Выбросив окурок в окно, он присоединился к нам.

– Не стоило тебе закидывать в себя столько виски, чувак, – сказал Оук, а Коул, пошатываясь и будучи все еще не в себе, приподнялся. – Я же говорил тебе, виски после пива…

Оукли не успел закончить фразу, потому что к горлу Коула подкатил ком и… он начал блевать прямо на кровать.

Я была безумно счастлива, что у меня хватило здравого смысла остановиться и не заходить дальше. А еще я сейчас чувствовала себя намного лучше из-за того, что Ковингтон отключился на мне, ведь все могло бытьгораздо хуже.

Я вздрогнула, вспоминая рассказ Дилан о том, как Джейса вырвало пиццей с ананасами на Бритни Колдуэлл в середине вечеринки в прошлом году.

После этого ее репутация была разрушена. Хотя это было связано не столько с пиццей, сколько с тем, что после Джейс заявил, будто Бритни не очень-то свежаятам.

В любом случае, это была карма.

– Это плохая идея, – закончил Оукли, прежде чем обратить свое внимание на явно испытывающую отвращение Бьянку. – Я отведу его в ванную.

Бьянка кивнула.

– Хорошая мысль.

– Я пойду поищу ведро или миску, – заявила я, когда Оукли увел Коула.

Однажды я подвозила парня из моей молодежной группы домой после того, как его вырвало в церкви. Потребовалось больше месяца, чтобы этот отвратительный запах полностью исчез, и я совсем не хотела отмывать свой фургон от рвоты.

Я направилась к двери, но Бьянка остановила меня.

– Сойер?

– Да?

Усмехнувшись, она указала на мой кардиган.

– Ты пропустила несколько пуговиц.

Сойер

У меня внутри все сжалось, когда я вышла из фургона и направилась ко входу в школу.

Сегодня было утро понедельника, что уже отстойно, но еще хуже, когда все выходные ждешь звонка или сообщения от кое-кого.

Конечно, у Коула не было моего номера, но, учитывая то, что его брат спит с моей лучшей подругой, ему не составило бы большого труда раздобыть его. Даже сообщения в Инстаграм было бы достаточно.

Но нет. Ничего.

Что ставило меня в дерьмовое положение, поскольку я должна была первая с ним поговорить. Наверное, я могла бы проигнорировать эту ситуацию и притвориться, будто ничего не произошло, но это глупо, ведь что-то все-такипроизошло. Что-то, что могло добавить неловкости. Я не хотела, чтобы между нами возникла неловкость. И, возможно, существовала крошечная часть меня, которая втайне надеялась, что Коул тоже чувствовал – между нами что-то происходило.

Та-дам… вот оно.

Маленькое зернышко правды, которое я пыталась засунуть поглубже в надежде, что оно исчезнет.

Я влюблена в Коула Ковингтона… и ненавижу себя за это.

Он –все, что я презираю в людях. Он самодовольный, безжалостный бабник, и, хуже всего, он высмеивает мою веру. И все же… в нем было нечто такое, что я не могла игнорировать.

Глупые подростковые гормоны. Они только мешали.

Мой желудок совершил кульбит, когда я прошла мимо его машины на стоянке. Я даже не пыталась скрыть гримасу.

Ярко-зеленый «Феррари», такой же несносный, кричащий и надменный, как и он. Ходили слухи, будто эта машина не только стоила целое состояние, но еще и была чертовски редкой. Мол, в мире меньше двадцати человек водили точно такую же.

Не могу сказать, что я удивилась. У Ковингтонов столько же денег, сколько и семейных трагедий.

Мать Коула была бывшей актрисой Болливуда, погибшей в ужасной автокатастрофе. Если верить сплетням, она не только выглядела великолепно, как и все ее дети, но и принадлежала к какой-то королевской династии в Индии.

Я мало что знала о Джейсоне Ковингтоне – отце Коула – кроме того, что он возглавлял известную фармацевтическую компанию.

Я молча добавила еще одну галочку в свой список мошенников. Все знают, что у людей, которые управляют фармацевтическими компаниями, нет души.

Должно быть, у Коула это от него.

Ладно, это нечестно. У Коула есть душа. Прошлой ночью он обнажил передо мной ее часть.

Собравшись с духом, я продолжила идти ко входу.

Я почувствовала это, как только вошла в здание. Энергия в этом месте…убивала. Вернее, вся она была направлена на меня в виде косых, плохо скрываемых неодобрительных взглядов от некоторых девушек, нескольких ухмылок от случайных парней и множества шепотков.

