Серия «Любовные драмы»

© Майорова Е.И., 2025

© ООО «Издательство «Вече», 2025

Старая, старая Англия

Изучая любой исторический эпизод, невозможно сразу перейти к описанию непосредственно события. Без понимания причин и предпосылок трудно разобраться в его глубинной сущности и наступивших последствиях. Рассматривая современные судьбы представителей правящего дома Великобритании, невозможно не учитывать всю предыдущую историю страны, прочно связанную с перипетиями религии, европейской политики и дипломатии, но нередко определяемую особенностями личности правителя и его ближайшего окружения. Не зная предыстории, невозможно понять многие события недавнего прошлого и современности.

В предлагаемой вниманию читателя книге не будет анализа международной политики Англии, расстановки сил главных политических группировок, военных побед и поражений, восстаний и борьбы пролетариата за свои права. Они будут упоминаться постольку, поскольку повлияли на жизнь людей, волею судьбы оказавшихся членами правящего дома Великобритании или так или иначе причастных к нему.

Одной из отличительных черт английского общества является уважение к тысячелетней европейской монархической династии. Англичане почитают царствующий дом, который выступает для них лицом нации, оплотом стабильности, сохранения традиционных ценностей, моральным ориентиром, ориентиром отношений с заморскими территориями, наконец, символом страны. Поэтому до сих пор правящий монарх, его семья и двор, несмотря на обременительность для финансов государства, рассматриваются как важнейший атрибут жизни Британии, гарант устойчивости и стабильности. Монарх здесь не правит, а служит символом единства нации и находится над политикой, монарх – это роль «мягкой силы» страны.

Согласно опросам от сентября 2023 года, отмечалось, что подавляющее большинство британцев – 62% – поддерживают сохранение монархии, в то время как за то, чтобы и формальным главой государства стал человек, выбранный по итогам голосования, выступают всего 26%.

Англичане гордятся своей историей и культурой, и любовь к традициям у них сильна до сих пор. Праздники, такие как Рождество и Пасха, здесь отмечают с соблюдением особых обычаев. Специфическую роль при этом играет королевская семья – это тоже своего рода традиция. Королевские торжества привлекают внимание туристов со всего мира. Английский дух сохраняется в таких мероприятиях, как Ночь Гая Фокса, ежегодная регата на Темзе и церемония смены караула у Букингемского дворца. Традиции распространяются и на более повседневные вещи: британцы ценят рутину, и во многих городах Англии в одно и то же время проводятся одни и те же мероприятия, встречи и обряды, как, например, забег с блинами в Блинный вторник.

Современная британская монархия – это феномен, выходящий за рамки понимания. Монархия здесь не просто не канула в Лету, она сохранилась как традиция практически без изменений со всеми присущими ей атрибутами… Более того, Англия по-прежнему оказывает заметное влияние на свои бывшие доминионы.

Британский королевский дом оказался уникальным явлением. Монархия не противоречит капитализму, а выполняет важную роль в жизни британского общества – она отвлекает внимание от работы реальной власти (правительства) и одновременно с этим дарит людям ощущение причастности к чему-то великому и прекрасному, смягчая унылую перспективу быть винтиком в системе капитализма. Поэтому Виндзоры так стремятся сохранить свой безупречный имидж и не занимаются коммерческой деятельностью.

Современная британская монархия – это феномен, выходящий за рамки понимания

Ни опустошительные войны, развязанные правителями для собственной выгоды, ни жестокое угнетение подданных, ни небезупречность личного поведения не поколебали привязанности британцев к своим королям. Ксенофобы-англичане даже готовы были забыть их иностранное происхождение: ведь с XI века английский трон занимали французы Плантагенеты, потом шотландцы Стюарты, а с начала XVIII столетия престол оккупировали вездесущие германские принцы. Впрочем, немецкое засилье было присуще и российскому правящему дому: начиная с Петра III императорская власть находилась в руках сыновей немецких принцесс, и правящий дом официально назывался Гольштейн-Готторп-Романовы. Исключений практически не было.

Как известно, император Павел I являлся сыном не только Петра III, герцога Гольштейн-Готторпского, который в свою очередь был сыном русской царевны, но и Екатерины II, то есть принцессы Софии-Августы-Фредерики Ангальт-Цербстской. Матерью Александра I и Николая I стала вюртембергская принцесса София-Доротея; сам он вступил в весьма престижный брак с дочерью короля Пруссии принцессой Шарлоттой, ставшей матушкой Александра II; Александр III также был сыном немки Марии Гессенской. Только матерью Николая II стала датчанка – принцесса Дагмар Датская, и то носительница немецкой крови по матери. Сам он традиционно вступил в брак с немкой Алисой Гессенской.

