2. Дмитрий

Выйдя из палаты Марины, Дмитрий Валентинович вспомнил недавний телефонный разговор с её братом.

***

– Слушаю! – голос мужчины, раздавшийся в динамике телефона, звучал сипло.

«Хм, может, разбудил?» – подумал Карельский.

– Зорин? Роман Борисович? – уточнил Дмитрий.

– Да, я.

– Это Карельский.

– Что-то с Мариной?

– Всё в порядке, насколько я осведомлён. Я звоню вам не по поводу её здоровья, а по поводу оплаты.

– А что с оплатой? Я всё оплатил ещё до операции. Вы хотите сказать, платёж не прошёл? – мужчина повысил голос.

– С оплатой всё в порядке. Наоборот, я хочу вам предложить поучаствовать в программе помощи гражданским лицам, которую запустило Министерство обороны, в связи с… Кхм… – тут он несколько замялся, стараясь не разглашать по телефону секретные данные. Но после паузы всё же, продолжил: – Короче, в качестве компенсации притеснённым больным, государство выделило несколько квот на оплату предварительного обследования и операции пациентам нашей клиники. К сожалению, на реабилитацию в «Титане» подобная щедрость не распространяется, но и это большая сумма для простых смертных. Вот, поэтому мы тщательно просмотрели финансовые возможности своих пациентов и их семей, чтобы облегчить, по возможности, их положение, – на том конце трубки молчали.– Роман Борисович, Вы меня слышите? – и снова тишина. – Зорин?

Дмитрий нетерпеливо постукивал пальцем по поверхности рабочего стола. «Уснул он там опять, что ли? Или в шоке от столь щедрого предложения? Времени и так мало, ещё офицера новоприбывшего осматривать…»

– Да, да, слышу. Я…в шоке, если честно, – наконец-то вернулся к разговору собеседник. – А что нам для этого нужно? Документы там или ещё что-то?

– Приехать в клинику, найти вашего лечащего врача и заполнить у него заявление. Остальное он вам сообщит.

– И всё?!

– И всё, – подтвердил Карельский. – Не тяните, мест мало, можете не успеть.

– Хорошо. Я сегодня же подъеду. Спасибо вам, Дмитрий Валентинович!

– На здоровье, Роман. И…берегите сестру.

– Конечно! Даже не сомневайтесь! – Карельский неожиданно смутился от собственного участия в судьбе Марины.

– До встречи, Роман Борисович.

– До встречи.

Роман сбросил вызов, а Дмитрий Валентинович так и держал телефон около уха. «Что на него нашло? Ну, ладно ещё предложить этой молодой особе, сироте помощь. Тем более что квоты на это действительно выделяют, а вот зачем было самому звонить Роману? Скучно тебе, Дмитрий Валентинович, стало. Давно под толстой шкурой не пробивались чувства?» – рассуждал Карельский.

***

Дмитрий быстро шёл по светлым коридорам медицинского центра, в котором проводятся сложные нейрохирургические операции и людей практически «вытаскивают» из самых безнадёжных ситуаций. Ему уже давно пора на своё непосредственное рабочее место. Занимая пост ведущего специалиста, директора Центра реабилитации «Титан», Дмитрий любил свою работу, как никто. Стоя у истоков создания этого центра, вложив в него душу и последние шесть лет своей жизни, Карельский впервые не рвался на работу.

Он крайне редко посещает пациентов до их перевода в «Титан», обычно он всё узнаёт о них, рассматривая рентгеновские снимки и читая описание истории болезни. Так случилось и с Мариной. Но вопреки прочему, снимок этой солнечной, медноволосой девушки с яркими голубыми глазами, что был вклеен в её личное дело сразу приковал к себе внимание. Такая молодая, а в глазах уже столько всего! Вселенское понимание мира и боль пережитого… «Что-то воображение разыгралось» – одёрнул себя тогда Дмитрий.

Он давно привык абстрагироваться от проблем пациентов, иначе быстрое «выгорание» тебе обеспечено. Кроме того, врач должен в любой ситуации сохранять хладнокровие и собранность, какие уж здесь эмоции. Вот и Дмитрий давно стал считать себя эмоциональным инвалидом. Даже в кругу близких и родных людей, он максимально сдержан, а некоторые даже обвиняют его в холодности.

Так почему эта девушка не выходит у него из головы? Почти ребёнок по сравнению с ним. В свои тридцать с небольшим он чувствовал себя всё повидавшим старцем. Уже давно ничего не вызывало в нём такого интереса и даже азарта, а вот Марина смогла. Только как? Чем она его зацепила? Придётся разобраться. Дмитрий просто не может оставить в покое нерешённые задачки, а это одна из таких.

