто вы такой?..

Длинные волосы мужчины развевались на ветру. Даже тьма, окружавшая их со всех сторон, казалась светлой по сравнению с ними. Он подбирал слова, чтобы ответить на вопрос Бин, отыскивая подходящий вариант из десятков тысяч возможных.

– Как знать. Считайте меня тем, кто одной ногой стоит в этом мире, а другой – в загробном. – Мужчина говорил монотонно, без какой-либо интонации.

Глаза Бин округлились. Она была уверена, что слышала такой ответ и прежде. В тот же миг в голове, словно молния, вспыхнуло воспоминание:

«Прошу, только спасите его. Я отдам что угодно, только сохраните ему жизнь!» – Это плакала сама Бин, склоняя голову, когда-то в прошлом. Тогда она молила что есть силы, чтобы защитить самого дорогого ей человека.

Выражение лица мужчины в тот день было таким же, как и сейчас. Он безразлично смотрел на Бин, когда она лежала и плакала, умоляя спасти чужую жизнь. Этот взгляд говорил, что для его обладателя ничто в мире не имеет значения.

Бин, хватаясь за подол черного одеяния, снова и снова низко склоняла голову. В конце концов мужчина исполнил её желание. Возможно, для него это была всего лишь мимолётная прихоть.

«Взамен я заберу у него все воспоминания, которые связаны с тобой».

«Хорошо…»

Бин была готова отдать любые воспоминания в обмен на его жизнь, пожертвовать любовью, лишь бы этот человек остался в живых.

Мужчина спас её любимого и вместе с тем запечатал все его воспоминания, связанные с Сомун Бин. Из-за этого её жизнь превратилась в хаос, но Бин ни разу не пожалела о своём решении. Потому что даже в самые трудные времена знание, что она смогла защитить любимого, служило ей единственной поддержкой.

– Пхарё^[11], – произнесла Бин.

Лицо мужчины тут же окаменело. Затем в его глазах промелькнуло изумление, словно он не мог поверить своим ушам, вслед за ним – отрицание. И наконец в них вспыхнул пламенный гнев.

Хвать!

Большая ладонь мужчины стиснула шею Бин. Девушка повисла над полом.

– Откуда какому-то человеку известно моё имя?

Бин, которая изо всех сил пыталась вырваться из его рук, с трудом выдавила тонким голосом:

– Это же вы… ответили на мой зов?

От её слов мужчина замер. Он ослабил хватку, и Бин, воспользовавшись моментом, высвободилась. Кашляя, она упала перед ним на колени.

– Говоришь, я ответил на твой зов?

Бин медленно поднялась и посмотрела ему в глаза:

– Разве вы не помните того ребёнка, который видел мир живых и мертвых, как и вы?

Мужчина непонимающе уставился на Бин.

– Это ведь вы исполнили моё желание. Я просила вас спасти человека, который чуть не умер, потому что был одержим призраками.

– Ты просила спасти чью-то жизнь?

– Да… А вы тогда забрали взамен его воспоминания.

Услышав последние слова Бин, мужчина выдохнул, словно наконец-то вспомнил. Он снова оглядел её лицо так, будто видел впервые. Холодные глаза на мгновение сверкнули.

– Пхарё, вы ведь и тогда ответили, что вы – «тот, кто одной ногой стоит в этом мире, а другой – в загробном», когда я спросила, кто вы.

Когда Бин опять назвала его по имени, Пхарё слегка наклонил голову влево.

– Давненько ко мне никто так не обращался. Точно помню, что была маленькая девочка, умолявшая меня о какой-то чепухе… – Он окинул Бин взглядом сверху вниз. – А ты выглядишь и ведёшь себя не так, как в детстве.

При этих словах Бин оглядела свою одежду. На ней был мужской наряд.

– Думаю, такое одеяние лучше всего подходит, чтобы изгонять призраков.

Пхарё медленно осмотрел лицо Бин. Смелая маленькая девочка с красной лентой тэнги успела вырасти и выбрала свой путь – стала изгонять злых духов. Конечно, вряд ли она сделала это по собственной воле. Даже Пхарё, хоть и не был человеком, прекрасно знал, что люди, рождённые с даром видеть призраков, могли заниматься только чем-то подобным.

– И как же с тобой поступить?

Конечно, следовало просто убить её. Эта девушка знала, как он выглядит и его имя, знала, кто он такой. Но Пхарё почему-то колебался.