Условием брака с российскими престолонаследниками было принятие невестами православия, на что немецкие семьи соглашались безропотно. Не так обстояло дело в консервативной Англии.

Вопрос о вере стоял исключительно остро и часто становился настоящим камнем преткновения в политике, государственных и брачных делах.

Воспитанный в римской вере, ранее убежденный католик, английский король Генрих VIII не поладил с папой римским из-за его отказа развести монарха со старой женой или, по крайней мере, разрешить наряду с первой заиметь вторую супругу. Нежелание папы пойти навстречу неординарным планам короля вызвало разрыв решительного Генриха с Римом. Он заявил о себе как о «представителе Церкви Англии на земле под верховным главой Иисуса Христа», то есть провозгласил себя главой Англиканской церкви. Духовенство Англии перестало подчиняться «иностранной власти» – папе.

Эти давние события важны для дальнейшего понимания брачной политики правящего дома Великобритании.

За королем последовала вся страна, и скоро насильственно введенная англиканская вера стала общепринятой. Немногочисленные упрямцы, сохранившие верность католичеству, были значительно ущемлены в правах. Новая вера хочешь не хочешь, а прижилась, и конфессиональные предпочтения стали в большой степени определять политику Англии.

В континентальной Европе, согласно Салическому закону, женщины не имели возможности вступить на трон. Но в Англии и Шотландии этот закон не действовал, и корона могла переходить по женской линии. Благодаря этому две дочери Генриха VIII – Мария I и Елизавета I – правили Англией. И если королева Мария, получившая прозвище Кровавая, кострами и плахами возвращала подданных к истинной римской вере, ее младшая сестра Елизавета I, королева-девственница, демонстрировала приверженность новому, реформаторскому учению. А после 47 лет ее блестящего правления Яков VI Шотландский благодаря правам своей матери – известной гибелью на эшафоте Марии Стюарт – стал Иаковом I Английским.

Брачная политика правящего дома отличалась рациональностью: взаимовыгодный союз по договоренности. Никто не заводил разговоров об истинной любви, никто не лил слез, мечтая и тоскуя о встрече с настоящей любовью. Ее место занимали стабильность и преданность, выраставшие из понимания своего предназначения. Никаких иллюзий, никаких романтических грез. Просто соглашение, связующее две жизни в ситуации, при которой обе стороны получают положение, состояние, защиту и власть.

Карл, сын Иакова и датской принцессы Анны, в 1620 году начал переговоры о браке с испанской инфантой (католичкой!), что вызвало переполох в английском парламенте, желавшем союза с протестантскими государствами. Сам престолонаследник принадлежал к Англиканской церкви, и требование испанцев о его переходе в католицизм расстроило возможный союз.

Вступив на престол, Карл I (1600–1625–1649) постановил ввести повсюду в королевстве единую Англиканскую церковь. Однако он женился на католичке, 15-летней Генриетте-Марии, младшей дочери французского короля, знаменитого Генриха IV. Католичеству король Карл делал определенные послабления: разрешил ввести безбрачие духовенства, учение о чистилище, молитву об умерших и многие другие догматы. Королю в религиозных и многих политических вопросах противостоял парламент, что в итоге вызвало гражданскую войну. Побежденный Карл предстал перед судом, который признал его «тираном, изменником и врагом отечества» и приговорил к казни. 30 января 1649 года он был обезглавлен в Уайтхолле, повторив судьбу своей бабки Марии Стюарт. Вплоть до самой последней минуты король сохранял исключительное мужество. В знак уважения голову пришили к телу, чтобы достойно похоронить в Виндзоре.

Через несколько дней парламент объявил монархию упраздненной и провозгласил республику.

После семилетнего (1653–1660) пребывания под железной рукой Оливера Кромвеля англичане сочли республиканскую форму правления не подходящей для страны. Произошла так называемая «Реставрация Стюартов», и на престол, согласно праву наследования, был призван старший сын казненного монарха Карл II (1630–1660–1685). По совету своего первого министра Эдварда Хайда он объявил амнистию всем деятелям правительства Кромвеля, кроме цареубийц, голосовавших за казнь его отца. Десять вельмож были приговорены к смерти как государственные изменники и подвергнуты старинной английской казни через повешение, потрошение и четвертование.

