Цитаты из книг автора «Элиф Батуман»

В более правдивой святого Георгия убивали восемь раз – включая эпизод, где в палестинской тюрьме ему в череп вогнали гвозди, – но он всякий раз оживал. Менее правдивая – это которая с драконом.

напомнив моего деда, который говорил, что он – простой человек с простыми вкусами: – Всё что мне нужно – это немного молока от козы, которую месяц кормили зелеными лесными грушами.

Вижу, ты поглядываешь на мой чайный поднос. Он тебе нравится? Да, он очень даже неплох. Я тебе его подарю. Но не сейчас – а когда выйдешь замуж.

Периодически он спрашивал, не приехал ли некий Махмут Бей. Бармен всякий раз говорил «нет». Ближе к концу бармен спросил, кто такой Махмут Бей. «Махмут Бей – это… холод, – произнес мужик сквозь свою противную ухмылку. – Махмут Бей – это когда весь вымок. Махмут Бей – это когда ни друзей, ни вина»

Круассан был одновременно хрустящим, нежным и слоеным. Один укус, и возникает чувство, что тебя любят.

В алькове напротив одного из аварийных выходов Иван сел на приступку у двери с красной надписью «Не садиться». Я прислонилась к стене с надписью «Не прислоняться».

Еще как позвонит! Бабники всегда звонят снова. Это их лучшая черта.

На занятиях по русскому условия истинности никого не волновали. Мы все говорили: «У меня пять братьев».

Внештатный преподаватель тоже говорил всякие глупости, но произносил их по-испански, и это повышало познавательную ценность.

Раз в неделю мы посещали уроки разговорного языка, их вела настоящая русская по имени Ирина Николаевна, она раньше преподавала театральное мастерство в Петербурге, когда тот был еще Ленинградом. Она вечно опаздывала на пару минут, вбегала в класс и принималась живо и эмоционально, без умолку тараторить по-русски. Реакция на непонятную речь у всех была разная.