– Вы и сейчас спасли мне жизнь, Пхарё? Если бы вы не вмешались, призраки овладели бы мной и я бы уже умерла. Вы ведь зачем-то вытащили меня из мира иллюзий…

– Вижу, ты собираешь призрачные бусины, – сказал Пхарё, увидев нить на поясе Бин.

– Я слышала, что, если собрать сто восемь призрачных бусин, можно вернуться к своей изначальной судьбе. Я решила попробовать всё, что в моих силах, потому и иду по пути изгоняющей духов. Когда я соберу достаточно бусин, то постараюсь жить, как обычный человек.

– Честно говоря, не думал, что ты проживёшь так долго. Поэтому я совершенно забыл о твоём существовании.

Пхарё наклонился и сунул руку в кучу тонкой змеиной кожи, которая осталась от трупов. Она с хрустом рвалась и рассыпалась.

– Пусть прожитое тобой время будет причиной, по которой я сегодня оставлю тебя в живых.

Прежде чем Бин успела ответить, Пхарё вложил в её руку то, что только что поднял с пола.

– Тебе удалось выжить – это весьма похвально. Потому вот тебе мой подарок.

Бин посмотрела на кроваво-красную бусину в своей ладони. Это была призрачная бусина, появившаяся после изгнания змеёнышей.

– Возможно, мы будем друг другу полезны. Если согласишься, приходи ко мне.

– Это значит?.. – Бин посмотрела на Пхарё.

– Я могу помочь тебе изгонять злых духов. Безусловно, и я хотел бы тебя кое о чём попросить.

Немного поколебавшись, Бин тихо спросила:

– Хотите сказать… я сумею вам чем-то помочь?

– Конечно, если тебе удастся меня найти.

Пхарё посмотрел на ночное небо, в котором не было ни луны, ни звёзд.

– Ты получила призрачную бусину, которую так желала, а теперь уходи. Лучше тебе покинуть это место и не оглядываться.

– Что? Что вы имеете в виду?

Пхарё приподнял руку. Длинное чёрное одеяние струилось, развеваясь на ветру. Он мельком взглянул на Бин.

– Это значит…

Вспышка!

Вдруг полыхнул яркий свет, а затем раздался гром, который разнёсся по небу, чуть отстав от вспышки. Бин, испугавшись, едва успела прикрыть лицо рукавами. Однако почти тут же ощутила жар и подняла голову:

– Ч-что?..

Она увидела, как огонь от удара молнии пожирает павильон, словно обезумевшее чудовище. Пламя поднималось вокруг, освещая лицо Пхарё, но его выражение оставалось таким же, как раньше. Безучастным.

– Это значит, что я собираюсь разрушить здесь всё. Поэтому беги, пока можешь.

Ш-шух!

Подул ветер и понёс искры к лесу возле пруда.

Вспышка!

Молния ударила снова, на этот раз поразив главное здание дома в Змеином ущелье. Вдалеке послышались крики. Бин испуганно посмотрела туда, где стоял Пхарё, но он уже исчез, словно испарился.

Вспых!

Пламя быстро охватило великолепный дом. Бин видела, как люди выбегали наружу, напуганные шумными раскатами грома и разгорающимся огнём.

– А-а-а!

– Тушите огонь! Тушите! – закричал чей-то голос, но его никто не услышал.

Пламя мгновенно охватило всё вокруг, и спастись за главным павильоном дома в Змеином ущелье оказалось невозможно.

«Выходит, нужно выбежать за пределы поместья?..» – Бин, размышляя, закусила губу.

– Сюда! Сюда!

Она увидела, как слуги машут гостям, показывая путь к спасению. Бин взглянула на лежащего без сознания Ынхо.

– Как же быть с ним?..

Неизвестно, кто он и откуда вообще взялся, но помощи от него не было никакой. Вот только оставить его умирать Бин не могла.

«Когда меня захватила иллюзия призрачных змей, я слышала вдалеке его голос, он требовал прийти в себя».

Она никак не могла понять, почему он взялся за эту работу, даже не умея толком изгонять злых духов. Но первым делом нужно было спасти их жизни.

– Потом обязательно вернёте мне долг, – сказав это, Бин с трудом взвалила Ынхо себе на плечо.

Получилось лишь наполовину. Он был намного крупнее Бин, его ноги волочились по земле, но другого выхода не оставалось. Бин посмотрела на лицо мужчины, бессильно висящего на её плече. Длинные ресницы, плотно закрытые глаза.

– Почему… – Бин моргнула.

