– Ох… Вас могут убить, а нас троих повесить за измену. – Глупости, – насмехается Николас. – У нас уже давным-давно никого не вешают. – Он хлопает Логана по спине. – Это будет расстрел.
Представляю себе, как отреагирует Фергус, если я разложу свои яйца на диване шестнадцатого века времен королевы Анны, или, еще лучше, что скажет бабуля. И начинаю ржать.
– Ты сумасшедшая, – я указываю пальцем на свой череп. – Ты рехнулась, дорогая. Возможно, кто-то должен тебя осмотреть. Она показывает мне средний палец. – А ты королевский хрен. Смотри, чтобы тебе задницу дверью не прищемило.
Она хихикает. Я же становлюсь серьезным, потому что знаю, как сильно переверну сейчас ее жизнь… А потом, менее чем через четыре месяца, просто уйду. Оливия еще не понимает, не совсем.