Цитаты из книг автора «Эрин Уатт»

Я сжимаю руки в кулаки. Гидеон всегда говорил, что у меня склонность к саморазрушению, и, черт, сейчас я, похоже, вышел на совершенно новый уровень. Это все моя вина. Я позволил злости на отца привести меня в постель к этой стерве. Я убедил себя, что после всех страданий, которые перенесла из-за него мама, он заслуживает, чтобы я закрутил шашни с его девушкой у него за спиной.

Я притягиваю его голову к себе. – Ты нужен мне, Рид. Не заставляй меня умолять. И тут парень сдается. Одна его рука запутывается в моих волосах, а второй он грубо притягивает меня к себе. – Тебе больше никогда не придется просить. Я дам тебе все, что ты захочешь.

Он говорит со мной? Наверное, да. Я поднимаю голову, чтобы возразить, чтобы сказать, что я не сделала ничего плохого, но тут вижу стену из Ройалов. Все братья здесь. Все до единого, включая Гидеона. Руки сложены на груди, глаза мечут громы и молнии. Но ни один не смотрит на меня.

– Ты убиваешь меня, – стиснув зубы, говорит он. – Отлично, – бормочу я, но у меня так сильно трясутся руки, что едва удается справиться даже с простыми узлами. – Тебе это нравится, да? Когда я в твоей власти? – Мы оба знаем, что ты никогда не будешь в моей власти.

Он может меня ненавидеть, но он меня хочет. Все так же сильно сжимает в кулаке свой член. И даже его мышцы стали еще объемнее, словно жаждут моего прикосновения. Об этом говорила Валери вчера вечером, когда мы танцевали. Я не реагировала на толпу, но прожигающий насквозь взгляд Рида, следящий за каждым моим движением, заставлял меня чувствовать себя настоящей. Если бы сейчас я оказалась в его голове, то увидела бы только себя. Я медленно подхожу к креслу в углу, на котором лежит сложенный халат, обвязанный поясом. Вытащив пояс, я провожу пальцами вдоль махровой ткани.

Я опускаю руки и вхожу в каюту. Что-то есть в этом парне… он отдает приказ, и я подчиняюсь. Конечно, сначала я сопротивляюсь. Всегда сопротивляюсь, но победа все равно остается за ним.

Как же я устала от всего этого. Может, Истон и хочет использовать меня, но я тоже не прочь использовать его. Мы оба хотим найти… утешение, любовь, способ нанести миру ответный удар. Я тяну голову Истона вверх.

– Да плевать, Ист. Ты делаешь только то, что хочешь. Так всегда. – В голосе Рида слышится усталость, и мое сердце – из-за голода и одиночества, поселившихся в нем, я позволила Истону целовать себя – наполняется состраданием. – Да пошел ты, Рид. Ты хотел, чтобы я завязал с обезболивающими, и я завязал. Но сегодня в меня врезался стокилограммовый бычара, и теперь мои ребра чертовски болят. Либо пиво, либо таблетки. Выбирай.

Он уходит, без футболки, его мускулистая спина блестит под солнечными лучами, проникающими в зал через окна в крыше. Кто-то кидает ему другую футболку, и Рид на ходу натягивает ее, направляясь к своему брату. На мгновение наши с Истоном взгляды скрещиваются, но по его лицу невозможно ничего понять. Потом он поворачивается к Риду, и Ройалы начинают шепотом переговариваться.

Шок на лице Джордан заметен всего лишь мгновение. Его тут же сменяет настороженность. Когда она замечает выражение моего лица, клянусь, ее пробирает дрожь. Через секунду она уже стоит на ногах, скрестив руки на груди.