3. Марина

Когда Роман приехал в клинику, его проводили к Марине. Девушку уже перевели из послеоперационной реанимации в палату, и она лежала на кровати со вставленной в сгиб локтя иглой от капельницы.

– Привет, братишка! – первой поприветствовала она.

– Привет, Русалочка, – проговорил брат, вмиг охрипшим голосом. Он был так рад видеть её живой! Пусть вся бледная и с иглой в руке, но она живая! Операция не дала осложнений и не превратила её в овощ. Теперь у неё появился реальный шанс встать самостоятельно на ноги и вести полноценную жизнь. Может даже завести семью, детей…

Он так увлёкся ви́дением её счастливого будущего, что даже не услышал, как она его зовёт. Её голос был ещё слаб, но она упорно пыталась до него достучаться.

– Ром… Рома! А где Рита?

– Она на работе, но обещала к тебе заехать, как только тебе станет лучше. – сказал он с улыбкой.

– Это хорошо. Мне нужна…мне кое-что нужно у неё спросить.

– Да? – мужчина заинтересованно выгнул бровь и уселся бедром рядом с ней на кровать. – А я значит для этого не подхожу? – притворно обиделся и стал ковырять ботинком пол, показывая, как сильно расстроен её заявлением.

Марина тихо засмеялась и отрицательно мотнула головой:

– Ты мужчина, Ром, а мне нужен женский взгляд.

После её слов он напрягся.

– В чём дело, Марин? Скажи мне, пожалуйста, чтобы я себя не накручивал понапрасну. – спросил без тени улыбки.

Марина мило покраснела и попыталась отвести взгляд.

– Кто он? – спросил уже более строгим голосом Роман. Когда живёшь с единственным родным человеком бок о бок последние два года, начинаешь понимать всё между строк.

Марина замялась, но всё же ответила:

– Мой врач, – прошептала Марина и смущённо потупилась.

– Герман Михайлович?! – с ужасом воскликнул Роман и даже подскочил на кровати, отчего Марина поморщилась. – Прости. Больно?

– Нет. Ты меня оглушил. Теперь я точно, как после бомбёжки.

– В смысле? – не понял мужчина.

– Ну, здесь много военных лечат. Вот и я теперь не только без ног, но и контуженая, – демонстративно схватилась за голову Марина.

– Марин, не переводи тему! Он на тридцать лет тебя старше!

– Ром! – перебила его резко сестра. – Это не он!

– А кто? – Роман явно оказался в замешательстве.

– Дмитрий Валентинович, – в голосе Марины прозвучало столько нежности.

Рома сразу же успокоился и уже более миролюбиво добавил:

– Ну…нормальный вроде мужик. Но он тебя, насколько старше, лет на пятнадцать? – спросил с ехидной усмешкой.

– Ты невыносим! Поэтому я и хотела поговорить с Ритой, – надулась Марина. Ей было обидно от подколок брата, хоть он имел на это все основания.

– Ладно, Марин, я всё понял. Ты теперь строишь далеко идущие планы и не мне тебе мешать. Но я всё равно буду переживать за тебя и первое время контролировать твою ретивость. Так и знай! – грозно пообещал ей брат, а потом наклонился и поцеловал в щёку. В ответ Марина обняла его за шею свободной от капельницы рукой.

– А что говорит ТВОЙ действующий врач? Он сегодня был у тебя?

– Да, Герман Михайлович приходил. Он сказал, что, как только спадёт отёк со спины, отправит меня повторно на МРТ. И уже от полученного результата он будет планировать дальнейшее лечение.

– Хорошо. А по поводу денег он с тобой не говорил?

– Нет. А должен? – забеспокоилась Марина.

– Да, мне тут звонил твой Карельский…

– Он не мой! – возмутилась сестра.

– Поправимо, – махнул Роман рукой, показывая, что это, на данный момент, не существенно. – Всё в твоих руках. Куда он от нас денется? – и заговорщицки подмигнул.

Девушка смущённо улыбнулась, но явно расслабилась от принятия ситуации братом. Его мнение было очень важным для неё. Если бы не упорство Романа, она никогда не смогла бы встать с инвалидного кресла. Она и сейчас, конечно, не может, но шанс на выздоровление подарил ей именно он.

Они ещё немного поговорили, а затем тепло распрощались. Роман обещал приехать на следующий день.

