«Уход в лес» читать онлайн книгу📙 автора Эрнста Юнгера на MyBook.ru
image

Отсканируйте код для установки мобильного приложения MyBook

Премиум

4.64 
(11 оценок)

Уход в лес

114 печатных страниц

2020 год

16+

По подписке
549 руб.

Доступ ко всем книгам и аудиокнигам от 1 месяца

Первые 14 дней бесплатно
Оцените книгу
О книге

Эссе «Уход в Лес» Эрнста Юнгера (1895-1998) – манифест, посвященный попытке уберечь свободу от политического давления. Юнгер исследует саму возможность сопротивления: как независимый мыслитель может противостоять силе вездесущего государства. Независимо от того, насколько обширными становятся технологии наблюдения, лес защищает мятежника, который, в свою очередь, способен нанести тирании ответный удар.

читайте онлайн полную версию книги «Уход в лес» автора Эрнст Юнгер на сайте электронной библиотеки MyBook.ru. Скачивайте приложения для iOS или Android и читайте «Уход в лес» где угодно даже без интернета. 

Подробная информация

Переводчик: 

Андрей Климентов

Дата написания: 

1 января 1951

Год издания: 

2020

ISBN (EAN): 

9785911035242

Дата поступления: 

8 мая 2020

Объем: 

205482

Правообладатель
170 книг

Поделиться

viktork

Оценил книгу

Читаешь не запойно, а с известным напряжением и даже пропусками. Трудности создает и перевод с немецкого, и, конечно, понимание того, что автору приходилось прибегать к эзоповому языку. Но, есть заворожённость «лесом» или, по крайней мере, осознание невыносимой муки нахождения внутри корабля-левиафана или неутолимой жажды среды нынешней пустыни духа. Кто так чувствует, тот все понимает. Ведь все мы в современном мире либо рабы (в подавляющем большинстве), либо – партизаны.
Еще бы найти силы и знания, чтобы добраться до воды в период резкого опустынивания.

Поделиться

ViachKon

Оценил книгу

Преодоление страха смерти есть также преодоление любого другого ужаса; […] Этому следовали не только мученики, которые были сильнее стоиков, сильнее цезарей, сильнее тех сотен тысяч, которые окружали их на гладиаторской арене. Этому следовали также все те бесчисленные люди, погибшие за веру. […] Даже когда соборы обрушатся, то знание, их настоящее наследие, сохранится в сердцах, и с ним обитатели катакомб будут подрывать дворцы тирании. По той же причине можно быть уверенным в том, что голое насилие по античному образцу не может долго торжествовать. С Христом в историю вошла ее подлинная субстанция, и поэтому мы по праву считаем эту дату началом новой эры. […]
Гёльдерлин в своем известном стихотворении понимает Христа как вершину гераклической и дионисийской силы. Геракл – это прародитель всех царей, без которого даже сами боли не могли обойтись в своей борьбе с тиранами. […] Он первый из тех героев, на чьих могилах был основан полис и почитанием которых держится его существование. […]
Дионис – это бог праздника, возглавляющий праздничные шествия. Когда Гёльдерлин обращается к нему как к духу общности, это следует понимать в том смысле, что и мертвые принадлежат общине, причем они как раз в первую очередь.

"Уход в лес" Эрнста Юнгера - это сочинение о возможности противодействия, выходящего за пределы простого "нет", высказанного в системе формальной легальности. Уход в Лес - это уход в смерть, уход к Дионису, уход к Пану, уход к Христу, к силам которые создают возможность противодействия миру, охваченному господством титанов, воплощенных в чудовищной власти доведенной до автоматического совершенства техники.
Данная работа интересна во многих отношениях. К примеру, она критикует избирательную систему, вскрывая формулу ее существования в ситуации тоталитарных государств. И критика Юнгера, пусть и не всегда до конца оправданная, должна приниматься в расчет, игнорировать ее невозможно.
Из приведенного отрывка видно еще несколько любопытных граней "Ухода в лес". В частности, ясно виден акцент на жертву и мученичество в контексте противостояния насилию и принуждению, осуществляемым тиранией.
Эрнст Юнгер не юрист, он не вдается в тонкости различий между диктатурой и тиранией, тоталитаризмом и древней деспотией. Несомненно, здесь острота зрения подводит непревзойденного мастера субтильной охоты. Тем не менее, сама сила мысли Юнгера от этого не убавляется, а работа - не проигрывает в достоинстве.
Эрнст Юнгер верно распознает нерв власти, обращаясь к фигуре мученика.
Современная социо-гуманитарная наука и философия не уделяют жертве и мученичеству достаточно внимания. Между тем, именно здесь располагается начало порядка и господства. Американский конституционалист Пол Кан верно указывает на скрытое от взгляда основание гражданства - готовность к жертве. Речь идет даже не о готовности служить в армии и погибать на войне, хотя эта грань долга имеет значение. В действительности дело касается куда более глубоких пластов существования человека, ибо готовность к жертве означает идентификацию с порядком. Гегель полагал, что господин отличается от раба готовностью к смерти, риском, которому он подвергает свою жизнь. В этом смысле истовое мужество перед лицом гибели создает власть и господство, которое может переломить любое функциональное насилие. Безоружные люди, кольцом окружившие свои символы и надежду останавливают движение танков. Потестас обретает черты того типа достоинства, которое не нуждается в силе, чтобы отдавать приказ. Там, где есть аукторитас, насилие теряет смысл.
Здесь в историю вступают силы слишком древние для их точной фиксации политическими терминами. Порядок создается границами. Его архаический образ - круг бойцов, готовых к битве. Внутри - мир, снаружи - возможность врага. Аналогично действует огонь в очаге, очерчивающий правовой режим гостеприимства, который исключает всякую вражду и допускает лишь дружбу.
Но это лишь одна грань жертвенности. Другая ее грань - роль мертвых. Порядок может существовать лишь в общности, спаянной единством; в нации, чтущей своих павших. Таков смысл союза живых и мертвых, связанных общей клятвой.

