Цитаты из книг автора «Эрик Берн»

Для умирающего смерть не поступок и даже не событие. Она становится таковой только для живущих. Смерть должна быть и бывает трансакцией. Физический ужас в нацистских лагерях подкреплялся психологическим ужасом: в газовых камерах невозможно проявление достоинства, самоутверждения и самовыражения. Нет никакой повязки на глазах, нет последней сигареты, нет вызова, нет знаменитых последних слов, короче говоря, нет предсмертной трансакции. Умирающий дает трансакционные стимулы, но убийцы на них не реагируют. Таким образом, force majeure отнимает у сценария его самую важную сцену – сцену смерти, а ведь в некотором смысле все человеческое существование сосредоточено на этой сцене.

Возникает интересный вопрос: что вы делаете после прихода Санта-Клауса? Если у вас сценарий «До тех пор, пока…», Санта-Клаус приходит через каминную трубу и приносит справку о полном освобождении. Человек исполнил все предписания сценария, антисценарий освободил его от проклятия, и теперь он может делать то, что всегда хотел с самого раннего возраста. Но идти своим путем очень опасно, о чем свидетельствуют многие греческие мифы. Конечно, человек освободился от своего колдовского родителя,

Если ребенок заболевает в раннем возрасте, это может совпасть с материнским сценарием, а может совершенно нарушить его. Если болезнь соответствует сценарию, ребенок будет воспитан как профессиональный калека, иногда с помощью организаций, которые помогают детям-инвалидам или умственно отсталым (пока они остаются инвалидами или умственно отсталыми: если ребенок выздоравливает, правительство перестает выплачивать субсидию). В таких случаях мать учится «смотреть правде в лицо» и соответственно учит и ребенка. Однако если болезнь не соответствует сценарию матери, она не учится смотреть ей в лицо. Она продолжает стараться, и ребенок учится делать то же самое, так что заканчивает одноногим танцором, прыгуном в воду с искалеченной ногой или помешанным специалистом-ортопедом (все эти примеры существуют или существовали в реальной жизни). Сюда же относятся случаи калеки-Ребенка и умственно отсталого Ребенка матери: они радуются, если их протеже удается стать таким же (с посторонней помощью). Если сценарий матери не требует больного или умственно отсталого ребенка, а болезнь серьезна и становится неизлечимой, тогда жизнь матери превращается в сценарную трагедию. Если болезнь ребенка соответствует сценарию матери, но поддается излечению, в таком случае жизнь ребенка превращается в сценарную трагедию.

Лечение таких неврозов, связанных с продолжительностью жизни, очень простое. Терапевт должен дать пациенту разрешение прожить дольше отца. Психоаналитик добивается в таких случаях успеха не потому, что конфликт разрешен, а просто потому, что в самый критический год пациент получает защиту. Вообще тут нет конфликта, который следовало бы разрешать, потому что со стороны

3. Он начинает жить более лихорадочно и торопливо, потому что проживает взятое взаймы время и смерть может настигнуть его в любой момент. 4. Он уходит в себя, потому что освобождение от смерти у него условное и будет отнято, если его застанут, пока он наслаждается и веселится. Очевидно, что в первом случае он получил разрешение жить дольше отца, если сумеет, во втором – не получил такого разрешения, в третьем – у него есть разрешение удрать с награбленным и в четвертом – разрешение заключить сделку. В сущности, четвертый случай есть прекрасный пример одностороннего контракта с богом, о котором мы говорили выше, поскольку человек, не проконсультировавшись с богом, считает, что уговорил его.

Недавние работы, посвященные изучению причин смерти, показали, что многие умирают тогда, когда они к этому готовы, и инфаркт, например, можно вызвать почти по собственному желанию. Практически достоверно установлено, что у большинства людей в жизненном плане заложено представление об ожидаемой продолжительности жизни. Ключевой вопрос здесь: «Сколько вы надеетесь прожить?» Обычно продолжительность жизни есть повод для соперничества. Ребенок человека, отец которого умер, например, в сорок лет, может не иметь разрешения жить дольше этого возраста и весь свой четвертый десяток будет жить в состоянии неопределенных дурных предчувствий. Он все больше и больше осознает, что ему придется умереть в сорок лет, и самый критический период – год между его тридцать девятым и сороковым днями рождения, после чего жизнь может измениться следующим образом: 1. Человек успокаивается и расслабляется, потому что миновал опасный возраст и он остался жив. 2. Он впадает в депрессию, потому что, выжив, нарушил родительское предписание и

В сущности, вся жизненная борьба представляет собой движение по этому треугольнику в соответствии с требованиями сценария. Так преступник преследует свою Жертву; Жертва обращается с заявлением и становится истцом или Преследователем, а преступник превращается в Жертву. Если его поймают, Преследователями становятся полицейские. В таком случае он нанимает профессионального Спасителя, адвоката, который преследует полицейских. В прерванном насилии начинается гонка по треугольнику. Преступник, который преследовал девушку, становится Жертвой Преследователя-полицейского, который перед этим сыграл роль Спасителя.

Это применимо также к алкоголикам и к организации «Анонимные алкоголики».[36] Клод М. Стайнер обнаружил, что почти всех алкоголиков подвергают анализам, уговаривают, им угрожают, пытаясь добиться, чтобы они прекратили пить, но ни в одном из этих случаев им не сказали просто: «Перестань пить!» Их предыдущие столкновения с психотерапевтами основывались на таких лозунгах, как «Давайте проанализируем, почему вы пьете», «Почему бы вам не бросить пить?» или «Если будете продолжать пить, причините себе вред». Все это весьма далеко от простого императива: «Перестань пить!» Игрок «алкоголик» согласен провести годы, анализируя, почему он пьет, или печально рассказывая, как он скользит вниз, если только все это время ему не мешают продолжать пить. Угроза, что он причинит вред своему здоровью, конечно, самая наивная, потому что именно это он и старается сделать, следуя сценарному предписанию: «Убей себя!» Угрозы только приносят ему удовлетворение, предоставляя ужасные подробности того, какой именно будет его смерть, – конечно, если выполнить предписание матери. Алкоголику нужно разрешение прекратить пить, если он способен его воспринять, а потом четкое и безусловное обязательство держаться, данное Взрослым (если

У каждого человека внутри заключен маленький мальчик или маленькая девочка, которые чувствуют, думают, действуют, говорят и отвечают точно так, как он или она поступали, будучи ребенком определенного возраста. Это состояние Я называется Я-Ребенок.

С этой точки зрения успех или неудача в жизни зависят от родительского разрешения. Человек получает или не получает разрешение окончить колледж, завершить свое ученичество, оставаться женатым, перестать пить, получить повышение, быть избранным или условно освободиться, не попадать в психлечебницу или выздороветь, если он обратится к психиатру.