Son Excellence Eugène Rougon

— А вы все-таки человек изрядной силы!

Несмотря на то, что Золя является одним их моих любимейших авторов, за чтение данного романа я бралась с опаской. Во-первых, почему-то среди всего многотомного цикла Ругон-Маккары именно этот роман пользуется наименьшей популярностью среди читателей, по крайней мере я о нем услышала только тогда, когда решилась прочесть цикл по порядку. Во-вторых, я боялась, что не получится у автора смешать в нужных пропорциях политику (а именно она является главной темой романа) и художественный вымысел. То есть получится либо правдиво, но скучно и сухо, либо интересно и захватывающе, но к реальной истории отношения иметь не будет. Но опасалась я зря. Золя снова на высоте! Прекрасный язык, точно подобранные слова и фразы, я получала удовольствие от каждой строчки! И при этом охвачены многие исторические события того времени (например, в книге упомянуты реально принятые в те годы законы), а большинство персонажей имеет реальные исторические прототипы.

Дальше "Остапа понесло", потому убираю под кат из-за объема

В центре сюжета Эжен Ругон, сын Пьера Ругона (их обоих я уже встречала в первой книге цикла). Он высоко взлетел, сделав карьеру при возникновении Второй Империи, поддержал кого надо, угодил кому надо итд. Но мы встречаем его в момент падения со своего Олимпа, бесконечные придворные интриги привели к "смене власти". Кто же расстроен больше всего? Эжен? Нет, не угадали. Его клика, его личная свита, его "друзья", вдруг оказавшиеся не у кормушки. "А как же я? А как же моё место? А как же обещанная мне награда? А как же..?" Список претензий столь же безграничен, сколь бесконечна людская алчность. Всеми правдами и неправдами, интригуя, обманывая, клевеща, соблазняя, клика Эжена возвращает его на прежнюю должность. И снова все не то, все не так. Мало! Мало! Мало! Список того, что нужно этим людям растет день ото дня, сколько бы Ругон для них не сделал, на какие бы сделки с собственной совестью и выгодой(!) ни пошел, им мало. Но при этом, жалуясь друг другу на "этого толстяка Эжена", они при случае не забывают кивнуть головой в сторону соседа, стоит тому или той выйти из комнаты. Мол, ладно я, бедный, обиженный, обделенный, но он/она чего жалуется? В книге есть бесподобная сцена кормежки псов:

Между тем внизу собаки догрызали поживу. Они яростно отталкивали друг друга, подбираясь к середине кучи. Сверху видна была сплошная масса движущихся спин, белых и черных; они толкались, вытягивались, распластывались — живое, алчно сопящее месиво. Челюсти двигались, жевали все быстрее и быстрее, чтобы захватить как можно больше. Короткие драки оканчивались рычанием. Большой легавый пес, великолепное животное, разозленный тем, что оказался на отшибе, отступил и потом одним прыжком очутился в середине своры. Пробившись вперед, он отхватил для себя кусок внутренностей.

Кого имел в виду писатель, описывая собак, я думаю ясно без каких-либо пояснений. И в этом весь Золя. Одна сцена, один абзац, а перед глазами уже целая картина и мысль автора ясна и понятна. Взять, например, небольшой эпизод, когда один из чиновников бегает по Зданию министерства в поисках своих сослуживцев:

Библиотека была пуста. Книги дремали на дубовых полках. На двух просторных столах, покрытых строгим зеленым сукном, не лежало ничего. Кресла стояли по местам; приделанные к их ручкам пюпитры были опущены и покрылись налетом пыли. Нарушив сосредоточенный покой пустынной комнаты, пропитанной запахом бумаги, Ла Рукет громко сказал, захлопывая дверь:
— Ну, здесь никогда никого не бывает!

Вот они все: чиновники, министры, правительство. Бездельники, интересующиеся только тепленьким местом! А ведь актуально и поныне. Стоит только просмотреть какие законы рассматриваются в Думе. Или, может быть, изменилась политика "кумовства", когда людей назначают на высокие посты и дают руководящие должности, ориентируясь исключительно на знакомство и родственные связи? Как ни печально, но нет, воз и ныне там...

