Цитаты из книг автора «Эрик Берн»

Что происходит между матерью и ребенком, скажем, после слов: «Ты почистишь зубы, и я тебе почитаю», и до того, как она пожелает ему спокойной ночи и плотнее подоткнет одеяло? Что спрашивает он, прежде чем

И то и другое можно прояснить только при помощи специальной процедуры: происхождение – путем какой-нибудь формы аналитической терапии, а скрытые мотивы – при помощи антитезиса.

игры вполне сознательно инициируются маленькими детьми. После того как они превращаются в зафиксированные наборы стимулов и реакций, их происхождение теряется в тумане времени, а скрытые мотивы затягиваются социальным туманом.

общих устремлений играющих. Иногда здесь возникают альтернативы. Целью ЕНТ может быть поиск уверенности

Цель. Это просто формулировка об

Ребенок, который родился, чтобы жить и любить вечно, может изменить свои намерения в возрасте от пяти до шести лет, когда

независим. Но у всех людей сохраняется внутренний демон, приносящий неожиданное удовольствие или горе. Следует отметить, что сценарные орудия – это параметры, которые задаются человеку, они указывают на пределы, которыми он ограничен. А образцы поведения, которые человек усваивает от родителей, включая их игры, указывают ему, как в реальности упорядочить свое время. Таким образом, сценарий – это завершенный план жизни, указывающий границы и упорядочивающий то, что внутри них.

Сценарный аппарат Неудачника состоит из предписаний, провокаций и проклятия. Это элементы сценарного контроля, и они надежно закрепляются в сознании к шести годам. Чтобы иметь возможность сопротивляться этому программированию, ребенок получает внутреннего демона и вдобавок иногда снабжается внутренним освобождением. Позже он получает возможность понимать лозунги, и это дает ему антисценарий. Тем временем он изучает образцы поведения, которые служат и сценарию, и антисценарию. У Победителя аппарат тот же самый, но он лучше приспосабливается, у него обычно больше разрешений, и потому он более незави

бросает колледж. Короче, человек вызывающе последователен. Но так как ему приходится сверяться с программой, чтобы узнать, чему бросать вызов, он так же подчиняется программе, не повинуясь ей, как и повинуясь. Там, где свобода – это только «вызов», она иллюзорна. Переворот программы оставляет человека запрограммированным. Такой поворот, когда программу не разрывают, а просто выворачивают, называется антисценарием

Антисценарий напоминает то, что Эриксон называет «рассеиванием личности». Если сценарий можно сравнить с компьютерной перфокартой, то антисценарий – та же карта, но с обратной стороны. Аналогия очень грубая, но имеет смысл. Если мать говорит: «Не пей!», сын пьет. Если она говорит: «Ежедневно принимай душ», он перестает мыться. Она говорит: «Не раздумывай» – он думает, она говорит: «Хорошо учись» – он бро