А Марина стала выстраивать в голове коварный план по завоеванию чудо-доктора. Вряд ли она первая «запавшая» на него пациентка. Поэтому действовать нужно аккуратно…

***

Дорогие друзья, рада, что вы проявили интерес к этой книге. Добавляйте её в библиотеку, чтобы не потерять и подписывайтесь на мою страничку автора, чтобы вовремя узнавать все новости и события. Также приглашаю вас в мою группу в ВК: vk.com/elza_yars_books . Приятного чтения!

4. Дмитрий

Сидя в удобном, ортопедическом, офисном кресле, Дмитрий Карельский тяжело вздохнул и откинул голову на подлокотник. Его глаза были закрыты, грудная клетка размеренно вздымалась, а под закрытыми веками стоял испуганный образ красивой девушки. Она пронизывала его своими нереально яркими, голубыми глазами, словно видела его насквозь со всеми тайнами и пороками, коих, конечно, у него почти не было.

Он старался быть приветливым и вёл себя дружелюбно, раз уж перепугал пациентку, но она так и не пошла на контакт. «Может, у неё проблемы с речью? Но это было бы указано в истории болезни. Он так сильно напугал её, что вызвал шоковое онемение? Так, он ничего ужасного и не сделал!» – терзался Дмитрий.

«И вообще, почему я всё ещё о ней думаю? Её брат всё оформил, получил отличную льготу на лечение, а дальше его сестру поставят на ноги специалисты центра, если она, конечно, не окажется ленивой, упрямой и капризной особой. И на этом всё. Прощайте! Следующий!»

Внутренний диалог с самим собой прервал незваный посетитель. Он, а точнее она, смело вошла в кабинет, жизнеутверждающе цокая каблуками по дорогому ламинату.

– Дим, привет! – приятный женский голос нарушил тишину кабинета. – Ты, что уснул? – добавила гостья удивлённым тоном.

– Нет, Кристин, просто устал, – мужчине пришлось принять строгое, сидячее положение за столом и ответить.

– Я забежала поздороваться, а то до вечера не увидимся. У меня сегодня конференция в центре, – защебетала она приятным голосом, подходя ближе к Дмитрию.

Вообще, Кристина вся была какой-то приятной. Не сногсшибательной женщиной или головокружительной нимфой, а именно приятной. Милая, но неброская внешность натуральной блондинки, стройная фигура, чуть ниже и объёмнее, чем принято среди моделей, делали её внешность довольно привлекательной для мужского глаза. Она обладала хорошими манерами, но при случае могла и «зубы показать». В копилку достоинств также вошли престижное образование и карьерный рост. Не без помощи своего папы, конечно, но и сама Кристина была неглупа. Девушка родилась в интеллигентной семье потомственных врачей и была «заточена» на идеальный образ статусной спутницы.

Дмитрию импонировала её неназойливость (они оба много времени уделяли работе), умение держать себя в любых обстоятельствах. Он никогда не переживал о том, как она выглядит и что может выкинуть на светских мероприятиях – вкус, чувство стиля и воспитание делали своё дело.

Девушка развернула Дмитрия вместе с креслом так, чтобы ей было удобно устроиться у него на коленях. Провела нежно ладонью по его груди, скрытой белым халатом, и легко прикоснулась к его губам. Второй рукой она обняла его за плечи. Дмитрий, как обычно, быстро взял инициативу на себя и углубил поцелуй. Он притянул женщину ещё ближе, обхватив за талию, и наслаждался ею. В такие моменты он отпускал себя и разрешал себе чувства, эмоции, действия.

В их паре давно было заведено, что на работе они не предаются страсти. Помятый вид директора центра и растрёпанная причёска пиарщика не добавят престижа их заведению. Почему «их»? Потому что, отец Кристины – один из главных спонсоров и совладельцев «Титана». Так, собственно, они и познакомились шесть лет назад. Будучи оба молодыми, амбициозными специалистами, они идеально вписались в созданную команду для нового медицинского центра.

– Я так соскучилась, – прошептала Кристина на ухо своему мужчине. Она не могла налюбоваться этим прекрасным образчиком мужской половины населения и всячески старалась соответствовать своему партнёру.

– Я тоже, – кратко ответил Дмитрий. Он вообще был не любитель красивых, витиеватых слов в адрес женщин, с которыми встречался, да и комплименты делал лишь по необходимости. «Лить мёд в уши» не про него.

Кристина давно привыкла к его немногословности. Поначалу ей казалось, что он к ней равнодушен и идёт на сближение только из-за денег её отца. Но со временем она поняла, что Дмитрий «прямой, как палка». Особенно это проявляется во время лечения пациентов, обсуждения чьего бы то ни было здоровья и его собственных желаний.