– Профессор, забирайте все, что сочтете нужным. Но поторопитесь, – добавил полковник, посмотрев на менеджеров так, что те моментально скукожились.

– Мне потребуется помощь, – буркнул Дуглас, внутренне решив отомстить чинушам от науки и, забрав из лаборатории все свои разработки, стереть память компьютера.

– Майор, прикажите солдатам помочь профессору, – скомандовал полковник, и офицер, поднеся к губам левый рукав, что-то тихо буркнул.

Спустя двадцать секунд дверь в лабораторию с треском распахнулась и в помещение, грохоча ботинками, ввалились четверо. Удивленно покосившись на вошедших, Дуглас только головой покачал. Ему вдруг показалось, что перед ним группа клонов. Высокие, под два метра ростом, с одинаково квадратными фигурами и угрюмо-мрачными физиономиями, эти парни были похожи, словно горошины из одного стручка. Один из солдат, небрежно отодвинув менеджеров, подошел к столу и, выдернув из него ящик, просто вывалил его содержимое в подставленный пластиковый пакет.

– Ну, можно и так, – растерянно проворчал Дуглас, глядя на это святотатство. – Я потом бумаги разберу.

– Все правильно, профессор. Продолжайте собираться, – одобрительно скомандовал полковник.

Воспользовавшись возникшей суматохой, Дуглас быстро скачал все свои работы и, недолго думая, отформатировал жесткий диск. Теперь восстановить утерянные данные мог только высококлассный специалист, но разобраться в наработках без самого профессора было нереально. Это была его маленькая месть менеджменту за все препоны и унижения, которые ему пришлось снести ради того, чтобы заняться делом своей жизни.

Сложив все кристаллы памяти в отдельную коробку, Дуглас сунул ее в карман и, повернувшись к полковнику, устало сказал:

– Если ваши солдаты собрали все бумаги, то я готов.

– Отлично. И не надо так драматизировать, профессор. Все не так плохо, как может показаться на первый взгляд.

– Полковник. Я никогда не разрабатывал оружия, – тяжело вздохнул профессор. – Я искал лекарство.

– Всему свое время, профессор, – ответил полковник, усмехнувшись уголками губ. – Изобретенный вами препарат оказался очень перспективным, и командование решило избавить вас от ненужного давления со стороны, чтобы вы могли провести всестороннее его изучение. Это очень важно. Все подробности вам доведут на новом месте работы.

– И где оно будет располагаться? – не сдержал любопытства Дуглас.

– Увидите, – ушел от прямого ответа полковник и, развернувшись, широким шагом направился к выходу.

На плечо профессора упала тяжелая рука майора, и Дуглас, понимая, что спорить и упираться бесполезно, покорно последовал за ним. Провожавшие взглядами процессию менеджеры только мрачно переглянулись и дружно бросились к компьютеру. Спустя полминуты разочарованный вздох стал доказательством того, что маленькая месть профессора удалась. Все данные по нескольким его работам были полностью уничтожены.

– В суд на него подавать надо, – тихо проворчал один из менеджеров.

– И нарваться на разборки с этими костоломами? Нет, он теперь для нас недоступен, – покачал головой второй.

– Ты что-нибудь знаешь о том препарате, из-за которого военные впали в такой экстаз?

– Нет. Только общие сведения. Все данные забирал куратор, а когда всплыло что-то интересное, все сразу засекретили.

– Может быть, есть смысл отправить это железо нашим техникам? – спросил первый менеджер, кивая на компьютер. – Кто знает, что еще там могло быть?

– Не будем нарываться, – подумав, покачал головой его напарник.

– А я бы рискнул, – продолжал упираться первый.

– Ради чего? Риск имеет смысл, когда известна конечная цель. А риск ради риска глупость, – пожал плечами его оппонент и, развернувшись, вышел из лаборатории.

Между тем Дугласа вывели из здания института и усадили в роскошный глидер. Подсознательно ожидая увидеть какую-нибудь военную машину, профессор только качнул головой, мысленно улыбнувшись собственным страхам. Усевшийся рядом с ним полковник бросил на него быстрый взгляд, но, не успев ничего сказать, вдруг насторожился. Потом, поднеся к губам левую руку, на которую был надет личный коммуникатор, решительно приказал:

– Немедленно все файлы мне на личную почту.

