Глава 2

Неподалёку от дома находился магазин детской одежды. Яркая витрина манила, призывала не проходить мимо и заглянуть за подарками.

Безумно захотелось зайти и накупить всяких красивых вещичек для малыша. Будущая мама буквально силой оттащила себя от входа.

«Нет, сейчас не время. Отложим этот приятный момент на потом, – с улыбкой остановила себя Ковалевская и поспешила домой. – Чуть позже придём сюда вместе с мужем».

В мыслях сразу представилось, как они вместе выбирают крошечные распашонки, ползунки, чепчики, погремушки. В этот миг на женском лице застыло выражение полного счастья.

«А уж как будем выбирать имя!.. Интересно, лучше заранее составить список вариантов? Или дождаться момента, когда УЗИ покажет, мальчик будет или девочка? Артур, конечно, мечтает о сыне…» – подумала Лилия, заходя в подъезд.

***

Щёлкнул замок. Входная дверь квартиры открылась.

«Наконец-то всё позади, и я дома! Даже не верится!» – выдохнула счастливая хозяйка и сделала первый шаг внутрь.

Но на пороге резко остановилась и прислушалась. Из ванной комнаты доносился звук льющейся воды.

«Муж уже вернулся? Странно… – удивилась Лилия. – Ну, вот. Кажется, сюрприза у меня не вышло».

Она поставила сумку с покупками у входа и позвала:

– Артур?

Никто не ответил. Шум воды прекратился, и из ванной вдруг послышался женский голос:

– Пусик, ты что-то сказал? Я ничего не слышу!

«Что?!» – Лиля обомлела, а от слова «пусик» у неё внутри и вовсе похолодело.

Дверь ванной приоткрылась.

– Пуси-и-ик! – капризно протянул оттуда всё тот же голос. – Где же ты? Ну, иди же ко мне скорее!

На пороге показалась какая-то девица. Совершенно голая. Рыжие кудрявые локоны нагло растрепались по её полным молочно-белым плечам и пышной груди.

– Ой! А это, оказывается, и не Пусик, – глупо хихикнула она, увидев в квартире незнакомую женщину.

Нахальная девица ничуть не смутилась её появлению. Лишь ещё раз хихикнула и быстро скрылась за дверью.

Лилия побледнела. В первую секунду даже показалось, что это ей лишь снится. Но нет, то не был дурной сон. Всё оказалось пошлой невыносимой реальностью. В голове помутилось.

Не помня себя, хозяйка квартиры кинулась к спальне и решительно распахнула дверь. На огромной супружеской кровати лежал Артур. Растянулся во весь рост, раскинув руки в стороны. И тоже совершенно голый.

Услышав звук открываемой двери, Ковалевский глянул в ту сторону и резко изменился в лице.

– Лилия? – увидев жену, растерянно пробормотал Артур. Он явно не ожидал такого поворота. – Но что ты тут делаешь?

– Ничего особенного. Всего лишь пришла к себе домой, – мрачно произнесла та.

Ковалевский быстро вскочил, сел на кровати и накинул на обнажённое тело простыню. Повисла тяжёлая пауза.

– А ещё хотела сделать тебе сюрприз, – медленно добавила Лилия. – И сделала. Но возникает встречный вопрос: это я у тебя хотела бы спросить, что ты тут делаешь?

– Я…– муж замешкался. Явно ещё не пришёл в себя от столь неожиданной встречи с женой в такой неподходящий момент.

– Совещание проводишь? – усмехнулась та. – Это и есть твой вопрос жизни и смерти?

– Но послушай… – Артур сделал попытку встать, но простыня едва не упала, тогда он спешно подхватил её и принялся покрепче завязывать вокруг бёдер.

– Осторожно, а то «дресс-код» твоего совещания рухнет и обнажит важный предмет обсуждения, – снова усмехнулась она.

– Ты всё не так поняла!

– Я всё правильно поняла. Не стоит смущаться. И скрывать свои достоинства, – съязвила Лилия. – Иди в ванную. Там тебя ждут. Пусик.

Услышав это имя, тот вспыхнул, но ничего не ответил. Молча направился к двери спальной и быстро вышел.

В коридоре ему навстречу выпорхнула девица.

– Соня…

– Ну, всё, Пусик, я побежала! – взмахнув бесстыжими рыжими кудрями, взвзигнула девица. Она уже успела одеться. Но её наряд, так похожий на свою хозяйку, мало скрывал пышные прелести. Грудь так и стремилась выскочить прочь из откровенного декольте.

Входная дверь хлопнула, и супруги остались одни.

«Какая нахальная! – поразилась Лилия любовнице мужа. – Хотя о чём это я?»

Она растерянно опустила руки. Просто не знала, что делать и как поступить. В такой ситуации довелось оказаться впервые, и чувствовала себя в этот момент очень глупо.

– Лиля… – попытался что-то сказать муж.

– Довольно, Ковалевский, – резко прервала его та.

– Но позволь объяснить тебе…

– Оставь меня в покое. Я не могу и не хочу больше тебя ни видеть, ни слышать.

– Как знаешь, – холодно процедил он. И не сказав больше ни слова, начал одеваться.

Жена сложила руки на груди и молча уставилась в окно. Так и застыла.

Снова хлопнула входная дверь, и воцарилась полная тишина. Супруг ушёл.

Ковалевская принялась медленно ходить из угла в угол. Затем на автомате взяла валявшуюся у порога сумку с продуктами, направилась на кухню и сунула индейку в морозилку. Готовка праздничного ужина отменяется.

Лилия села за кухонный стол и обхватила голову руками.

Воображение беспощадно рисовало ужасную картину: её муж кувыркается на их супружеской кровати с этой рыжей девкой. Обнимает её, целует… При этом пышная грудь бесстыдно колышется…

А муж, по-прежнему, такой красивый, сильный, за эти годы он ничуть не изменился. Девица сладострастно извивается и пищит своим противным голоском: «Пусик!»

Ковалевская встряхнула головой, попыталась избавиться от этой навязчивой картины.

«Стыдно, как стыдно!» – непрерывно билось в голове. Захотелось спрятаться ото всех, чтобы не видели такого позора.

«На нашем супружеском ложе! Фу-у-у… Как это пошло!..» – беззвучно прошептала Лиля, до боли прикусив губу.

Непогода окончательно разгулялась. За окном раздался сильный раскат грома. Начиналась гроза. Хлынул ливень, и он принялся усердно поливать оконное стекло потоками воды.

Так сильно, что ничего не было видно, будто дождь закрыл бедную женщину от всего мира плотной стеной, чтобы никто не видел её боли и слёз.

На кухонном столе по-прежнему лежал так и не убранный в холодильник торт. Ковалевская бессмысленно глядела на него, а в голове молоточками беспощадно стучала одна-единственная мысль: «Это конец! Конец всему… Что же теперь делать? Как жить?»