Странно. Прежде она этого не замечала, но, когда увидела своего спутника с закрытыми глазами, в памяти словно бы возник чей-то образ.

– Быть не может!.. – Бин помотала головой.

Она едва шла, изо всех сил таща мужчину, но вдруг в ушах раздался голос:

– Ынхо! Хён Ынхо!

Услышав крик, Бин внезапно замерла.

«Почему я слышу здесь это имя?..»

Она не могла произнести ни слова. Хотя всё вокруг охватило пламя, Бин его не замечала. Она посмотрела на того, кто выкрикивал имя.

– Хён Ынхо!

Взгляд незнакомца, продолжавшего громко звать, встретился со взглядом Бин, его глаза тут же округлились. Он, быстро подбежав к ней, посмотрел в лицо человека, которого она несла на плече.

– Ынхо! Что произошло?

– Ынхо?.. – Бин побледнела.

Она ещё раз взглянула на мужчину, которого сама несла. И только теперь поняла причину охватившего её дежавю. Бин даже представить не могла, что они встретятся, поэтому спрятала его образ в самый дальний уголок своей памяти.

«Бин».

Каким стал опрятный юноша из её воспоминаний, повзрослев?

– Вот оно что… Наверняка именно таким.

Хён Ынхо.

Жених Сомун Бин, Хён Ынхо.

– Матушка ро́дная! Госпожа!

Когда Сомун Бин переступила ограждающую верёвку и вошла в сад, к ней подбежала служанка Самволь с испуганным лицом.

– Что это? – запаниковала она, увидев кровь на лице Бин.

Та лишь покачала головой.

– Всё в порядке. Она не моя.

– Что? К-какое счастье! Вы нигде не ранены? А что с вашей одеждой? И куда делся ваш кат? Вы словно вернулись с войны! – продолжала Самволь, но Бин только слегка махнула рукой.

– Просто… Просто сегодня изгонять духов было тяжелее обычного.

– Больше такого не должно… – Самволь собиралась было сказать что-то ещё, но закрыла рот.

Она только поставила корзину с одеждой рядом с севшей на пол Бин.

– Первым делом я приготовлю воду, чтобы вы могли помыться.

Бин едва кивнула. Только теперь рука, в которой она держала Меч Четырёх Тигров, расслабилась. Бин сжимала его так крепко, что на ладони отпечатался узор рукояти. Она глубоко вздохнула. Стоило закрыть глаза, как перед ней представало его лицо. На плече Бин до сих пор чувствовала его вес. В ушах звучало знакомое имя, которое она вновь услышала. И никогда не забудет.

– Хён Ынхо…

Три слога, которые камнем легли на душу Бин. Она и представить не могла, что они встретятся именно так.

– Я-то думала, что сумею навсегда забыть его.

Бин опустила голову. Так странно. Всё произошедшее было очень странным. Она сотни раз представляла себе, как посмотрит на него и что скажет, если они увидятся снова. Хотя выражения лица и слова были всегда разные, одно оставалось неизменным. Бин думала, что как только увидит Хён Ынхо, то тут же его узнает. А как же иначе? Ведь ради него она пожертвовала воспоминаниями и жизнью. Ей казалось, что она отыщет его даже в огромной толпе.

– Ха-а… – невесёлый смех сорвался с губ Бин.

Она видела его так близко, но всё равно не смогла узнать в мужчине перед ней своего жениха.

Конечно, прошло уже несколько лет. Они шли разными путями, и многое изменилось, а ещё…

– До сих пор он жил, вообще не помня обо мне.

Поэтому нынешний Хён Ынхо отличается от того, кто живёт в памяти Сомун Бин. Другой человек, наполненный другими воспоминаниями, изменённый временем.

Сегодня Бин всем телом ощутила значение этих слов, которые разумом понимала, но в полной мере осознать не могла. Интонации, взгляд, повзрослевшие лицо и фигура – всё было не таким, как в её воспоминаниях.

– Вот как… Теперь его правда не существует, Хён Ынхо из моих воспоминаний.

Бин оглядела сад. Когда здесь распускались цветы, они любовались ими вместе, а в день, когда шёл первый снег, тайно оставляли его перед дверями друг друга. Что бы ни случалось с Сомун Бин, рядом всегда был Хён Ынхо.

«Бин».

Она растерянно смотрела на то место, где стоял юный Хён Ынхо из её воспоминаний. Иногда он приносил купленные на торговой улице закуски, иногда – сезонные цветы, а иногда – небольшие украшения.

