Глава вторая

– Ну что, оторвался и успокоился? – Фред свернул открытую вкладку и откинулся в кресле. Вид младшего брата изрядно развеселил обычно невозмутимого финансового директора корпорации «Византис Индастриз». – Как только тебя Молли пропустила, ты же просишься на главную страницу сайта «Их разыскивает полиция»!

Николас мрачно оглядел себя – ага, видок ещё тот. Заляпанные красной краской штаны и куртка, ботинки серые от приставшей пыли. Ещё и что-то прилипло к подошве – что это, кусок обоев? У этой мрази удивительно цепкие обои в квартире, никак не хотели отдираться от стен. Но это только прибавило Николасу злости, всё оторвал, подчистую.

– Сходи умойся и причешись. В шкафу есть чистая одежда, подбери себе что-нибудь. Отец ждёт нас через полчаса, – с этими словами Фред тронул кнопку на пульте управления, часть кабинетной стены отъехала в сторону, открывая скрытую за панелью дверь. За ней располагалась маленькая, но вполне комфортабельная квартира – Фреду часто приходилось ночевать на работе.

Николас кивнул и нажал на дверную ручку. Отец наверняка жутко злится, и без долгой нотации дело не обойдётся. Хорошо, что Фред будет рядом. При старшем сыне отец не станет сильно ругаться. Но всё равно их обоих ждёт не самый весёлый обед в жизни. Чёрт, чёрт, чёрт!

Из зеркала в ванной на Николаса глянул самый настоящий разбойник с большой дороги. Да уж, теперь понятно, почему секретарша брата, такая же вечно невозмутимая, как её босс, Молли скорчила при виде Николаса до невозможности брезгливую гримасу. Весь в пыли, в краске, какие-то пушинки из волос торчат. Откуда пух–то? А, точно, в квартире этой дешёвой шлюхи Айрис Брют имелись пуховые подушки. Настоящие пуховые подушки, ну надо же! Судя по общей обстановке в жилище, там обитала не самая успешная и совсем не богатая девушка. Стоп, какая она девушка? Паскуда она самая настоящая, вот кто! И у этой твари на кровати было целых четыре – четыре! – упоительно мягких, огромных, так и манивших зарыться в них лицом подушки, набитых самым что ни на есть натуральным птичьим пухом. По нынешним временам это баснословные деньги – такие вот подушки. А у поганки их было четыре! Обвела вокруг пальца ещё какого-то дурачка типа Николаса и на украденные денежки прикупила себе элитные подушечки? Ну всё, больше этой Брют не спать на мягоньком. Ей вообще больше не спать! Потому что ни черта Николас не успокоился. Он ещё доберётся до Айрис Брют по-настоящему и набьёт ей морду. И плевать, что женщин не бьют. Таких женщин надо не просто бить, их надо увечить, а потом стерилизовать, чтобы не плодили подобных себе уродин! Шлюхе Брют повезло, что её не оказалось в квартире, когда Николас туда пришёл. И вдвойне повезло, что звонок Фреда выдернул Николаса из уже разнесённого жилья Брют до прихода хозяина. А то бы… Николас вспомнил тяжёлый молоток в своей руке – тот, которым дробил фаянсовые плитки в чужой ванной – и сжал кулаки. Хорошо, что Фред позвонил и напомнил про обед с отцом. А то бы сейчас одежда Николаса была заляпана не красной краской, а кровью!

Умом Николас понимал, что никакая обида, даже самая непростительная, не стоит того, чтобы отягощать свою душу преступлением. Но пока что от этой самой обиды и пережитого по вине Айрис Брют унижения ум у Николаса включался редко. Всё, что он делал последние несколько дней – всё было продиктовано грохочущими в голове и сердце эмоциями. Правильно отец сделал, что назначил своим преемником Фреда. С таким бешеным характером Николасу никогда не стать успешным бизнесменом.

