2. Хейзел

Эрос молчит, шагая рядом со мной.

Поглощенная горем, я почти не замечаю, как меняется пейзаж вокруг нас. Эрос мягко ведет меня через темный лес. Одной рукой я держу его под локоть, а другой все еще сжимаю небольшой сверток, найденный у Смерти.

Его близость заставляет меня нервничать, но пока наша кожа не соприкасается, это не истощает меня физически… и я благодарна за то, что сейчас не одна.

Особенно учитывая мое нынешнее состояние.

Иногда Эрос тихо бормочет какие-то слова, которые могли бы отвлечь или утешить меня, но они пролетают мимо моих ушей. Я потеряна в вихре эмоций, не в силах даже пробормотать что-то в ответ.

Странно идти среди этих деревьев снова.

Всего несколько дней назад я шла здесь рядом со Смертью.

Мое сердце было полно надежды, любви и веры в возможное будущее.

Будущее с ним.

Я думала, что Смерть – это все, чего я когда-либо хотела.

А теперь Эрос ведет меня обратно в Аглаю, Город Богов… и я не могу отделаться от ощущения, что совершила ужасную ошибку.

Он прижимает меня ближе, пока мы углубляемся в лес, и я задаюсь вопросом, как вообще позволила себе оказаться здесь.

Каждый шаг будто заново разбивает мое сердце. Не только из-за смерти отца, но и из-за потери самого Смерти.

Потери его присутствия рядом. Потери доверия… и, что хуже всего, – потери того, что могло бы быть.

Моя любовь к нему оказалась куда глубже, чем я осознавала, и поэтому его предательство причиняет боль, какой я прежде не знала.

И все же часть меня желает лишь одного – повернуть назад, добежать до врат, броситься в его объятия, позволить ему заключить меня в свой ледяной холод и стереть мои слезы.

Больше всего я просто хочу, чтобы он был рядом. Желание обернуться и искать его среди теней почти невыносимо… но я сдерживаюсь.

Ненавижу себя за то, что все еще надеюсь, что он где-то здесь, рядом, следит за мной, оберегает. Несмотря ни на что, я все еще хочу его близости.

Но глубоко внутри знаю – его здесь нет.

Я не чувствую его присутствия. Тьма вокруг лишена той густой черноты, что дают его тени.

В воздухе нет холода, который успокаивал бы меня, который бы говорил, что он наблюдает. И все это – моя вина.

Ненавижу сомнение, закрадывающееся в мысли. Возможно, я ошиблась, отправив его прочь.

Возможно…

Я качаю головой, вспоминая отца. То, как увидела его здесь, в Подземном мире, заблудшего и растерянного, даже после того, как пожертвовала собственной душой, чтобы спасти его.

Нет, я была права, сказав Смерти держаться подальше.

Чего стоит мужчина, бог он или нет, если не может сдержать слово?

Ничего.

По крайней мере, он не тот, с кем я хочу быть связана.

Если Смерть не докажет, что выполнил наш договор, то я не знаю, смогу ли когда-нибудь снова ему доверять.

Он ведь солгал о том, что нашел мою книгу…

Если он настолько ревнив к любви другого мужчины, к любви моего отца, то почему я должна верить, что он не лжет и о нашем договоре?

Мне стоит помнить об этом, вместо того чтобы тосковать по нему.

Я стараюсь заставить сердце перестать скучать по Смерти. Я пыталась, ради всего святого, оставаться мягкой, и к чему это привело?

К смерти.

Я не позволю любви стать моей погибелью.

И все же, даже думая так, я знаю, что мое сердце не послушает.

Я люблю Смерть и не могу перестать надеяться на то, что он докажет, как я ошибалась.

Повернувшись, я замечаю, как Эрос смотрит на меня с тревогой. Я заставляю себя улыбнуться.

– Спасибо, что идешь со мной, – говорю я. – Я не уверена, что доверяю этим деревьям.

– И не зря, – отвечает он. – Они умеют сбивать души с пути.

Я хмурюсь.

– А то белое существо, в которое ты превратился… это тоже уловка леса?

– Нет. – Эрос неловко прочищает горло. – Это был я.

– Правда?

– Да, одно из моих многих обличий. – Он усмехается. – Это был самый быстрый способ догнать тебя. Я не хотел пугать.

– Сколько же у тебя этих форм?

– Ах, вот теперь ты задаешь интересные вопросы, – смеется он. – Моя дорогая смертная, я безграничен. Я могу принять почти любой облик, который ты пожелаешь увидеть.

– Любой? – Я стараюсь скрыть удивление, представляя Эроса в ином виде… хотя, пожалуй, теперь меня уже ничего не должно удивлять. В конце концов, я мертва. Всего лишь блуждающая душа. Та, что однажды поцеловала саму Смерть.

– Какой облик ты бы хотела увидеть?

Я прикусываю язык. Есть лишь один образ, который я жажду увидеть сильнее всего.

– Никакой.

– Ну, как хочешь.

