Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Цитаты из Улисс из Багдада

Читайте в приложениях:
166 уже добавило
Оценка читателей
4.38
  • По популярности
  • По новизне
  • С этого и начинается варварство, Саад, когда человек не хочет видеть в другом себе подобного, когда назначают кого-то недочеловеком, когда людей разбирают по сортам и кого-то исключают из списка.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Одно тысячелетие за другим землю населяют одни мигранты, и завтра мы будем мигрировать еще больше. Будут мигранты политические, мигранты экономические, мигранты климатические. Но люди – это бабочки, возомнившие себя цветами: как только они где-нибудь обосновываются, они забывают, что у них нет корней, они принимают собственные крылья за лепестки, придумывают себе иную генеалогию, отличную от блуждающей гусеницы и летающего зверя.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • – Свобода, равенство, братство.
    – Это песня?
    – Нет, с сегодняшнего утра я читаю эти слова повсюду: на фасадах, на фронтонах, на памятниках, на статуях. Ясное дело, это всего лишь лозунг, согласен, но люди, которые его объявили, не могут быть плохими.
    – Они перебарщивают. Это как человек, который на базаре кричит, что продает самые красивые и самые дешевые ткани: он кричит громко, потому что врет.
    – Конституция республики не имеет ничего общего с базарными привычками, сын, ты заблуждаешься!
    – А разве не под тем же девизом французы строили свою колониальную систему?
    – В Алжире, в Марокко, в Сенегале, в Азии? Возможно, ты и прав.
    – Так что «свобода, равенство, братство», видимо, означают: «Мы вольны вас захватывать, все равны, но кое-кто равнее других, вы нам братья, когда надо идти на войну».
    – Ох, мне кажется, ты слишком мрачен.
    – Ложь кроется в третьем понятии – «братство». Чтобы создать содружество братьев, надо решить, кто в него войдет. Очертив круг солидарных существ, которые станут помогать друг другу, несмотря ни на что, надо обозначить и тех, кто останется в стороне и не будет включен в их группу. Словом, надо прочертить границы. Как только ты говоришь «братство», ты противоречишь равенству, два понятия взаимно уничтожаются! Мы все время возвращаемся к одному и тому же: к границе. Не бывает человеческого общества без контура границ.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • В последние века европейцы ездили где хотели, где хотели – торговали, где хотели – воровали, где хотели – рыли, где хотели – строили, где хотели – размножались, что хотели – колонизировали, а теперь обижаются, что кто-то едет к ним? Это ни в какие ворота не лезет! Европейцы бесстыдно расширяли свою территорию за наш счет, да? Это они стали передвигать границы. Теперь наш черед, придется привыкать, потому как мы все к ним приедем, и африканцы, и арабы, и латиносы, и азиаты. Я, в отличие от них, не перехожу границу с оружием, солдатами или с благородной миссией поменять им язык, законы и религию. Нет, я их не завоевываю, не хочу ничего менять, я просто хочу взять себе кусочек земли и укрыться там.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Европейцы не знают, что они такие. Почему? Потому что, желая увидеть себя, они придумали кривое зеркало: интеллектуалов. Гениальная штука: зеркало, которое показывает их – другими! Отражение, позволяющее видеть не видя! Европейцы обожают интеллектуалов, они дарят славу, богатство, влияние тем, кто убеждает их, что они не такие, какие есть, а совсем наоборот: миролюбивые, гуманные, братья всем, идеалисты. Вот уж работенка у интеллектуалов! И прибыльная, и полезная. Если бы я не решил быть философом в Париже, я стал бы интеллектуалом. С помощью интеллектуалов европейцы отлично могут жить двойной жизнью: говорят про мир, а сами воюют, делают все разумно – и убивают без счета, придумывают права человека – и крадут, захватывают землю, убивают больше, чем за всю историю человечества. Странный народ эти европейцы, друг, странный народ: у них голова отдельно, а руки отдельно.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Обозначенный новым языком, мир был не так явственно осязаем, как мир родного языка.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Самое трудное в споре – не защищать точку зрения, а иметь ее.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Кем был я сам? Иракцем? Арабом? Мусульманином? Демократом? Сыном? Будущим отцом? Приверженцем свободы и справедливости? Студентом? Одиночкой? Влюбленным? Всеми ими, однако эти ипостаси плохо ладили друг с другом. Человек может звучать по-разному в зависимости от того, какому из своих голосов он отдает предпочтение. Кому должен был отдать предпочтение я? Если я считал себя в первую очередь иракцем, тогда я должен был защищать нас от американских захватчиков и встать на сторону Саддама. Если смотрел на себя как на демократа, следовало присоединиться к янки и свергнуть кумира. Если занять позицию мусульманина, то невыносимы становились и слова, и стиль, и крестовый поход христианина Буша против ислама. Если отдать предпочтение идеалам справедливости и свободы, надо было, наоборот, слиться с Бушем, чтобы тем вернее задавить сатрапа Саддама. Однако разве живущему во мне арабу не полагалось бояться бесстыдного Запада, зарившегося на мою землю или на черный сок моей земли, на нефть, особенно же бояться этого представителя Запада, американца, безусловно поддерживавшего Израиль, даже когда Израиль нарушал свои обязательства перед арабами Палестины. Едва я начинал выражать свою мысль, как тут же вступал целый оркестр с разномастными тембрами, начинался сумбур.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • он ставит себе в заслугу то, что ему дали. Хорошая вещь – самонадеянность! Как великолепно тупое самодовольство! Как ослепительно тщеславие, относящее на свой счет все, что получено от других! Я испытываю ревность. И так я завидую любому человеку, кому выпало счастье жить в пригодном для жизни месте.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Чужеродно лишь то, что несвойственно человеку.
    Жан Жироду. Эльпенор
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Но чем дальше продвигаешься по пути мудрости, тем меньше остается этой гордыни: человеку открываются собственные сложности, проступают внутренние линии напряжения.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • , смех входит в аптечку первой помощи.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Я дожидался, пока отец созреет для разъяснений: с ним любая беседа шла поворотами и зигзагами и надо было уметь смаковать саспенс.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Мы думаем, что бежим из тюрьмы, а сами тащим за собой решетку
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Оглядываясь на прожитую жизнь, мы видим ее жужжанием вечных «почему», не услышанных вовремя, чередой перекрестков, где мы не увидели прямой дороги вперед.
    В мои цитаты Удалить из цитат