И не надо. Он художник, пусть пока начинающий. А для художника как раз эмоции – самое главное. Только пусть уже это будут хорошие эмоции, а? От непреходящей злости у Николаса зверски трещала голова, хотелось накидаться снотворным вперемешку с алкоголем и заснуть на неделю. Только это не выход. Было уже такое, было. Напивался, лопал таблетки горстями. Потом долго и мучительно приходил в себя, и оказывалось, что ненависть и обида никуда не делись, а наоборот, стали ещё сильнее, ещё жгучее. Хорошо, что в этот раз, в очередной раз униженный очередной женщиной Николас не отправился сразу в бар, а позвонил Фреду. Хитроумный старший брат сумел направить злобу Николаса в совсем иное русло – не саморазрушения, а тщательно продуманной мести. Сам Николас ни за что не додумался бы, что можно по имени разыскать обидчицу в огромном городе, вызнать её адрес и место работы, и последовательно разрушить всё – карьеру, дом. Теперь осталось только набить морду. Но это Николас сделает уже сам, без помощи брата. Потому что Фред, если узнает про замысел Николаса, тут же примется его отговаривать. Чего доброго и под замок засадит, чтобы удержать от опрометчивого поступка.

Но Николас чувствовал, что без этой финальной точки он не успокоится. Ему важно было увидеть свою обидчицу полностью растоптанной – оставшуюся без работы, без нормального жилья, без её жалких денег. Странно, кстати, что у этой Брют в квартире нашлось так мало наличности, всего-то тоненькая пачка купюр. В банке держит всё награбленное? Ну-ну. Фред уже спустил с цепи своих эсбэшников: если у Айрис Брют имеются счета в банках, пусть даже оформленные на чужое имя – их все вычислят и заморозят. Фред в таких делах собаку съел, кошкой закусил, никуда Айрис Брют не денется, просто не успеет воспользоваться украденным. Банковские карты Николаса уже отслеживают, вот пусть только попробует свистнуть с них хоть монетку! Мигом окажется в тюрьме!

Опять же странно – почему Брют никуда не скрылась из города? Когда Николас ей позвонил вчера вечером – она же должна была напрячься, что-то предпринять? Фред как раз на это и рассчитывал, когда велел Николасу позвонить. Если бы Брют ещё вчера дёрнулась, кинулась бы снимать с украденных карт деньги – её бы уже повязали. Так ведь нет! Никуда не вышла из квартиры ночью, утром отправилась на работу как ни в чём не бывало. Ну, там её, конечно, хорошенький сюрприз ожидал, Фред своих слов на ветер не бросает – гадину мигом уволили, а ещё припугнутый тамошний эйчар занёс Брют в чёрные списки на всех сайтах для подбора кадров. Хрен теперь работу найдёт в столице! Даже в провинции хрен найдёт! Если, конечно, будет искать, а не сидеть в тюрьме. На что Николас очень надеялся.

Квартиру Брют Николас разгромил, конечно, на эмоциях, тут уж не отвертеться. Но он не мог просто сидеть и ждать, пока Фред отловит эту мразь по-тихому. Ему надо было куда-то выплеснуть свою злость. И не в спортзале, как советовал разумный старший брат, а именно что ломая и круша что-нибудь посущественнее боксёрской груши. Вот и отправился втихушку на эту проклятую Лавандер-эйв. Ну что за имечко для улицы, прямо издевательство какое-то – чтобы на улице с нежным цветочным названием обитала такая мерзость, как Айрис Брют! И в такой милой квартирке… обои там были с корабликами… и подушки такие мягкие, такие уютные, в наволочках с ненавязчивым цветным принтом, наподобие узких тесёмок. А на маленькой кухне очень вкусно пахло яблоками…

Николас потряс головой, отгоняя вдруг проснувшиеся сомнения. Айрис Брют – негодяйка, воровка, мошенница и динамщица! Она охмурила Николаса, вскружила ему голову, пообещала жаркий секс, а потом опоила какой-то дрянью, из-за которой у Николаса отнялось всё тело, и обокрала его! Прямо у него на глазах опустошила бумажник, вывернула карманы, сгребла со стола флэшки с ещё не обработанными фотографиями. Наверное, надеялась, что там какие-то документы по фирме отца. Ха-ха три раза! Пусть обломится! Но фоток было жаль до слёз, какие там были кадры!