– Может, лесного зверя? – добавляю я, заметив, как его плечи опускаются от разочарования.

После моего ответа он тут же оживляется, явно довольный возможностью продемонстрировать свою силу.

– С радостью, но тебе нужно закрепить свой сверток и забраться ко мне на спину.

– Зачем? – настораживаюсь я.

Его улыбка становится шире, и, когда он наклоняется ближе, я чувствую, как запах его тела кружит мне голову.

Я знаю, что должна держать дистанцию.

Но без Смерти рядом моя выдержка тает с каждой секундой.

– Не могу же я потерять тебя в этих дебрях, смертная, – шепчет он голосом, скользящим по моей спине. – К тому же это единственный способ увидеть зверя и остаться в безопасности рядом со мной.

– Может, это не самая хорошая идея.

– Ну же, я даже довезу тебя до города, – ухмыляется он. – Ты ведь не откажешься от такого предложения, особенно когда я так ярко чувствую твое любопытство.

Я устало вздыхаю.

– Возможно, будет неплохо немного отдохнуть, – признаюсь.

– Решено.

Прежде чем я успеваю возразить, он опускается на колени, руки скользят по моим ногам к подолу платья, и я ахаю, когда он разрывает ткань, делая длинный разрез.

Платье и без того давно потеряло былой блеск, но мне все равно больно видеть, как он его окончательно уничтожает.

– Это было необходимо? – спрашиваю я, когда он отрывает полоску ткани.

– Да. Теперь держись за меня и не отпускай, – приказывает он, заворачивая сверток и привязывая его к моему поясу. – Готова?

Эрос не ждет ответа, он просто подхватывает меня и усаживает себе на спину, его движения слишком нежны и быстры, чтобы я успела осознать, что происходит. У меня даже нет шанса выразить свое удивление и возмущение по поводу такого обращения.

Прежде чем я осознаю, что происходит, человек исчезает, а на его месте появляется гигантский белый зверь. Удивление охватывает меня, я цепляюсь за его густую шерсть, чтобы не упасть на землю далеко внизу.

Он издает низкий рык, сотрясающий мое тело, а затем начинает мчаться вперед с такой скоростью, что захватывает дух. Ветер хлещет по лицу, треплет волосы и платье.

Лес вокруг сливается в сплошное пятно, я плотно прижимаюсь к спине Эроса, цепляясь за него из всех оставшихся сил. Страх сменяется восторгом – я чувствую себя живой, когда наблюдаю, как мир вокруг меня меняется, чувствую, что я в безопасности здесь, на его спине.

Почти забываю все остальное.

Почти.

Когда мы вырываемся из леса, Эрос замедляется до легкой рыси, прежде чем выйти из-под тени деревьев. Без предупреждения он вдруг снова меняет форму, и я взвизгиваю от неожиданности, когда Эрос пытается поймать меня. Только вот он просчитался – мы оба падаем на траву.

Прежде чем Эрос успевает перевернуть меня так, чтобы я оказалась сверху, я издаю глухой стон, когда ударяюсь спиной о землю так сильно, что из легких выбивает воздух.

Мое сердце колотится, грудь тяжело вздымается, пока я пытаюсь вдохнуть. Эрос смотрит на меня снизу вверх, его грудь равномерно поднимается и опускается подо мной.

Я знаю, что должна слезть с него, но понимаю, что не могу. Мое тело все еще парализовано после падения. Щеки вспыхивают, когда бледные глаза Эроса встречаются с моими, и он поднимает руку, чтобы дотронуться до моего лица.

Прикосновение его кожи притягивает меня, словно умоляет поддаться ему, угрожает истощить всю мою волю.

Я сглатываю и открываю рот, чтобы что-то сказать, но слова так и не срываются с губ.

Пальцы Эроса вплетаются в мои волосы, скользят к затылку и тянут меня к нему. Его губы находят мои, и я мгновенно теряюсь в нем, забывая обо всем.

Эрос углубляет поцелуй, исследуя меня, тело и душу, пока его жажда ко мне не становится всепоглощающей.

Сознание плывет, я пытаюсь вспомнить хоть что-то, но остается только он, его прикосновения. Мое тело дрожит от желания… от нужды в нем. Разум возвращается лишь тогда, когда я чувствую, как его свободная рука скользит ниже по моей спине. Я резко упираюсь ладонями ему в грудь и разрываю поцелуй, жадно хватая воздух.

Проходит мгновение, прежде чем я осознаю произошедшее, и мне становится стыдно. Как же легко ему удается ломать мою решимость одним лишь поцелуем.

Мне следовало быть осторожнее с Эросом… особенно сразу после расставания со Смертью.

Живот сводит от вины, тяжелой, как камень, при мысли о Смерти и тех чувствах, что до сих пор живут во мне. Чувствах, от которых, боюсь, мне никогда не избавиться, несмотря на его предательство.

– Я… мне жаль, – говорю Эросу, отстраняясь от его тела.