Отдельных упоминаний, на мой взгляд, заслуживают два главных героя этого романа. Конечно же, Эжен Ругон, далек от идеала человека. Он властолюбив, порочен, тщеславен; широким мазком автор рисует его портрет:

Он любил власть ради власти, не стремясь ни к славе, ни к богатству, ни к почестям. Глубоко невежественный, полная посредственность во всем, что не касалось умения вертеть людьми, он стал незаурядным человеком лишь благодаря жажде повелевать. Он любил свою энергию, боготворил свои способности. В его грузном теле жил пронырливый, необычайно деятельный ум, стремившийся поставить себя выше толпы, погонять дубиной людей, которых Ругон делил на дураков и прохвостов. Он верил лишь в себя, менял убеждения, как другие меняют доводы, все подчинял неукротимому росту своего „я“. Не имея никаких пороков, он втайне предавался буйным мечтам о всесилии. Если от отца он унаследовал массивную тяжеловесность плеч и одутловатость лица, то от матери, той страшной Фелисите, которая заправляла Плассаном, к нему перешла огненная воля и страстное влечение к власти, презирающее мелкие уловки и мелкие радости. Он, несомненно, был самым значительным из Ругонов.

Несмотря на то, что он явно человек достаточно неприятный, я не могу не восхищаться им. Какая сила воли! Какое умение держать себя в руках! Какая цепкость! Действительно, есть в нем величие. Он умеет уважать своих врагов, переносить удары судьбы (в том числе и в спину), подыматься вновь и вновь на поверхность, когда его топят в десять пар рук, в конце концоа он единственный из своей свиты содрогнулся, когда, благодаря их жадности, погибает человек:

Умер! Ругон ощутил дрожь, пробежавшую по телу. Он не мог вымолвить ни слова. В первый раз он почувствовал перед собой провал, темный провал, куда тебя незаметно подталкивают. И вот этот человек умер! Ругон вовсе не хотел этого. Дело, видно, зашло далеко.

Он далеко не глуп, он видит все в истинном свете (тех же своих "друзей", он прекрасно понимает, что они из себя представляют), он в конце концов остроумен:

— Ах да, обыск у монахинь… Боже мой, среди глупостей, которые мои друзья заставили меня натворить, это, пожалуй, единственный разумный и справедливый поступок за все пять месяцев моего управления.

И этому человеку попадается достойный соперник. Клоринда.

Клоринда знала себе цену и шла к цели с великолепной смелостью, уверенная, что уступит лишь в том, в чем захочет уступить… Ругон, взволнованный, возбужденный игрой, отбрасывал всякую щепетильность и мечтал лишь о том, чтобы сделать эту красивую девушку своей любовницей, а потом бросить ее, доказав тем самым свое превосходство. В обоих была задета не столько чувственность, сколько гордость.

Они не могут оставить друг друга в покое, потому как каждый так и не получил то, чего хотел. И, если Ругон, еще более-менее может смириться со своим поражением, уязвлена его мужская гордость, но это не главное его достояние, то Клоринда всю свою жизнь положила на то, чтобы доказать Ругону, что "он сам дурак". Ее задевает его столь явное пренебрежение ей как соперницей, ведь она "всего лишь женщина". Не могу сказать, что я ей симпатизирую, хотя понимаю, чем он ее так выбесил, но она очень интересный персонаж.

Главным занятием Клоринды по-прежнему оставалась политика. После своего замужества она целиком погрузилась в какие-то темные, запутанные дела, подлинный характер которых оставался для всех неясным. Этим она удовлетворяла свою страсть к интригам, которую прежде поглощала ловля мужа с блестящим будущим. До двадцати двух лет она жила девушкой на выданье, расставляя силки мужчинам, теперь же, сделавшись женщиной, она, очевидно, созрела для более значительной деятельности.

Она готова на все ради достижения своих целей. Я не знаю, встретятся ли мне еще эти персонажи на страницах других романов данного цикла, но я уверена, что их пикировка могла прерваться только смертью.

____Наполен III любил в своих выступлениях перед народом повторять эту примечательную во всех отношениях цитату: «Говорят, что империя поведёт за собой войну. Нет! Империя – это мир». Да, для приближённых к императору то был и правда весьма прекрасный мир, а вот что касается простого люда... Впрочем, как говорил тот, кто своей жёсткой рукой в белой перчатке отдавал приказы арестовывать людей, закрывать газеты и сжигать книги, добрые и честные люди могут спать спокойно, страдать будут только злые и лживые. Кто-то этому верил, конечно, верил до того момента, пока в дверь его дома не постучали, так ведь куда проще – делать вид, что всё устраивает, ибо страх слишком велик... А как не бояться, когда балом бездумной жестокости правит такой человек, как Эжен Ругон?