Опять же странно – своих флэшек в доме Брют Николас не нашёл. Уже успела просмотреть и выбросить, не найдя ничего, что можно продать конкурентам «Византис Индастриз»? За это одно Николас был готов ещё сто раз подряд разломать ноутбук ненавистной Брют – который, кстати, открыть не удалось, хотя было интересно поглядеть, какие мерзости успела накопить в своём дешёвеньком ноуте мелкая гадина. Ведь наверняка же Николас – не первая её жертва. Так умело действовала, без капли раскаяния в красивых, с поволокой, глазах.

Но хуже всего, хуже того, что девица распалила его и продинамила, хуже того, что выгребла деньги, пусть и очень немалые – хуже всего было то, что мерзкая Айрис Брют обсмеяла Николаса Болда. Да, Николас и сам прекрасно знал, что природа над ним достаточно зло подшутила – создала сильным и крупным мужчиной, но поскупилась на самое прямое доказательство этого факта. Да, у Николаса маленький! Даже у Фреда больше, мерялись как-то в сауне… Хотя Фред ростом не вышел, и ему вообще ни к чему большой агрегат, ведь оргазм брат признаёт только одного вида – умственный! А вот поди ж ты… Конечно, если бы дело дошло до постели, Николас доказал бы этой наглой насмешнице Айрис Брют, что размер – не главное! Умение, вот что рулит! А Николас очень даже умелый, поневоле пришлось научиться, чтобы компенсировать недостающие сантиметры. Но эта Брют…

– Она даже не поленилась приволочь откуда-то линейку! – прорычал Николас, глядя в глаза своему отражению. Кулаки снова сжались, ногтями парень чуть не расцарапал себе до крови кожу ладоней. – Она издевалась надо мной! Смеялась! Хохотала как ненормальная! Она заслуживает всех тех грязных слов, которые я написал ей на стенах! Воровка и мерзкая тварь! Я должен дать ей в морду, хотя бы раз!

– Ник, ты там заснул? – оказывается, Николас уже порядочно торчал в ванной, вот и Фред забеспокоился. – Нам выходить через пятнадцать минут.

– Иду, – отозвался Николас и медленно разжал кулаки. – Я уже почти готов, Фредди. Сейчас выйду.

***

– Странно, да? – Фред просто шагал прямо по лужам, которые Николасу приходилось обходить. Вот что значит – непромокаемые стильные ботинки отличного качества. Но кроссовки всё равно лучше. – У таких почтенных родителей – и такая отвратная дочь.

– Зато теперь понятно, откуда у неё взялись подушки с натуральным птичьим пухом, – отозвался Николас, машинально наглаживая в кармане телефон – недорогой, с новой симкой и единственным сохранённым в памяти номером. Уже вечереет. Обед затянулся, ещё пришлось в головной офис вместе с отцом съездить, подписать какие-то документы у безопасников и в бухгалтерии. Что-то типа дозволения пользоваться его, Николаса, личными данными, чтобы без помех отследить украденные кредитки.

– Подушки? В смысле? Откуда ты знаешь, какие подушки у Айрис Брют? Ник?

Николас понял, что прокололся. Пришлось рассказать Фреду, что ни на какой пейнтбол он не ездил, хотя именно так и наврал отцу и брату, чтобы объяснить свою заляпанную краской одежду. Фред, выслушав про разгромленную квартиру Брют, только покачал головой.

– Это опять случилось, Никки? Она… смеялась над тобой?

Николас только молча кивнул. А потом шагнул к Фреду и на секунду уткнулся лбом брату в плечо. Фред понимает. Ведь именно старший брат водил Николаса по врачам, когда после самого первого похожего облома с девчонкой у Николаса развилась психогенная импотенция. Мама к тому времени уже два года как умерла, отцу Николас ни за что бы не рассказал о своём позоре. А Фред не успокоился, пока не вытащил из младшего все подробности и не заставил его лечиться. Ещё в те далёкие времена Фред учил Николаса, что нельзя разрушать себя, надо отбрасывать обиды и больше не позволять себя обижать. И повнимательнее выбирать тех, перед кем собираешься скинуть одежду – будь то длительные отношения или одноразовый перепихон. Николас кивал, обещал помнить, но потом встречал какую-нибудь яркую симпатичную оторву – и все уроки старшего брата вылетали из памяти. Иногда Николасу везло, и его принимали таким, какой он есть. Иногда девчонкам были по барабану проблемы Ника, зато очень даже нравились его деньги. А иногда Николас снова попадал под град насмешек.