Крошечные капли пота выступили у меня на лбу и спине, но я заставила себя продолжать дышать.

Единственный способ выжить в этой адской дыре – никогда не позволять им видеть, как ты потеешь.

Заставляя себя смотреть в пол, я направилась прямиком к своему шкафчику. В нескольких рядах от себя я заметила Коула, стоявшего рядом со своим шкафчиком – он разговаривал с Дуайтом Дэвисом, Кортлендом Беннетом и еще несколькими парнями из его команды.

Дуайт – хороший парень. Ну, по крайней мере, он выглядел таковым каждое утро воскресенья, когда я видела его в церкви.

Но Кортленд? Чувак просто придурок с большой буквы.

Я уже потеряла счет, сколько раз ловила его на том, что он откровенно пялился на мою грудь. К тому же он напыщенный и имеет дурную привычку издеваться над непопулярными ребятами развлечения ради.

Что ж, вполне логично, что они с Коулом друзья. Рыбак рыбака и прочее.

В любом случае, я была не настолько глупа, чтобы подойти и заговорить с Коулом, пока он с ними.

Существовали некоторые вещи, которые нельзя было просто так забыть, и когда меня заставляли ходить по коридорам в полотенце, именно Кортлендмычал громче всех и призывал людей присоединиться к нему.

Сунув руку в рюкзак, я быстро переложила несколько книг.

– Ненавижу быть гонцом, принесшим плохие вести, но ходят слухи, что у Кейси есть пуля с твоим именем.

Ком застрял в горле, когда я посмотрела в пару налитых кровью небесно-голубых глаз, принадлежащих Оукли.

– Что?

С какой стати Кейси, или кому бы то ни было, если уж на то пошло, хотеть пристрелить меня?

«Может быть, потому что ты зажималась с ее парнем?» – подсказал мой мозг, что, однако, совсем не помогло ситуации.

– Расслабься, – сказал он. – Она тебя неубьет. – Оук пожал плечами. – Просто планирует надрать тебе задницу к концу занятий.

Тупица, должно быть, забыла, что в тот единственный раз, когда мы с Кейси подрались, именноя вышла победителем.

– Кто сказ… – Я остановилась, прежде чем закончить фразу.

Я не хотела признаваться ни в каких проступках.По крайней мере, пока не поговорю с Коулом.

Может быть, мы сможем объяснить Кейси, что ее парень был пьян, и наша связь ничего не значила.

Мое сердце замерло. Ему явно не понравится эта идея.

– В каком смысле она хочет надрать мне задницу? Почему?

Оукли бросил на меня пронзительный взгляд.

– Очевидно, она узнала о вашем небольшом сеансе искусственного дыхания с ее парнем. Или скорее…все узнали. – Он невинно поднял руки. – Не смотри на меня так. Я ни хрена не говорил. Кто-то еще, должно быть, подслушал вас или вошел, пока вы практиковали технику искусственного дыхания.

Ублюдок. Это объяснило бы все взгляды и перешептывания, которые мне достались.

– О, Боже.

У меня появилось ощущение, будто мир вокруг меня закружился.

С Кейси, желающей надрать мне задницу, я справлюсь, но вся школа, говорящая о моей личной жизни…

Мне не хотелось подобных разговоров в школе. Я не желала, чтобы люди говорили обо мне, и точка.

Я уже знала, что они скажут.

– Ого, выглядишь так себе, – заметил Оукли. – Хочешь, я позвоню Дилан? Держу пари, она ее отпугнет.

Я не сомневалась, что моя лучшая подруга может поставить Кейси на место одним ударом, но это не битва Дилан.

Это моя битва.

Я поступила неправильно, и теперь должна признаться и заплатить за это.

– Я скоро вернусь. Мне просто нужно… – Я указала на уборную, собираясь уходить.

Мне нужна была секунда, чтобы вздохнуть и успокоиться, прежде чем я начну разбираться со всеми последствиями. Я была благодарна, что внутри никого не оказалось. За исключением Бьянки, стоявшей у раковины и красящей свои и без того длинные ресницы.

– Ты выглядишь дерьмово, – поприветствовала она меня, когда наши глаза встретились в зеркале.

Я открыла кран.

– Чувствую себя так же, – пробормотала я, брызнув холодной водой на щеки. – Все знают обо мне и Коуле.

Больше не было смысла это отрицать. Она обязательно услышит правду рано или поздно.