Потом, нажав на кнопку, он поднял бронестекло, отделявшее салон от водителя, и, включив компьютер, встроенный в подлокотник, мрачно сказал:

– Похоже, ваш препарат имеет не только достоинства, но и недостатки, профессор.

– Как это понимать? – удивился Дуглас. – Я ведь с самого начала предупреждал, что это всего лишь побочный эффект. Ошибка, которую еще нужно исправить.

– Бывают ошибки, исправлять которые не стоит, потому что они порой оказываются нужнее правильных результатов, – философски протянул полковник, быстро выводя на экран какие-то файлы. – Мы позволили себе немного доработать исходник и провели полевые испытания. Но все пошло не так, как мы ожидали.

– Хотите сказать, что вы начали испытания на людях?! – ахнул профессор, не веря собственным ушам.

– На преступниках. Точнее, преступницах. Не переживайте. Это давно уже не женщины. Отбросы общества, которые мы вытащили из тюрем. Точнее, в большинстве своем из камер для смертников. Им все равно суждено было умереть, а так они еще раз послужили обществу, против которого выступали.

– И что же произошло? – угрюмо спросил Дуглас, внутренне содрогаясь от такой логики.

– Подопытные вышли из-под контроля.

– Мне нужны подробности.

– Мне тоже. Поэтому давайте для начала просто просмотрим присланные файлы, – ответил полковник, кивая на экран монитора.

Дуглас с ходу прикипел взглядом к экрану. На его глазах две молодые стройные девушки за несколько секунд превратили в фарш нескольких охранников на каком-то транспортном переходе, после чего кинулись бежать. Глядя на их стремительные движения, Дуглас не мог поверить своим глазам. Так орудовать холодным оружием может человек, посвятивший этому занятию долгие годы, а полковник только что сказал, что использовались заключенные. Не удержавшись, профессор с ходу поделился с офицером своими сомнениями.

– Вы же не думаете, что мы отправим подопытных на задание, не озаботившись контролем над ними и средствами для достижения цели? – фыркнул полковник, внимательно выслушав его претензии. – Они прошли ускоренный курс обучения владению оружием и спецобработку на подчинение.

– Кому? – растерялся Дуглас.

– Своему куратору, разумеется.

– И в чем заключалась их задача?

– Им указали цель и обозначили точку, где данная цель находится. Дальше они должны были добраться до места, уничтожить объект и вернуться, чтобы доложить о выполнении задания. Но что-то пошло не так. Они вышли из-под контроля, уничтожили охрану транспортного перехода и теперь скрываются. В связи с этим у меня к вам вопрос, профессор. Это могло произойти из-за того, что препарат прекратил свое действие?

– Не знаю, – решительно отрезал Дуглас.

– Как это понимать? Вы не хотите сотрудничать? – насторожился полковник.

– Я не знаю, какие изменения вы внесли в препарат, не знаю, как рассчитывали дозу, не знаю, как проводили постановку задачи… Черт возьми, я вообще ничего не знаю. И какого теперь ответа вы от меня ждете при таком положении вещей? – возмутился профессор.

– Об этом я не подумал, – помолчав, кивнул полковник. – Как быстро вы сможете разобраться с возникшей проблемой?

– Понятия не имею, – развел руками Дуглас. – Вы выдернули меня с работы, везете неизвестно куда, да еще и хотите, чтобы я вынул вам ответы на ваши вопросы из рукава. Простите, полковник, но я не фокусник.

– Хорошо. Пожалуй, я действительно тороплюсь, – скривившись, нехотя признал офицер. – Но по прибытию на место вам придется сразу взяться за дело.

– Хотелось бы еще знать, где оно будет, это самое место, – вяло огрызнулся Дуглас, отворачиваясь к окну.

* * *

Как оказалось, бармен знал, о чем говорил. Транспортный переход закрыли, а все рейсы были отменены. Понимая, что полет накрылся медным тазом, Миша первым делом помчался к кассовому терминалу. Сдать билеты он успел до того, как администрация ввела ограничения на подобные действия. Судиться с транспортными компаниями они явно не желали, но и снимать запреты тоже не хотели.

В итоге кассовый терминал атаковали почти три тысячи разъяренных пассажиров, требуя немедленно или отправить их дальше, или вернуть деньги за билеты. Глядя на этот бедлам, Миша мрачно прикидывал свои шансы дожить до следующего шаттла на «Вторую попытку». Как ни крути, а денег на житье и билеты одновременно явно не хватало. Уже имея приблизительное представление о ценах на переходе, он трезво смотрел на вещи. Хочешь не хочешь, а пару дней ему придется посидеть на голодном пайке.

