Редактор Эльвира Шабаева

Корректор Эльвира Шабаева

ISBN 978-5-0056-2521-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Светлана Кунакулова

Организатор Коллегии Поэтов и Прозаиков, – это, пожалуй, единственное, чем в настоящее время горжусь. Отнюдь не столько важны регалии, сколько само участие непосредственно в организации – мне нравится творческая работа. А ещё мне нравится находиться в кругу единомышленников, талантливых авторов-созидателей – людей, которые создают, но не разрушают. Отчасти поэтому один из проектов КПиП закрепил за собой название «Созидание».

Писательской деятельностью «заразилась» в детстве, даже не подозревая, во что «выльется» запойное чтение по ночам. Самое интересное: мне всегда хотелось изменить сюжет или конец прочитанной истории. Под утро, убирая книгу на полку, я ложилась в постель и с чистой совестью сочиняла продолжение, потому как неуёмная фантазия всей моей сущности негодующе протестовала и определённо требовала вмешательства.

Со стихами подружилась позднее, в расцвете первой влюблённости. Осознанно писать начала в 2015 году, тогда же впервые опубликовалась. Произведения в частности носят автобиографический характер. Это всё настоящее: чувства, эмоции… Может быть, поэтому многие говорят, что «меня тяжело читать».

Май 2021 года забрал моего сына, очень надеюсь, что следующий май мне его вернёт – внуком. На большее счастье я не рассчитываю.

Остаюсь всегда с вами искренней, Светлана Кунакулова.

«Кричала иволга в саду…»

 
Кричала иволга в саду,
В тенистой клети.
Вещала про свою беду,
Кидалась в сети.
 
 
Не песня то лилась, а плач
Безумной птахи.
И руки опустил палач,
Коснулся плахи.
 
 
В чем провинилась? Кто вершит
Чужие судьбы?
А крылья – в кровь!
А голос – щит!
Понять лишь суть бы…
 
 
И вопреки!
И на виду!
И песнь звучала!
 
 
Кричала иволга в саду…
О чем кричала?!!
 

«Душа не ведает покоя…»

 
Душа не ведает покоя,
К тебе взывает и трепещет…
А слуги Гименея, стоя,
Моим стенаньям рукоплещут.
 
 
Но призывает к покаянью
Судьбы увенчанный порок,
Срывая с жарких уст признанье:
Безумство – мой тяжёлый рок!
 
 
Царицей жертвоприношений
Отныне названа печаль…
И тень своих грехопадений
Я прячу в чёрную вуаль…
 

«Израненное сердце жаждет мести…»

 
Израненное сердце жаждет мести,
Обманутые чувства ждут повтора.
Две тени под дождем на том же месте
Танцуют странный танец разговора:
 
 
Наклон, вперед два шага, шаг обратно,
Сплетенье рук – заканчивая драму.
Скользят по мокрому асфальту статно,
Сливаясь в произвольную программу.
 
 
Ни взгляда, ни упрека, ни надежды,
Ни слова, ни намека на разлуку.
Срывают с тел изношенных одежды
И к душам оголенным тянут руку.
 
 
Пропитана свободой сила ритма,
Сближает страсть, как на обложке – глянец.
Таит в себе природу алгоритма
Эмоций этот произвольный танец.
 
 
Ни взгляда, ни упрека, ни надежды,
Ни слова, ни намека на разлуку.
Срывают с тел изношенных одежды
И к душам оголенным тянут руку.
 

«Когда тебя я перестану ждать …»

 
Когда тебя я перестану ждать —
прервет дыхание зовущий голос ветра.
Ни я, ни ты…
Взять – не отдать…
Накроют саваном дорогу срезом фетра.
Когда тебя я перестану ждать —
вдруг сердце биться ровно перестанет,
в холодной пустоте твоя кровать,
разлука болью и тоской восстанет.
Когда тебя я перестану ждать —
бессилие вопьется в душу, ярость
позволит чувства напрочь растерзать,
задушит тенью собственная жалость.
Доступный мир свободному покрою
в заплатках невозможно воссоздать…
Я навсегда глаза свои закрою —
когда тебя я перестану ждать!
 

«Прикоснусь к твоей улыбке…»

 
Прикоснусь к твоей улыбке
взглядом, проведу рукой
неслышно. Больше ничего
не надо – только быть с тобою
рядом, и не быть случайной,
лишней.
 
 
Прикоснусь к глазам губами
дважды, обниму так крепко-
крепко. И когда-нибудь,
однажды, чтоб из нас запомнил
каждый вкус разлуки горько-
терпкий.
 
 
Прикоснусь к тебе словами
нежно, чтобы в них увидел
вечность ты, смахнул
небрежно грусть и понял – это
неизбежно, мчит нас лето
в бесконечность…
в бесконечность…
 

«Ночь опрокинула чашку с рассветом…»

 
Ночь опрокинула чашку с рассветом,
День расплескал горький кофе,
Каплей сиропа вишневого цвета
Твой корректирую профиль.
 
 
Ты потерпи, мой родной, то – не впору:
Сжатое фактами в сферах
Время крадется – подобное вору,
Тонет в объятий размерах.
 
 
Голос стучится твой шепотом робко,
Бьется о стену обмана.
Наши пути обособлены скобкой
Где-то в чертах океана.
 
 
На перепутье что есть и что было.
Память преследует, строго
Смотрит на то, что в сердцах я разбила.
В стёклах – к тебе та дорога.
 
 
Гордость меня провожает с укором —
Вымыслом ложь не измеришь.
Ты потерпи, мой родной, это – скоро,
Я – за тобой! Ты мне веришь?