– Мой жених…

Бин бессознательно прикоснулась к кисточкам, которые висели рядом с призрачными бусинами. Их тоже когда-то купил для неё Ынхо, а теперь они старые и изношенные. Подарок, у которого остался только получатель, а дарителя больше не было.

Бин вспомнила, каким она видела Хён Ынхо сегодня. Холодные глаза и фигура взрослого мужчины.

– Кажется, теперь вправду пора его отпустить…

Подумав об этом, Бин осознала, что до сих пор цеплялась за него.

– Госпожа, ванна готова.

Услышав слова Самволь, Бин вошла в дом. Служанка помогла ей снять мужскую одежду.

– Кстати, вы слышали?

– О чём?

Вопрос Бин заставил Самволь немного поколебаться, а затем она сказала:

– Говорят, юный господин Ынхо получил должность шестого королевского секретаря и возвращается в столицу.

Кап.

Капля воды, упавшая с ресниц Бин, была слишком похожа на слезинку.

– Эх, опять я сказала не то. Ведь его семья уже несколько лет не говорит о браке. – Самволь опустила голову, показывая, что повела себя легкомысленно.

– Шестой секретарь?

– Что? А, да-да. Так говорят тамошние слуги. Он совсем молод, а уже получил такую высокую должность! Даже слуги в клане Хён ходят задрав носы.

– Вот как. – Бин, сказав только это, закрыла глаза.

А затем услышала, как Самволь, какое-то время понаблюдав за ней, вышла, чтобы Бин могла побыть одна.

Шестой королевский секретарь.

Ынхо всё отдалялся от неё. Туда, где она не сможет его настичь.

– Наши пути совсем разошлись.

Солнце уже начало садиться за рекой, окрашивая широкое небо в алый цвет.

Хён Ынхо понял, что ему снится сон. Он видел, как листья огромного дерева, стоящего в устье реки, покачиваются от дуновения ветра.

– Я могу помочь вам? – Эти слова произнёс он сам, только более молодой, в котором ещё оставалось что-то мальчишеское. Когда же это было?

Перед юным Хён Ынхо кто-то стоял. Меж зелёных листьев виднелся подол красной юбки и размытый профиль девушки.

Ынхо видел самого себя – ожидавшего, какой ответ сорвётся с плотно сжатых губ, но подобной сцены не было в его памяти. Кто же это? К несчастью, во сне нельзя было разглядеть лица. Но чувства юного Хён Ынхо, который ждал ответа, ощущались с невероятной ясностью.

Дрожащие руки, колотящееся сердце.

«Прошу, скажи, что я могу помочь. Я буду счастлив, если сделаю хоть что-то, пусть и совсем немногое…» – бормотал юный Хён Ынхо шёпотом, подобным дуновению ветра.

Конечно, девушка, стоящая перед ним, не могла его услышать. Вот её губы дрогнули, но в этот миг…

– Хён Ынхо!

Громкий окрик пронзил уши Ынхо. Чья-то рука схватила его за плечо, и он распахнул глаза.

– Наконец-то ты очнулся!

Ынхо с трудом сфокусировал взгляд и увидел знакомое лицо.

– Джину?..

– Ну, раз меня ты узнаёшь, вижу, что с тобой всё в порядке.

– Что всё это зна… Ыкх.

Когда Ынхо попытался встать, с его губ сорвался стон. Только теперь он почувствовал, что всё тело пульсирует от боли. Джину быстро уложил Ынхо обратно.

– Не делай резких движений. Ты, скорее всего, не в лучшей форме, – сказал Джину.

Сам он тоже выглядел не особо хорошо. Одежда и волосы были так растрёпаны, словно Джину только что с кем-то дрался. А ещё на нём тут и там виднелись следы копоти, и от него пахло огнём.

– Что случилось? – спросил Ынхо.

Джину, словно удивлённый, что тот ничего не помнит, ответил вопросом на вопрос:

– Это с тобой что случилось? Не вынеси тебя на спине неизвестный сонби, ты вообще мог бы погибнуть.

– Погибнуть?..

– В доме в Змеином ущелье внезапно начался пожар. В него ударила молния.

– Пожар? Молния? – нахмурился Ынхо.

– Неудивительно, что ты не знаешь. Ты ведь уже был без сознания.

– Хочешь сказать… меня спас тот сонби?

– Да.