____В лице этого персонажа угадывались сразу несколько исторических личностей, но, как подметил сам творец, это не играет никакой роли, ибо такие люди существовали во все времена. «Таков был его идеал: властвовать, держа в руке хлыст, быть выше других, быть самым разумным и сильным», – и не нужны ему были никакие блага, ему нужна была только власть, этот хлыст, каждый удар которого приводил его в неистовый восторг. Принимая общество за стадо, он властвовал так, что его имя в народе означало преследования, цензуру и запреты, ибо в его понимании свобода являла собой распущенность, которая привела бы Францию к упадку; то, что для неё и без того настали тяжёлые времена, его не беспокоило. Невежественный и заурядный, он брал своё благодаря силе и хитрости, его не волновала ни страна, ни её благополучие, всё, чего он желал – это чтобы все дрожали от одного только его имени, и то, что к этому примешивалась лютая ненависть, радовало и вдохновляло его на новые свершения. А руки его тем временем были по локоть в крови невинных, но его это, разумеется, нисколько не трогало, ведь благодаря его кулаку император и его приближённые продолжали купаться в роскоши, ну а народ, а что народ, ему и так сойдёт. Так вот ты какая, успешная страна в полном расцвете сил...

____Как такие товарищи вообще обретают влияние и добиваются своих целей, не обладая при этом ни особым умом, ни какими-то возможностями, на первый взгляд непонятно, но истина на деле проста: всё дело в окружении, и на примере клики Ругона это было продемонстрировано весьма ярко. За метаниями этих жалких людишек, которые пытались дорваться до самого лакомого куска, было бы смешно наблюдать, если бы это не было так грустно, ибо и в обычной, далёкой от всего этого жизни такие люди есть всегда. Эжен делал для них всё, он неустанно раздавал им должности, почести и ордена, но им было всё мало, а так как они все были довольно глуповаты, то последствия всех этих действий вскоре стали вредить и их покровителю, и тогда-то они и поняли, что им срочно нужна другая кормящая рука, а эту обглоданную кость можно и выбросить. История стара как мир. Что и вызвало восторг на этом празднике лицемерия и предательства, так это Клоринда, в интригах которой угадывалась одна достопочтенная графиня: то, с каким коварным изяществом она перечеркнула все эти жалкие ругоновские утверждения о женщинах, восхитило, пусть сама она и вызывала неприязнь. Сцена с хлыстом, к слову, потрясающая. Ну и кто тут баран, ваше превосходительство?

____Поразительное дело: как и в случае с первым томом, несмотря на то, что ни один персонаж не вызывал симпатии, читать книгу было чрезвычайно приятно. «Ей казалось, что она видела какую-то старинную картину, похожую на те, которые висят в Лувре, потемневшую от времени, пурпурно-золотую», – и всё благодаря изумительным описаниям, будь то природные красоты или заседания сената, золото крон Булонского леса или перезвон колоколов Нотр-Дама, благотворительная ярмарка или посиделки в кабинете. Несмотря на явную карикатурность, персонажи были очень живыми, и дело вовсе не в узнавании некоторых личностей, просто это Эмиль Золя – и этим всё сказано. Вроде и следишь за каким-то безумным бесчинством, но при этом понимаешь, что всякому произволу рано или поздно настанет конец – и от этой мысли становится чуточку легче.

Еще один роман с глубокой социальной проблематикой от Эмиля Золя. Ожидаемо очень сильный, хорошо продуманный и реалистичный.
На этот раз автор предлагает читателям познакомиться поближе с политическим закулисьем Франции середины XIX века. Получилось практически отлично. Сплетни, козни, подхалимство, алчность и интриги не на жизнь, а на смерть, когда люди готовы на все, чтобы получить свое тепленькое местечко у обильной кормушки власти.
Повседневные картинки существования всех этих элитных карьеристов, стремящихся как можно выше влезть по социальной лестнице, не просто живые и правдоподобные. Они еще и невероятно актуальны и в наши дни, хотя прошло без малого два века. И, наверное, будут актуальны еще долго (если не вечно), к сожалению.
А какие характеры рисует автор! Абсолютно безнравственные, двуличные интриганы, блюдущие исключительно свои интересы. Власть, богатство и даже месть – вот главные ценности в их жизни. Такие все милашки, что даже расчетливый, жесткий, готовый на любую подлость, алчный и властолюбивый Эжен Ругон - чуть ли не самый симпатичный персонаж в этой компании. Представляете, какой паноптикум здесь подобрался?
Одна из самых шикарных сюжетных линий – схватка двух титанов интриганства, двух сильнейших характеров, одним из которых правит честолюбие, а другая стремится во что бы то ни стало расплатиться за нанесенное ей оскорбление. И они явно стоят друг друга, дуэль получилась увлекательнейшая.
Еще один немаловажный для меня момент, что автор в этом романе значительно сократил многословные описания, которые сильно утяжеляют тексты многих других его произведений. Здесь же все на уровне: и язык богатый, и сценки зрелищные и образность яркая, но все это в меру и на своих местах. Поэтому, даже несмотря на обилие политической тематики, читается великолепно.