Небо в Сирии совершенно не похоже на небо в Бостоне – там ночные огни затмевают свет звезд. Даже в Амхерсте я не видел такого огромного, черного неба, сплошь усыпанного яркими звездами, сиявшими, словно бриллиант
Мое сердце плачет о тебе за высокими, толстыми стенами, которые я возводил годами, чтобы скрыть старые воспоминания, требующие, чтобы я молчал. Они шепчут, что я не заслуживаю того, чтобы быть услышанным, что счастье принадлежит тем, кто достоин
пошел бегать. Мчался все быстрее и быстрее, пока совершенно не выбился из сил. Безуспешно пытался выжечь чувства к Отем, глубоко проросшие в сердце, пытался убедить себя, что мне достаточно их счастья. Ведь я любил их обоих больше, чем кого бы то ни было на свете. Два моих любимых человека.
олжалась, даже если тебе было безумно нужно притормозить и подождать минутку, пока пытаешься собрать себя воедино. – Ты пойдешь в Йель, да? Или в Браун? – спросила Энджи, когда мы добрались до поворота и увидели огни центра Хармони впереди. – Я представляю что-то роскошное в стиле Новой Англии.