– Черт. Слухи распространились быстрее, чем я думала. – Усмехнувшись, она выудила из сумочки тюбик блеска для губ. – Не за что.

Я приложила все возможные усилия, чтобы не засунуть этот блеск для губ ей в глотку.

– Подожди… Этоты пустила слух? Какого хрена, Бьянка? Ты обещала.

Закатив глаза, она провела блеском по своим алым губам.

– Не надо так драматизировать. Я оказала тебе услугу.

Я почувствовала, как мое кровяное давление поднимается до опасного уровня.

– Услугу? Какую, на хрен, услу…

– Не хочу тебя огорчать, но ты неудачница. – Бьянка небрежно пожала плечами. – Теперь… чуть меньше. – Она причмокнула губами. – За одни выходные ты превратилась из маленькой серой мышки, фанатеющей от Иисуса, в девушку, которая перепихнулась с самым популярным парнем в школе. Это заставляет всех думать о тебе, как о загадочной и сексуальной, а не скучной и странной. – Наши взгляды снова встретились в зеркале. – Как я уже сказала, не за что.

Она сошла с ума, черт возьми.

– Я не хочу, чтобы люди так обо мне думали. Я не хочу, чтобы люди вообще думали обо мне. – Я схватилась за грудь, заставляя себя дышать. – Благодаря твоему болтливому рту, Кейси хочет надрать мне задницу.

Бьянка закатила глаза.

– Не волнуйся. Эта дрянь абсолютно не умеет драться, ты ее сделаешь.

Она не понимает.

– Я не хочу драться с нейв принципе. Чего я хочу, так это…

– Моего брата? – Прежде чем я успела возразить, она добавила: – Хорошие новости, Черч. Я думаю, он тоже тебя хочет. Как бы то ни было, я бы предпочла, чтобы он был с тобой, а не с Кейси. Джейс уже встречается кое с кем, кого я терпеть не могу, и мысль об обоих моих братьях…

– Эй, – прорычала я. – Дилан потрясающая.

– Да, потрясающая сучка-манипуляторша.

Серьёзно? Бьянка перепутала еес самой собой?

– Кто бы говорил.

Она снова закатила глаза.

– Неважно. – Младшая Ковингтон схватила свою сумочку с края раковины. – Я пыталась тебе помочь.

– Друзьям так не помогают! – крикнула я, когда она уже уходила. – По крайней мере, ты могла бы сказать мне…

Озлобленный смех заставил меня замолчать.

– Вау. – Прижав руку к сердцу, она обернулась. – Ты думала, мыдрузья?

Не совсем так, но я не думала, что мы враги. К тому же, зачем ей было пытаться помочь кому-то, кто ей не нравился?

– Не знаю. Может быть.

– Нет, милая. – Ее хорошенькое личико сморщилось. – У меня нет друзей. В лучшем случае, временные союзники, которые не вызывают у меня желания раздавить их череп каблуком. – Бьянка медленно подошла ко мне. – Кейси – капитан группы поддержки, и поэтому думает, будто руководит КА, но это не так. – Ее глаза сощурились, она изучала свои ногти. – Эта дура ко всему прочему совершила досадную ошибку, без остановки переписываясьне с моим братом во время тренировки на прошлой неделе. Когда я узнаю, кто это был, и у меня будут доказательства, которые она не сможет отрицать, я разрушу ее жизнь. – Злая усмешка озарила ее лицо. – Тогда я займу ее место… и сделаю ее и всех в КА своими сучками.

Вот дерьмо.

Лицо Бьянки оказалось в неприличной близости от моего.

– Хочешь совет? Я предлагаю тебе оставаться на моей стороне. – Она достала блеск для губ во второй раз. – И не шевелись. Тебе не помешало бы немного цвета.

Прежде чем я успела возразить, она принялась наносить блеск мне на губы.

– Мой брат – мудак, но по какой-то причине он от тебя в восторге. – Засунув кисточку обратно в тюбик, Бьянка посмотрела мне прямо в глаза. – Я думаю, ты будешь хорошей парой для него, Сойер. Но я должна предупредить тебя: если ты когда-нибудь изменишь ему или намеренно причинишь боль, я перережу тебе глотку, будто ты ягненок для жертвоприношения. Понятно?

Боже.

– Я…

– Понятно?

Когда я кивнула, она улыбнулась.

– Отлично. А теперь хватит болтать со мной и иди покорять своего мужчину.

Моего мужчину? Бьянка, должно быть, в бреду. Такие девушки, как я, не получают своих мужчин… потому что те обычно не хотят нас.

