Цитаты из книг автора «Эмилия Грин»

Ян Коршунов. Один из лучших тату мастеров столицы, у которого обслуживались все звезды. Парень выглядел весьма экзотично. Высокий, раскаченный, с черными вьющимися волосами до плеч и холодными серыми глазами дикой птицы. Он несколько дней назад вернулся из Тайланда, и теперь щеголял загорелым торсом под белой майкой-алкоголичкой. Разумеется, как и положено тату-мастеру, его руки и грудь были забиты диковинными символами и рисунками. Пожалуй, девчонки вешались на него даже больше, чем на меня.

что прежняя Мила Лапина уже никогда не вернется. Та добрая, наивная, застенчивая девушка так и осталась стоять на пороге его прокуренной подсобки, сжимая в руках пакетик с домашней выпечкой. Какая-то струна моей ранимой души лопнула. Оборвалась безвозвратно. Пяти минут наедине со Страховым хватило, чтобы понять, в каком поганом мире мы живем. В мире, где главенствуют похоть, разврат, деньги и полная безнаказанность, где любой богатенький мажор может вытереть ноги о твою чистую незапятнанную душу. Этот день навсегда застрял в памяти, наложив отпечаток на всю оставшуюся жизнь…

Краткий смысл этой притчи – сегодня ты помог кому-то, а завтра кто-то протянет руку тебе.

– Типа ты совсем не в моем вкусе! – короткий смешок слетает с его губ, а ладони, словно в наказание за дерзость, опускаются чуть ниже, начиная плавное скольжение по ягодицам. Я вздрагиваю, пытаясь вырваться из западни, но ничего не выходит – Страхов словно приковал меня к себе стальными цепями. Он прижимается настолько близко, что нехотя ощущаю, насколько напряжены мышцы его живота, а выдающаяся твердость в районе паха вообще не дает нормально соображать. Делаю спасительный вдох, но в горле продолжает першить от волнения. Его пронзительный взгляд на моих алых губах окончательно выбивает из равновесия, и весь этот танец поистине сравним с самой мучительной пыткой…

Демид не дает мне сделать вдох, и через мгновение ока оказывается рядом, уверенным движением прижимая к своей груди. В ту же секунду испытываю головокружение, и просто замираю в его руках, боясь пошевелиться. Его ладони снова гуляют по моей спине, прямо как в тот злополучный вечер в подсобке, только теперь меня распирает от совершенно иных ощущений. Страх пришел на смену нездоровому любопытству.

– Даешь вареные яйца! – я язвительно хмыкнула.

Уличив момент, когда монстр опустил взгляд, нащупала за спиной кружку с недопитым чаем, одним махом выливая содержимое Руслану между ног. – Упс! Ты тоже намок! – ощерилась, быстро спрыгивая на пол. – Бл*! А если бы там был кипяток?!

Но мне повезло: Руслан открыл ящик с нижним бельем, достал оттуда черные боксеры. О ужас, теперь я знала не только обо всех анатомических подробностях строения тела парня, но и о том, где он хранит трусы!

он стал меня лапать. – Ты что творишь, козел?! Отвали. Дышать нечем! – вопила, силясь разорвать скотскую хватку. – Тише-тише, белоручка, – усмехнулся садистски, глядя на мои приоткрытые губы. – Ты вообще упадешь в обморок, если узнаешь, как давно я мечтаю о тебе… Судорожный хрип прервал путаную речь. Его взгляд прошиб до кислородного голодания в легких. На секунду я прекратила вырываться. Что? Эд опустил длинные ресницы, но его руки, тискавшие задницу, со всей красноречивостью поведали о постыдных намерениях парня. – Не трогай меня. Отвали-и-и! – старалась не реагировать на терпкий запах одеколона, исходивший от его крепкой шеи, не разглядывать жесткие черные волосы на груди. – Позволь мне тебя раздеть и уложить в постель? Доверься – не пожалеешь… Шершавый язык заполз в ушную раковину. Я еле сдержала тихий стон. Он в открытую предложил секс без обязательств: мы больше никогда не увидимся, поразвлеклись и забыли. Все мои подружки лет с шестнадцати практиковали подобное, и только у меня с детства перед глазами стоял пример родителей – вместе со школьной скамьи и на всю жизнь. Отрицательно покачала головой, в то время как нахал просунул ладони под резинку моих спортивных штанов, раздвигая пальцами упругие половинки. – Хочешь повоевать? Устрою тебе это в постели. А потом всю ночь будем отмечать мою победу… – не терпящим возражений тоном заявил гость. Вместо ответа ударила его ладонями в грудь. – …Или я не сдержусь, загну тебя раком и трахну прямо здесь… * * * – Я на учебу опаздываю… – прошептала дрогнувшим голосом. Он нахмурился, глядя прямо в глаза. В расширенных чернильных зрачках пульсировал кипящий вулкан – я находилась на полпути в самое жерло. Летела без страховки, захлебываясь ощущением свободного падения. Каждая струна души сотрясалась от негодования, заставляя меня колебаться. Происходящее больше напоминало театр абсурда – этот бестыжий звероящер не мог быть героем моего романа… Тем временем загрубевшие мужские ладони продолжали поглаживать ягодицы. Эд неторопливо массировал чувствительную кожу, и слабость в коленях только усиливалась. Когда-то мы и правда вращались в разных галактиках: тепличная девочка из поселка Барвиха и неотесанный автомеханик с сомнительным прошлым. Не уверена, что он вообще закончил девять классов. Только судьба подложила свинью: мой отец – директор государственной корпорации – попался на взятке в особо крупных размерах. Его дело приобрело политический характер, обрастая все

Измайлов головкой раздвинул влажные складочки, врываясь без всякой прелюдии. К своему ужасу и стыду, я намокла от одного лишь прикосновения его грубых ладоней. И не просто намокла, а бесстыдно текла… – …Отпусти-и! – захныкала, ощутив горячие пальцы на ягодицах: они гладили, елозили, сминали… – Сопротивление бесполезно, Катюша… – толкнулся. – Я буду трахать тебя, когда захочу. – Рвано выдохнул, сильнее меня растягивая. – Ты моя, котенок. Только моя… – прервал бессвязную речь еще одним резким толчком. – Убью за тебя любого… – протолкнул кончик языка мне в рот, плавно раскачивая на своем члене. – Ненавижу тебя, Алихан… – задышала ему в рот чаще, смакуя вкус любимых губ, запрокидывая голову, медленно скользя вверх и вниз. – Значит, я буду любить за двоих.