нахохлившимся, настороженным. Маринки в окне видно не было. Значит, она опять слегла. «Бедная девочка», – машинально подумала я и тут же о ней забыла.
– Кис, кис, кис! – раздалось сверху. – Мария, ты моего Барсика не видела?
Черный наглый Барсик достал всех. Суеверных
жизнь нам дана для того, чтобы в один прекрасный момент понять, что отпущено нам не более чем окружающим, что в своих попытках быть ни на кого не похожим мы еще больше уподобляемся всем