Они хотят девушек, которые выглядят какона.

Но что, если Коул не такой, как все остальные? Что, если я действительно ему нравлюсь?

Той ночью казалось, что дела обстоят именно так.

– Хорошо, – прошептала я.

– Подожди, – окликнула она меня.

– Какого… какого черта ты делаешь? – Я попыталась отбросить руку Бьянки, но у нее все-таки вышло расстегнуть первую пуговицу моей рубашки.

– У тебя великолепная грудь. Не обязательно все время ее прятать. – Она бегло осмотрела меня и состроила гримасу. – Сними этот дурацкий ободок. С ним ты выглядишь, как десятилетка, которая пришла фотографироваться на школьный альбом.

Боже, дай мне сил. Она такой ребенок.

Выбросив ободок в мусорку и проведя пальцами по моим длинным темным волосам, она пожала плечами.

– Не потрясающе, конечно, но это лучшее, что я могу сделать в такой короткий срок. Тебе следует задуматься о том, чтобы купить линзы… и косметику. Немного макияжа тебе точно не повредит.

– Я накрашена.

Я подкрасила ресницы сегодня утром.Потому что знала, что буду разговаривать с Коулом.

Она сморщила носик.

– В следующий раз попробуй накраситься так, чтобы выглядеть лучше, а не наоборот.

– Вот это да, спасибо.

Бросив на Бьянку раздраженный взгляд, я вышла из уборной.

Напряжение, которое я пыталась заглушить, практически разрывало мою грудную клетку, пока я шагала по коридору. Но я быстро пришла в чувство, когда увидела Коула, все еще разговаривавшего со своими товарищами по команде.

Возможно, это был не лучший момент, чтобы сознаться в своих странных чувствах или завести разговор о том, что между нами произошло. Это стоило бы сделать наедине. Так никто не сможет подслушать и распустить еще больше слухов.

Я собралась вернуться к своему шкафчику, но его пристальный взгляд встретился с моим.

Мои колени подогнулись, когда я обратила внимание на его пронизывающие зеленые глаза, взъерошенные темные волосы, идеальную линию челюсти и скулы, о которые можно порезаться.

Это несправедливо. Такие парни, как он, не должны быть настолько убийственно красивыми.

Неуверенность в себе снова начала нарастать, но я заставила себя засунуть ее куда подальше.

Я ему нравлюсь.

Да, пусть он и не позвонил, но невозможно делиться такими вещами с кем-то, если не чувствуешь связи. И абсолютно точно нельзя целовать человека так, как он целовал меня, если он тебя не привлекает.

Пьяный или нет, Коул позволил мне взглянуть на себя настоящего той ночью.

Наверное, пришло время заставить этот пессимистичный голос в голове замолчать, чтобы он не разрушил происходящее между нами, когда все едва началось.

Потому что, возможно, просто возможно… такая девушка, как я, может заполучить того самого парня.

Коул

Я почувствовал ее в ту же секунду, как она вышла из уборной. Не уверен, что она там делала, но эти пухлые губы в форме сердечка стали красными и блестящими.

Мне едва удалось подавить стон раздражения, застрявший в горле.

Она пыталась произвести на меня впечатление. Что могло значить только одно.Боже. Мои ошибки множатся с каждой секундой.

Мне не следовало так напиваться в эти выходные.

Не следовало подниматься наверх.

И мне определенно точно не следовало разговаривать с Сойер Черч – Маленькой Мисс Святошей – и дать ей увидеть эту мою сторону.

Я так сильно стиснул зубы, что удивительно, как они не превратились в пыль. По слухам, существовало еще несколько вещей, которые я не должен был делать с ней. Вещей, о которых я ничего не помню, потому что отключился в середине разговора.

Черт.

Спрятанные за очками в черной оправе, ее большие карие глаза смотрели на меня, ища ответы на множество невысказанных вопросов.

Ответы, которые я не мог ей дать, потому что я, на хрен, ничего не помнил. Все, что я знал, – вещи, которые мы делали или не делали той ночью, разрушали ее незапятнанную репутацию.

Имою.

Отведя взгляд, я снова обратил свое внимание на Дуайта и Кортленда.

Как обычно, Кортленд вел себя как придурок. Ходил вокруг да около в напыщенно-насмешливой манере, которая раздражала меня до чертиков.

– Итак, как все прошло?

Я запихнул свой блейзер в шкафчик.

– Как прошло что?

Последние пять минут я отбивался от его глупых намеков, и мое терпение начало подходить к концу.