Цитаты из книг автора «Эрве Базен»

Позаботься как следует о персике, а уж он сам позаботится о своем ядрышке

Зачем мне интересоваться людьми, которые вовсе не интересуются мною?

предложил: – Вот, погляди на Европу – тут все одни дамы. Я тоже вожу пальцем по глобусу, погнувшаяся ось которого поскрипывает. Он прав, в Европе названия всех стран – женского рода: Франция, Англия, Германия, Россия, Польша, Италия, Болгария, Австрия, Испания, Румыния, Швеция, Норвегия, Финляндия… Исключение только подтверждает это общее правило: Сан-Марино, Люксембург, Монако, но эти страны таких небольших размеров! Глобус вращается. Пять частей света тоже женского рода. И все вместе тоже она – Земля. А то, что не земля, – вода. Черт побери! Вода, мама, все опять сначала… Этот разговор помнился мне в течение всего дня, так что между двумя выступлениями в суде я накропал мстительную статейку для восьмисот подписчиков «Луарского обозрения», в котором я иногда сотрудничаю в рубрике «Колючки», подписываясь только инициалами А. Б. Конечно, я знаю, от кого мы унаследовали свой словарный запас, в котором женский род присвоил себе слова (которые должны были быть нейтральными) среднего рода, уже утерянного во французской речи и даже в латыни не очень стойкого. Но неправильно полагать, что мы разговариваем на языке учтивости, ставшем женственным благодаря окончаниям слов. «Этот язык, – писал А. Б., – просто сообщник женского пола. Лексика нас, мужчин, явно обошла. Ну пусть «земля», «вода», «долина» – женского рода, мы не против; они расположены в горизонтальной плоскости, их объединяет великая сила плодородия, но над ними – «воздух», «огонь», «дуб», «орел», которые возносятся в направлении вертикальном и принадлежат мужскому роду. Что же касается всего остального – увы! Нужно ли упоминать о матери-родине, хотя во имя ее сражаются именно мужчины? Почему во французском языке «любовь» в единственном числе – слово мужского рода (что кажется двусмысленным), а во множественном числе – женского рода (и кажется благородным)? Почему «страсть», «радость», «чувствительность» – слова женского рода, тогда как нам предоставлены «блуд», «секс» – эти грязнули? Почему «добродетель» противостоит «пороку»? «Жалость» и «чуткость» даны одной стороне, а «высокомерие» и «эгоизм» – другой? Поразмыслите над этим, и вы скоро убедитесь, что это почти что правило: мужской род деградирует.

Счастлив лишь тот, кто время от времени, сам того не ведая, обретает крохотное счастье, и эти мгновения внезапно всплывают островками блаженства в океане обыденности и неприятностей. Я

источник суверенной власти – народ, источник власти в семье – супружеская чета, которая наделяет властью того и другого супруга, то есть того, кто ее захватывает,

Каждый ищет своего двойника. Но находит лишь иное существо. Наша потребность в другом существе сильна именно потому, что мы ищем в нем прежде всего себя.

из клочков шерсти и стольких потерянных часов

Если не бедны, так жадны. Если старики, то жалки.

У нее свой угол ви́дения, но его освещает лишь луч карманного фонарика.

С тобой поговоришь, словно уксуса хлебнешь.