Выход из создавшейся ситуации напрашивался сам собой. Наняться такелажником или механиком на какой-нибудь грузовоз, идущий в нужном ему направлении. Как бывший военный, он владел многими специальностями, применение которых практиковалось и в гражданской жизни. К тому же свободных специалистов в данных областях вечно не хватало, так что у Миши были все шансы. Оставалось дождаться, когда запрет на вылеты снимут. А вот здесь все было очень туманно.

Разобравшись с проблемой билетов, бывший сержант спустился на три уровня вниз. В сектор, где располагались увеселительные заведения для экипажей кораблей. Отдыхать обслуживающему персоналу в одной забегаловке с «чистой» публикой не рекомендовалось. Сориентировавшись по указателям, Миша выбрал заведение поприличнее и, решительно толкнув дверь, выполненную под старину, оказался в натуральном салуне, времен старой Терры, еще до того, как люди покорили воздушное пространство.

Не спеша оглядевшись, бывший сержант прошел к стойке и, заказав себе пива, уселся на табурет с таким расчетом, чтобы в зеркальной стене бара можно было рассмотреть все, что происходит в зале. Бармен, здоровенный детина, с коротким седым ежиком на голове и украшенными татуировкой руками, выставил на стойку бокал и, бросив короткий взгляд на армейский баул, негромко спросил:

– Недавно уволился?

– Угу, – кивнул Миша, глотнув пива.

– Ищешь работу?

– Так заметно?

– Такие как ты сюда по другому поводу и не заходят, – усмехнулся бармен. – Все спешат попасть на какой-нибудь шарик, где начнут новую жизнь. А в итоге оказываются не у дел.

– Почему это? – не понял Миша.

– Все просто. Вы ведь ничего другого, кроме как воевать не умеете толком.

– Ерунда. Я корабельный механик второго класса. Любые двигатели, от грузовых до истребителей. Такелажник. Сертификат на управление погрузочным роботом до пятого класса сложности включительно. Про разрешения на ношение оружия, управление любым видом атмосферного транспорта я уже и не вспоминаю, – решительно возразил Миша.

– А еще убивать умеешь чем угодно и когда угодно, не говоря уже про повод для такого действа, – усмехнулся в ответ бармен. – Хотя толковые двигателисты всегда нужны. Ты где остановился?

– Пока нигде. И, похоже, ночевать мне придется в коридоре. Судя по тому, что там творится, – криво усмехнулся Миша, выразительно ткнув пальцем в потолок.

– С финансами проблема? – снова проявил догадливость бармен.

– Кажется, я здесь далеко не первый такой, – покачал головой Миша.

– И даже не двадцатый, – кивнул бармен.

– Думаю, не ошибусь, если скажу, что ты из нашей когорты? – прищурился Миша, окидывая фигуру бармена оценивающим взглядом.

– Капрал объединенных войск Евросоюза. Морская пехота, – гордо представился бармен, гулко стукнув себя кулаком в грудь. Как в бочку.

– Сержант космодесантных войск, – кивнул Миша.

– Ян Коваржич.

– Михаил Лесов.

– Что планируешь делать, Миша?

– Ты был прав, когда сказал, что я сюда работу пришел искать, – вздохнув, признался Миша. – Буду искать рейс до Марса-6, а еще лучше до «Второй попытки».

– До Марса, может, что и пойдет, а вот на Попытку… – Ян мрачно покачал головой. – Палубным матросом пойдешь?

– Хочешь, чтобы я кому-нибудь из этих снобов башку проломил? – иронично усмехнулся Миша.

– Да уж. Тут я погорячился, – смущенно кивнул Ян. – Привык, понимаешь, пивом торговать.

– Да брось ты, – отмахнулся Миша. – Зато хоть какая-то определенность и уверенность в будущем. Не то что у меня.

– У меня старт хороший был, – помолчав, кивнул бармен.

– Вот и мне его заработать надо, – вздохнул Миша, допивая пиво.

– Еще? – спросил Ян, ткнув пальцем в бокал.

– Не будем горячиться. Я еще работу не нашел, – с явным сожалением отозвался бывший сержант.

– Не напрягайся. За счет заведения, – отмахнулся Ян, наполняя тару.

– Твое здоровье, – отсалютовал Миша бокалом.

