Я не жалею тебя, Джимми, – сказала она. – Мне жаль всех людей, которые могли тебя узнать, но не узнали. Они дураки. Они облажались. Я горжусь собой, что я не такая, как они.
Тысячи несказанных слов Между намиЗастылиИ крепкой удавкойМне горло сдавилиЯ нем, но сердце болитИ горят в моей памятиОсени яркие краскиРыжие и золотыеВсе мысли моиПустые мечты но в них только ты
Ты слишком хороша для смертных мужчин, но истинная любовь найдет тебя, это я точно знаю. Он потрепал меня по щеке, снова рявкнул на Фила, и они вдвоем принялись споро готовиться к открытию. Я ела лепешку и пыталась поверить в слова Эдмона. На сердце стало капельку легче – не столько от еды, сколько от вложенной в нее доброты.