Цитаты из книг автора «Эрин Уатт»

– Вонн Беннетт. Она идеально подходит на роль твоей девушки. Она нам необходима.– Угу, примерно так же, как мне необходима клизма. Ты что, не заметил, как она остра на язык?– Я тебя предупредил.

– Подожди-ка, а ты что-нибудь вообще ела, кроме этого батончика? – говорит Окли.Меня охватывает крайнее удивление. Серьезно, именно ему пришло в голову поинтересоваться?– Ну, я завтракала, конечно, но это было довольно давно.На его губах появляется легкая улыбка.– Джим, надо раздобыть еды.

– А у тебя есть стиль? – Окли округляет глаза.– Вообрази себе, и получше твоего, – огрызаюсь я, устав от его постоянных нападок. – Что, так сложно носить штаны, которые нормально держатся на талии? Никому не интересно смотреть на твои трусы.– Детка, вообще-то всем интересно посмотреть на мои трусы. Мне платят по сто тысяч баксов за каждый снимок папарацци.– Детка? – возмущенно фыркаю я.Он наклоняется ко мне, сплетая в замок свои на удивление изящные пальцы и ухмыляется.– Тебе не нравится? Тогда выбери другое обращение. Ты же моя девушка.– Хочешь сказать, тебе нравятся дети?– Что? – Он откидывается назад. – Нет. Ну ладно, как насчет… – он притворяется, что задумался, а затем щелкает пальцами: – Старушка?– Прекрасно. – Я максимально широко улыбаюсь. – А я тебя буду звать… старый хрен.

На какое-то мгновение я испугалась, что меня поглотит его магнетическая аура. Что я забуду про УУ, про деньги, Пятницу, бразильскую супермодель и, как муха в паутину, попаду в его силовое поле. Но он смеется надо мной из-за дурацкого батончика, который я начала есть, потому что мы все два часа ждали, пока он соизволит явиться. И у него даже недостает воспитания, чтобы пожать мне руку.Нет никаких шансов, что такой человек может мне понравиться.

Передо мной Окли Форд, и я действительно слушала на повторе его альбом, когда мне было пятнадцать лет. Ладно, он действительно мне нравился, совсем немножечко, и именно поэтому я была так расстроена, когда он изменил своей девушке. Подставной.А теперь я сама буду его девушкой.Подставной.Мне не очень нравится притворяться, но обычно это у меня хорошо получается. Делать вид.

Хочешь узнать, за чем вчера вечером папарацци застали Ники Новака?Я перестаю что-либо понимать.– При чем тут вообще Ники Новак?Ники Новак – это шестнадцатилетний поп-музыкант, с которым я даже не знаком. Его группа только что выпустила дебютный альбом, который попал на верхушки чартов, и ребята наступают на пятки «One Direction».

Ты ничего не выпускал с семнадцати лет. Это было два года назад, но в музыкальном мире сойдет за все десять.– Адель выпустила альбом в девятнадцать, а потом – только в двадцать пять.– Но ты-то не Адель.– Я лучше, – отвечаю я, и это не хвастовство. Мы оба знаем, что это правда.

– Ты видел последние цифры по соцсетям? – Он поднимает телефон.– Ты спрашиваешь или хочешь рассказать?Мы останавливаемся у перил, которые ограждают террасу вокруг дома. Хорошо бы спуститься на пляж, но он общественный. В последний раз, пытаясь выйти искупаться через черный ход, я еле унес ноги, лишившись плавок и с разбитым носом. Это было три года назад, и таблоиды раздули историю о том, что я подрался со своей бывшей и напугал детишек.– Ты теряешь по тысяче фолловеров в неделю.– Какой ужас, – иронизирую я.На самом деле, звучит просто отлично. Может, наконец, и поплавать иногда можно будет, иначе какой смысл иметь дом на пляже?

зачем я пригласил Хартли в свой личный мир?

Как всегда. Я никогда не забываю о презиках, – и он кричит вслед отцу, – как меня учили!