Ибо вся культура покоится наряду с культом земли («Ибо «культура» была и есть в первую очередь культуpой земли, ее растений и порождений, а также мертвых…») в буквальном смысле слова на культе мертвых; без внимания к мертвым не может быть никакого внимания к человеку
(Х. Зедльмайр)

Пусть это покажется странным и кощунственным, но не столь уж важно, насколько эти "мертвые" существовали в профанной реальности, они могут принадлежать мифу. Это не имеет такого уж серьезного значения. Дионис, Геракл, Христос... не столь уж важно их фактическое существование. Куда важнее их символическая сила, мобилизующая на принятие боли.
Мертвые присутствуют в порядке и делают возможным его длительное существование, бесстрастное к смене поколений, а значит - ходу времени.

"Что это значит для современника, если он начнет руководствоваться примерами тех, кто победил смерть, примерами богов, героев и мудрецов? Это означает для него участие в сопротивлении времени, и не только конкретному, но всякому времени вообще, а главная сила любого времени в своей сути есть страх смерти. Если человеку удастся отвоевать себе это пространство, тогда он будет пользоваться свободой и в любой другой области, управляемой страхом. Тогда он сокрушит великанов, чье оружие - ужас. Именно так всегда было, есть и будет в истории".

Эрнст Юнгер, как и всегда, чрезвычайно поэтичен. Его мысль задает ритм мыслям читателя. Почти интуитивно он подступает к темным, неясным областям метафизики власти и закона, насилия и процесса, господства и права. Это делает его суждения острыми и ясными. Он не всегда точен в использовании понятий, но сам его жест без всяких сомнений точен, каким бы спорным он порой не казался.

Поделиться

peterkin

Оценил книгу

Юнгер говорит тут о самодостаточности и самоценности человека, которые пытается как-то смазать, разбить и упорядочить технократия. И, вроде бы, с написания этого эссе прошло 70 лет, наступила цифровая эпоха, всё другое, но характер технократии не менялся (даже рычаги и педали не очень меняются у неё, только свистоперделки новые), так что в описываемой Юнгером послевоенной Германии вполне узнаётся Россия 2010-х (хоть главки про выборы смотрите, хоть про собственность, хоть какие).
А самодостаточность и самоценность человека / личности / "одиночки" - вещь фундаментальная, и фундамент этот должен залегать и - если уж он есть - залегает достаточно глубоко, чтобы не меняться. Так что и с этой стороны всё свежо и актуально. Другое дело, что над этим фундаментом с наступлением цифровой эпохи нарос уже такой культурный слой (в цифре всё быстрее, в т. ч. и зарастание говном, т. е. да, культурным слоем), что докопаться до него будет сложнее. Но Юнгер таки мотивирует докапываться.
Если коротко, то и всё.

Книга совершенно не 18+, но поставляется в целлофане, как почти всё от AdMarginem, это,наверное, сильно помогает им продаваться. Потому что такой антидизайн и такую вёрстку я б, полистав в магазине, не купил бы (140 страниц плохой бумаги карманного формата почти без полей с раздражающими градиентными кирпичами между главок, которые переползают со страницы на страницу, да ещё за 600 рублей - ну, ё-моё... А рядом старые издания Ad Marginem, тот же Юнгер, "Семьдесят минуло" - толстый том в переплёте, нормальная вёрстка, в руки приятно взять, и стоит те же 600 рублей примерно; где-то издательство свернуло не на ту дорожку).

Поделиться

За» означает необходимость, «против» – свободу. Исторический процесс развивается так, что обе силы, как необходимость, так и свобода, влияют на него. История деградирует, когда одна из этих сил отсутствует.
7 апреля 2021

Поделиться

Можно быть уверенным в том, что те же два процента по законам двойной бухгалтерии проявятся и в других списках, помимо избирательной статистики, – например, в списках имен заключенных тюрем и трудовых лагерей или там, где только Бог считает жертвы.
5 апреля 2021

Поделиться

Человек в агонии часто похож на заблудившегося и ищущего выход.
21 января 2021

Поделиться

Еще 8 цитат

Автор книги

Переводчик

Другие книги переводчика