– Благодарю, – усмехнулся бармен, наливая пива и себе.

Их мирную беседу прервала вспыхнувшая в углу перепалка. Поставив бокал на стойку, Ян с беспокойством посмотрел в ту сторону. На лице бармена отразилось мрачное недовольство.

– Проблемные клиенты? – не поворачиваясь, спросил Миша.

– Портовые крысы. Снова пытаются кого-то обуть на бабки, – тихо прошипел Ян.

– А клиент, естественно, с этим не согласен, – понятливо кивнул Миша.

– Если бы один. Там четверо парней с рудовоза, во главе со своим шкипером. Застряли здесь из-за шторма, а потом администрация переход закрыла. Вот и пьют с горя и со скуки. Боюсь, без драки не обойдется.

– А крысы тебе потом бар не сожгут, если вмешаешься? – осторожно поинтересовался Миша.

– Не посмеют. Я же все их ходы и нычки знаю. Так что могу и с ответным визитом нагрянуть. А охрана перехода и не почешется. Им, чем крыс меньше, тем лучше. Спокойнее, – ответил Ян, не сводя взгляда с угла, где разгорался скандал.

Судя по выкрикам, изрядно принявшая на грудь компания решила скоротать время за катами. В итоге, проиграв несколько партий подряд, команда грузовоза заподозрила неладное и принялась выяснять, с чего вдруг местным так везет. В свою очередь, местные, оскорбившись, потребовали оплатить проигрыш и покинуть бар, пока дело не зашло слишком далеко. На шум из коридора начали подтягиваться какие-то мутные личности. Миша насчитал четверых. Заметив, как напрягся Ян, он отставил недопитый бокал и, выпрямившись на стуле, спросил:

– Хочешь вмешаться?

– Придется, – скривился тот.

– Поясни, – удивился Миша.

– Если кого-то из экипажа порежут в моем заведении, я потеряю клиентов. Кто пойдет в бар, где посетителей убивают, а владелец даже не пытается их защитить?

– Тоже верно, – быстро обдумав услышанное, кивнул Миша. – Помочь?

– Буду очень благодарен, если спину прикроешь, – кивнул Ян, с заметным облегчением улыбнувшись.

– Не вопрос. Делай, что считаешь нужным, а за тылы не беспокойся, – решительно кивнул Миша, с хрустом сжимая кулаки с набитыми костяшками ударных пальцев.

В углу уже кто-то кого-то принялся трясти за грудки, а в воздухе мелькнули сжатые кулаки. Выхватив из-под стойки увесистую дубинку, Ян решительно направился к скандалистам. Но едва он добрался до середины бара, как откуда-то выкрутился расхристанный, весь какой-то подшарниренный индивидуум и, преградив ему путь, принялся что-то тихо шипеть. В ответ Ян, недолго думая, двинул его дубиной по лбу и стремительно кинулся в уже завязавшуюся драку.

Миша успел разглядеть, как в воздухе мелькнула сталь. Портовые крысы взялись за оружие. Следуя за барменом на расстоянии, он внимательно отслеживал каждое движение по флангам. И как вскоре выяснилось, не напрасно. Ушибленный Яном бандит кое-как поднялся на ноги и, выхватив откуда-то из-за спины нож, больше напоминавший недоросток абордажной сабли, бросился на бармена сзади.

Дождавшись, когда он доковыляет до Яна, Миша плавным движением скользнул вперед и, перехватив руку с оружием, стремительно развернулся вокруг своей оси, одновременно выкручивая захваченную конечность наружу. Выгнувшись самым непотребным образом, бандит взвыл, но кинжал не выпустил. Удивленно хмыкнув, Миша таким же скользящим движением перехватил его руку и тут же развернулся в обратном направлении, при этом выворачивая конечность так, чтобы локоть противника смотрел вверх.

Потом, не останавливаясь, он нанес удар локтем в горло, одновременно присаживаясь на корточки и вздергивая руку противника вверх. Раздался тошнотворный хруст и звучный удар чего-то об пол. Кинжал задребезжал, упав на сталепластовый пол бара. Отпустив бандита, Миша выпрямился, одновременно делая шаг в сторону. Пытавшийся напасть на Яна уродец еле слышно сипел на полу, судорожно суча ногами и держась за изуродованную руку. Кричать с разбитым горлом он не мог, а падая, еще и как следует приложился лбом об пол.