Услышав ответ Джину, Ынхо только молча моргнул. Он вспомнил лицо, которое увидел в доме в Змеином ущелье. Вспомнил фигуру, которая, казалось, могла сломаться от малейшего прикосновения, слабую улыбку и затуманенный взгляд.

– Ты спросил его имя?

Джину покачал головой.

– На это не было времени. Да и не думаю, что сонби собирался представиться. Он передал тебя мне и сразу исчез.

– А то, что мы искали?

Джину ухмыльнулся и достал из-за пазухи небольшую книжицу:

– Совсем без добычи мы всё-таки не ушли. Я последовал за слугами и нашёл учётную книгу дома в Змеином ущелье. В ней записаны все, кто был там, сколько они заплатили и что получили взамен.

От слов Джину глаза Ынхо сверкнули:

– Теперь мы точно узнаем, кто из тайных приспешников верховного советника глубоко пустил корни в королевском дворе!

– Вот, постарайся этим придать его величеству немного сил, шестой секретарь Хён Ынхо.

Шестой королевский секретарь.

Хён Ынхо слышал, что назначение его на эту должность вызвало недовольство. Но молодой король Ли Хви, который с детства дружил с Хён Ынхо, остался непреклонен. Настолько большие ожидания связывал он с Ынхо.

– Так что? Почему ты был в таком виде? – ещё раз спросил Джину.

Его слова заставили Хён Ынхо вспомнить произошедшее.

– Кажется, верховный советник… потянулся к вещам за гранью человеческого мира.

– За гранью человеческого мира?

Ынхо кратко рассказал о змеях и настойке, что они обнаружили в павильоне позади дома в Змеином ущелье.

– Этот сонби тоже умеет изгонять духов, как и ты. Благодаря ему я обо всём узнал.

– Умеет изгонять духов? Но я впервые его видел. Неужели в столице есть пёксага, с которым я незнаком?

– Ты его не знаешь? Странно. Этот человек не показался мне шарлатаном.

Ынхо беспокоило, что он даже не узнал имя того, кому обязан жизнью.

– Ну, если так суждено, вы где-нибудь встретитесь снова.

– Суждено…

Ынхо тихонько вздохнул. Снаружи послышался голос слуги:

– Юный господин, вы кашляли?

При этих словах Ынхо и Джину переглянулись. О том, что они побывали в доме в Змеином ущелье, и о том, что они там видели, не должен был узнать никто посторонний. Ынхо сделал знак глазами, и Джину быстро открыл дверь:

– Что случилось? Сегодня Ынхо вызвали во дворец, и он ушёл рано утром. Я ненадолго зашёл забрать кое-что из вещей.

Слуга, узнав Джину, склонил голову:

– Так это вы, юный господин Джину. Да, хорошо. Так и передам госпоже.

Джину кивнул и закрыл дверь. Ынхо снова вздохнул, а Джину покачал головой:

– Почему матушка ищет тебя в такой час?

– Всё потому, что в последнее время она только и делает, что разыскивает повсюду подходящую для меня пару.

– Пару? У тебя ведь уже есть невеста, разве нет? Точно, как, ты говорил, её зовут?

Ынхо не сразу смог вспомнить имя. Пришлось хорошенько покопаться в памяти, чтобы выудить его оттуда.

– Сомун… Бин. Точно, так её звали.

Услышав ответ Ынхо, Джину удивлённо спросил:

– Погоди-ка, твоя невеста – дочь клана Сомун?

– А что?

– Ха-а, тогда я прекрасно понимаю, почему госпожа так себя ведёт.

– И почему же?

– Ты не особо интересуешься слухами, но о клане Сомун говорят, что в нём рождаются люди с недоброй судьбой. И даже была пора, когда члены этой семьи умирали друг за другом.

– Правда?

– Да. Хм, думаю, лет пять назад. Насколько мне известно. И слуги, и члены клана умирали один за другим, и в конце концов даже мальчик, который должен был со временем возглавить род Сомун, внезапно скончался совсем ещё маленьким.

– Мальчик?.. Младший брат юной госпожи Сомун?

– Должно быть. Говорят, после его смерти люди из клана Сомун даже перестали выходить на улицу.

– В самом деле?..

На лице Ынхо было такое выражение, словно он слышал об этом впервые, и Джину цокнул языком.

– Ха-а, понимаю, что невеста тебя совсем не интересует, но это как-то слишком. Разве можно о таком не знать?

– По сути, о той помолвке уже почти забыли. После смерти дедушки, который о ней договорился, ни наша семья, ни семья Сомун не поднимали эту тему.