ницу. Как мы бегали по набережной и зарывались в огромные январские сугробы. Как танцевали в баре и смотрели фильмы у меня дома. Как целовались часами напролет и как порой нехотя останавливались. Как дико ругались, я кидалась в него книгами, а он протестующе молчал целый день. Как подарил мне букет цветов на Восьмое марта и пришел петь Джо Дассена под балкон. Как я не хотела отпускать его до утра, заставляла ходить в кино и как играла ему на фортепиано сочинённые мелодии. Все эти моменты проносились в наших душах молниеносно, мгновенно. Они наполняли мою внутреннюю пустоту чем-то тёплым и нужным. Именно тем, чего мне сильно не хватало. Любовью.
Словно яркая вспышка, перед глазами возникают картинки из прошлого. Как я впервые увидела Макса на посвящении, как мы впервые тайно поцеловались за колесом обозрения, как у нас впервые произошла ссора, и как мы быстро и легко её разрешили. Как Бесстрашный упал с мотоцикла, и как я ходила к нему в боль
Лёш, у нас ЧП, – оправдываюсь я. – Правда!
– Что случилось? Играли в суперменов, и кто-то выпал из окна, потому что вдруг понял, что не умеет летать?
– Не смешно.
– А, по-моему, смешно.
Смотрю на дисплей, вижу уже знакомый номер и отвечаю:
– Любимица слушает.
– Любимица? – Сотовый едва не выпадает из моих рук, и я краснею на глазах у всех пассажиров автобуса. – И когда мой брат успел дать тебе такое прозвище?
– Это да, виски туманит рассудок. Но я ничего не могу с собой поделать. Когда мне плохо, только алкоголь помогает прийти в себя.
– И эта девушка утверждает, что она – не алкоголичка.
– Я любитель, – с сарказмом поясняет блондинка. – Кстати, почему ты вчера не