– Не нужно извиняться, смертная, – отвечает Эрос с полуулыбкой, приподнимаясь на локтях. Но даже я вижу разочарование, скрытое за его выражением лица.

– Давай, позволь помочь тебе.

Эрос поднимается на ноги, отряхивая с грязного костюма землю и прилипшие веточки, после чего протягивает мне руку. Я настороженно смотрю на нее, чувствуя, что принимать ее слишком опасно после всего, что только что произошло.

Меня начинает тревожить мысль, что я больше не могу доверять себе рядом с ним, особенно после того, как его поцелуй пронзил меня насквозь, зажег во мне желание, которому никогда не должно было быть места.

Бросив взгляд в сторону города, я делаю вид, будто не придаю значения моменту, и принимаю его помощь, хватаясь за рукав его куртки, а не за ладонь. Как только оказываюсь на ногах, тут же отпускаю его.

– Мы почти пришли. Думаю, остальную часть пути я бы хотела пройти пешком, – говорю я как можно бодрее. – Не каждый день таким, как я, выпадает возможность прогуляться по улицам богов.

Он лишь коротко кивает, и мы продолжаем путь к городским вратам в тишине.

Приближаясь, я украдкой бросаю на него взгляд. Невозможно отрицать силу, сокрытую в его прикосновении, и я невольно задаюсь вопросом. Что было бы, если бы я поддалась ему?

Но я не могу этого допустить, пока мое сердце так болезненно хранит воспоминания о Смерти. Если бы прикосновения между нами не были такими невозможными, стала бы я чувствовать эти низменные желания к Эросу?

Или я просто отвечаю на нужду, слишком долго остававшуюся неудовлетворенной, нужду, что теперь тянет меня даже к тому, к чему не должна? Я отвожу взгляд от Эроса, хотя мягкие утренние лучи очерчивают его фигуру ангельским светом.

К счастью, как только мои босые ноги касаются мощеных улиц города, меня мгновенно отвлекает от мыслей хаос, что движется навстречу.

Существа и создания всех видов снуют туда-сюда с такой поспешностью, что у меня по спине пробегает дрожь. Очевидно, с тех пор, как мы были здесь в последний раз, произошло что-то серьезное.

Эрос подходит ближе, его брови хмурятся, а на лице появляется тревога, когда он чувствует растущее вокруг смятение.

– Идем, – говорит он настойчиво, хватая меня за руку прежде, чем я успеваю возразить, и быстро ведет к узкому переулку.

Я едва поспеваю за ним, когда его шаг становится все быстрее, и он тащит меня через извилистые закоулки города.

– Что происходит? – спрашиваю я, почти задыхаясь от бега.

Эрос не отвечает. Он резко останавливается в конце узкого прохода, разворачивается и грубо прижимает меня к стене, поросшей виноградными лозами, прикрывая своим телом.

Он кладет ладонь мне на рот, не давая вымолвить ни слова, как раз в тот момент, когда мимо проносятся несколько гигантских мужчин. Его прикосновение вызывает головокружение и слабость в коленях, сейчас единственное, что удерживает меня на ногах, – это его тело.

Мы стоим так еще несколько секунд, сердце бешено бьется в груди, прежде чем он наконец отступает. Но я не успеваю прийти в себя, как он снова хватает меня за руку и тянет вперед через открытую пустую улицу, в очередной лабиринт извилистых переулков.

Теперь я чаще спотыкаюсь, тело ноет от усталости и напряжения.

– Мы почти пришли, – шепчет Эрос, будто чувствуя мое изнеможение. – Еще немно…

Он резко останавливается, и я врезаюсь ему в спину, когда впереди из тени выступает пара каменных стражей, загораживая нам путь.

Эрос тихо ругается себе под нос, пальцы крепче сжимают мою руку, пока я выглядываю из-за его плеча.

– Ты, – гулко произносит один из стражей, его низкий голос будто проходит сквозь меня, – ты идешь с нами.

Значит, они искали Эроса?

Я хмурюсь, недоумевая, что он мог натворить, чтобы город пришел в такое смятение.

Но, взглянув на него, замечаю, как Эрос мягко отодвигает меня назад, пытаясь заслонить собой от взгляда стражников Аида. Только теперь до меня доходит, что обращались вовсе не к нему, а ко мне.

– Боюсь, вы ошибаетесь, – спокойно говорит Эрос, в то время как их взгляды остаются прикованы ко мне. – Смертная и я только что вернулись в город и имеем неотложное дело. Так что, если позволите, мы отправимся дальше.

Он пытается провести меня мимо, но стражи не двигаются.

Один из них кладет руку ему на плечо, и Эрос едва не падает под этой внезапной тяжестью.

– Это не просьба, – произносит другой, вновь обращая взгляд на меня. Я изо всех сил стараюсь не шевелиться под их вниманием, хотя по спине пробегает холод.

– По высочайшему приказу Аида, – продолжает страж, – все женщины в пределах города должны быть приведены к нему. Немедленно и без исключений.