Глава 2

И именно в этот момент в памяти стали всплывать не самые приятные воспоминания, связанные с начальником, те самые, которым я пыталась не предавать смысла, думая, что что-то не так поняла или мне показалось.

Все его взгляды и улыбки, которые я видела на протяжении последних трёх недель, теперь были сальными и имели другой подтекст.

Ну и пока я всё это переосмысливала, желая убедиться, что всё правильно поняла и моя фантазия просто не разошлась, подменяя воспоминания, Евгений Петрович неожиданно коснулся моего плеча.

– Не трогайте меня!

Невольно вскрикнув, я вскочила на ноги, чуть не запнувшись о стул и больно ударившись бедром об угол стола.

– Ух, ты чего такая шуганная, Анечка? – удивлённо спросил начальник, но его блекло-серые глаза тут же забегали из стороны в сторону, не в состоянии сфокусировать на мне взгляд, будто ему было стыдно или неловко.

– Во-первых, называйте меня Анной Игоревной, как положено. А во-вторых, мне не нравится, когда меня трогают чужие мужчины. Как вы знаете, я замужняя женщина и у меня есть ребёнок.

– Ну что ты, Аня, я же без злого умысла. Я думал, мы с тобой друзья, вот и хотел... порадоваться за тебя.

Евгений Петрович проигнорировал мою просьбу обращаться ко мне полным именем, снова сахарно улыбаясь, не замечая моей злости.

И когда это мы с ним успели стать друзьями? Что-то я как-то упустила этот момент.

– Я же всегда хорошо к тебе относился, или ты забыла? Я думал, мы с тобой понимаем друг друга, вот и решил даже повысить тебя до секретаря.

– С дополнительными обязанностями, я права?

– Ну скажешь тоже... Но я буду рад узнать тебя получше. И я даже не против повысить тебе зарплату. Да ты и сама знаешь, какие привилегии можно получить если хорошо общаться с начальником.

Вот так, завуалировано, мне стали намекать на сексуальные отношения, ещё и делая это так неловко и жалко, что ничего, кроме как злости и стыда, это у меня не вызывало.

Вот же старый идиот! Он что, и правда думает, что женщина, вроде меня, которой всего тридцать и у которой всё есть, с готовностью согласится стать его любовницей? Вот это самомнение!

– Евгений Петрович...

– Прежде чем ответить мне, подумай о последствиях, – уже более уверенным голосом заговорил со мной мужчина, видно взяв в кулак яйца, перестав лыбиться и мямлить, – Тебе, я уверен, не хотелось бы лишиться премии или, что ещё хуже, вылететь с позором из компании. Нет-нет, я тебе не угрожаю, Анечка, что ты. Просто напоминаю, чтобы ты была осторожна. Ну а так, скажу прямо, ты мне нравишься и я давно заметил между нами некую... химию.

Говоря всё это, Евгений Петрович всё же посмотрел мне в глаза. И его взгляд казался липким и отвратительным.

Выждав пару секунд, мужчина сделал небольшой шаг ко мне, сокращая дистанцию.

А у меня от возмущения чуть ли дыхание не перехватило и я не знала, что ответить. Нет, на самом деле мне было что сказать, но в основном это были нецензурные слова.

– Анечка, ну мы же оба с тобой знаем, что...

– Старый извращенец! Я так просто это не оставлю!

Отойдя от шока, я схватила со стола какую-то папку, запустив её в начальника, а следом за ней и органайзер для ручек, чувствуя себя оскорблённой.

Я ни разу не показала, что испытываю хоть какой-либо интерес к этому толстому, лысеющему мужчине, а он заявляет мне о какой-то там химии между нами. Не знаю, что он там себе придумал в своих влажных фантазиях, но его наглость вне моего понимая. Вот так взять и предложить замужней женщине... Фу! Противно!

– Аня, а ну успокойся! Я же предлагаю тебе серьёзные отношения, а не разовые!

– Ах, вот как! Ну спасибо, теперь мне прямо полегчало!

Из-за злости я уже мало что понимала, действуя по некой инерции, так и толкавшей меня выплеснуть негативные эмоции, в то время как начальник, струсив и испугавшись, отбежал от меня в сторону.

Схватив ноутбук, я швырнула его в мужчину, но промазала, и тот, ударившись о стену, разлетелся на две части.

– Хватит! Истеричка!

– Извращенец! Как у вас только язык повернулся предложить мне интим?

– Что? Какой интим? Я ничего такого не предлагал! Дура! Хочешь меня оклеветать?

– Боже, да у вас от мужчины одно название!

Дрожа от злости, я вышла из кабинета Евгения Петровича, на лифте поднявшись тремя этажами выше, собираясь рассказать обо всём генеральному директору. Но он, как оказалось, уехал куда-то на обед.

Я же, путаясь в мыслях и желаниях, вышла из здания, в котором на меня стали давить стены. И достав телефон, попыталась дозвониться до мужа, чтобы всё ему рассказать и получить поддержку.

Но Егор не ответил ни на первый мой вызов, ни даже на пятый.

Чёрт! Он сейчас так сильно мне нужен!

Купив в ближайшем магазине бутылку минералки, я, всё ещё чувствуя сильную дрожь и жар, за раз выпила половину, когда увидела Настю, возвращавшуюся с обеденного перерыва.

Я тут же поспешила к подруге, всё ей рассказав, но её реакция меня удивила.

– И ты что, не согласилась? Почему?

– Эм-м-м... Что? Настя, мне послышалось или ты и правда только что спросила у меня с осуждением, почему я не согласилась?

– Ну а что тут такого? Евгений Петрович уже старый, вряд ли ему надо так уж много женского внимания. Зато можно будет и отпуск выбить себе когда захочется, и премию хорошую получить. Считай раз в неделю помучилась и всё, работа станет в кайф.

Настя пожала плечами, мол здесь нет ничего ужасного, а я просто молча смотрела на неё, не находя слов.

Не скажу, что мы с Настей были близкими подругами, мы общались исключительно на работе, не проводя время вместе на выходных и особо не переписываясь, но я была о ней лучшего мнения. А сейчас я разочаровалась ещё и в ней. Раз в неделю помучиться, чтобы... Фу! Это отвратительно, я ещё не спала с мужчинами в два раза старше меня ради дополнительных выходных и премии.

– Ой, Аня, не надо делать такое осуждающее выражение лица. В этом мире надо думать лишь о том, как хорошо устроиться и стабильно получать деньги. Поработала бы год секретаршей у нашего начальника, а потом бы смогла по-тихому перевестись к кому-то из директоров. Вот тебе и ещё один плюс. Лично я бы от такого не отказалась.

Горько усмехнувшись, поражаясь корысти Насти, я так ничего ей и не ответила, просто молча отойдя в сторону. А смысл что-то ей говорить? Она с её мировоззрением, которое я только сейчас осознала, ничего не поймёт и я бы впустую потратила своё время.

Цыкнув, да так громко, чтобы я услышала, Настя зашла в здание, а я осталась на улице, поджидая Михаила Артёмовича и изредка пытаясь дозвониться до мужа.