Цитаты из книг автора «Эрик Берн»

право делать все, что угодно, лишь бы доказать, что другие недостойны доверия. Сценарий предусматривает, что его предаст человек, которому он доверял, так чтобы, умирая, он мог сказать: «Я это знал. Никому сегодня нельзя доверять».

Любимая тема его разговоров – обсуждение разного рода мошенничеств. Любимая игра – ННВ, в ходе которой собираются доказательства того, что люди недостойны доверия. Его любимое чувство – торжество: «Попался, сукин сын!» Его прозвище «Недоверчивый», а главный для него сфинктер – анус («Держи зад на запоре, чтоб тебя не изнасиловали»). Его герой – человек, который доказывает, что «властям» нельзя доверять. В передней комнате он праведник, а в задней – мошенник, недостойный доверия (как владелица дома, которая говорит с негодованием: «В наши дни доверять жильцам нельзя. Только вчера я рылась в столе одного из них, и вы не поверите, что я там нашла!»). Его внутренний мир – мир праведника; и он в этом мире имеет пра

Полиции, конечно, платят за следование этому лозунгу. Никому не верить – это часть ее работы. Так начинается турнир, в котором любитель или полупрофессионал ННВ состязается с профессионалами. Воинственные призывы к такому турниру, вопли о том, что все подкуплены, утверждения о всемирном «заговоре» и прочее, которые могут звучать десятилетиями и даже столетиями, должны доказать такие утверждения, как, например: «Гомер был на самом деле не Гомером, а другим человеком с тем же именем», «Гаврила Принцип был на самом деле не Гаврила Принцип, а другой человек с тем же именем».

Поэтому футболку «Никому нельзя верить» (ННВ) или «В наши дни никому нельзя верить» (ВНДННВ) не следует понимать буквально. Она не означает, что ее носитель будет избегать контактов с людьми, потому что не доверяет им. Совсем напротив. Он будет искать такие контакты, чтобы доказать правоту своего лозунга и укрепить свою позицию (я+ – они —). Человек с таким лозунгом подбирает недостойных доверия людей, усиленно завязывает с

сон Брунгильды, которая спит на вершине горы, окруженная огненным кольцом, через которое может пройти только герой. Этот подвиг и совершает Зигфрид.

играет в игру под названием «Насилуют!», которая соответствует ее сценарию

Вознаграждения. 1. Внутреннее психологическое – а) пьянство как процедура – бунт, утешение и удовлетворение желания; б) «Алкоголик» как игра – самобичевание (возможно). 2. Внешнее психологическое – возможность избежать сексуальной и других форм близости. 3

вникать в проделки мужа показывает, как упорно люди цепляются за свои сценарии, в то же время жалуясь на невыносимость такого существования.

Сцена туннеля, по-видимому, оставалась неизменной с самого раннего детства. Концентрационный лагерь, вероятно, более позднее усовершенствование детского кошмара, который Ванда не могла вспомнить. Эта сцена основана на детском опыте, обогащенном чтением и юношескими фантазиями. Таким образом, юность – этот период, когда страшные туннели детства приобретают более реалистическую и современную форму, превращаясь в основу жизненного плана пациента. Нежелание Ванды

часть ее жизни прошла в этом туннеле, в этой неудобной позе, и, судя по ее отношению к жизни и по прошлой истории, было очевидно, что финал сценария призывает ее устать, перестать держаться за стены и скользить вниз, к поджидающей смерти. Она тоже добилась значительного «улучшения» в своем лечении. В переводе это улучшение означало – «как располагаться удобнее, держась за стены туннеля в ожидании смерти». А подлинное сценарное излечение значило, что нужно выбраться из туннеля в реальный мир и жить в нем с комфортом. Туннель – это сценарная декорация.