Средством для обеспечения потомства и создания новых союзов с европейскими странами всегда являлся королевский брак. Государственные деятели настоятельно рекомендовали королю жениться на богатейшей португальской принцессе из дома Браганца Екатерине (1638–1705), всячески расхваливая внешность и добрый нрав претендентки. В качестве приданого инфанты, не считая огромных денежных сумм, португальцы передавали англичанам города Танжер в Африке и Бомбей в Индии.

Художники того времени всячески льстили своим моделям, и откровенная страхолюдина становилась на полотне чуть ли не красавицей, во всяком случае вполне миловидной. Очарованный портретом Екатерины при первой личной встрече король, не сдержавшись, воскликнул: «Вместо жены вы привезли мне летучую мышь!» Хорошо, что невеста не понимала по-английски. Но пришлось смириться, и свадьба состоялась 21 мая 1662 года, причем из-за разницы в вероисповедании супругов провели две церемонии: официальную, англиканскую и тайную, католическую.

Екатерина Брагансская. Художник П. Лели

Родственники молодой королевы являлись фанатичные католиками, и сама Екатерина была убежденной католичкой, что не позволило ей короноваться. Поэтому, а еще потому, что не смогла дать стране наследника – трижды у нее случались выкидыши, – португальская принцесса не стала любимой народом королевой. Но на предложения циничных приближенных развестись с бесплодной дурнушкой во всех иных случаях обходительный Карл отвечал резко. Впрочем, впоследствии англичане привыкли к своей королеве и даже признали за Екатериной Браганца заслугу популяризации и введения в обиход исконно британской традиции: чаепития.

Карл был сильным королем, его любили в народе. Сейчас его правление кажется коротким промежутком между старой, елизаветинской Англией с ее пиратами-адмиралами и новой, грозной Великобританией с Ганноверской династией, потомки которой царствуют по сей день. Король Карл стремился к свободе вероисповедания для всех и перед самой кончиной принял католичество.

Брат и наследник бездетного Карла II^[1] Яков II Стюарт (1633–1685–1701) официально принадлежал к Англиканской церкви, но в душе был ярым католиком и поддерживал усиление позиций католичества. Получив корону, Яков стремился к утверждению неограниченной королевской власти и восстановлению католицизма в Англии; государственные должности он раздавал исключительно католикам.

Католические обряды поражали своим богатством и пышностью (за что их тоже порицали протестанты). Коронация королей-католиков была обставлена помпезно. Чего стоило только коронационное облачение! На коронующегося надевали нижнюю одежду из драгоценного белого батиста без рукавов, со шнуровкой вокруг шеи; по груди, по прорезям, по бокам и понизу шли бесценные, очень тонкие кружева. Чулки и сандалии из тончайшей кожи также были белые. Затем надевалась Super Tunica – одеяние из плотной золототканой парчи. Опоясывали короля мечом, который прикреплялся к поясу из золотой ткани с золотой пряжкой. Венчала коронационное одеяние далматика – Mantle or open Pall, соответствующая императорскому плащу, изготовленная из ткани, сотканной из золотых и пурпурных нитей и украшенная большими матовыми золотыми цветами.

У Якова на тот момент не было мужского потомства, только две дочери, Мария и Анна, которые по решению дальновидного дядюшки Карла II воспитывались в англиканстве. Из-за склонности к римской вере (шила в мешке не утаишь!) Яков имел значительные трудности при вступлении на престол. Англичане ждали воцарения его дочери Марии и зятя – штатгальтера Голландии протестанта Вильгельма Оранского. Супруг принцессы был ее кузеном, сыном Марии-Генриетты Стюарт, старшей дочери короля Карла I, сестры двух королей: Карла II и Якова II. Благодаря стюартовской крови выбор Вильгельма мог считаться обоснованным.

В 1685 году Яков II пошел по пути отца: распустил парламент и правил единолично; в апреле 1687 года он принял «Декларацию о веротерпимости», которая открывала путь к превращению католицизма в государственную религию. Новый монарх сместил со всех важнейших государственных должностей приверженцев англиканства и заменил их католиками.

Упрямый и прямолинейный, Яков покровительствовал единоверцам всеми средствами, находившимися в его распоряжении. Сам он вступил во второй брак с юной принцессой-католичкой Марией Моденской, что было встречено протестантами весьма прохладно. Последней каплей стало рождение 10 июня 1688 у 55-летнего Якова и его королевы здорового и крепкого сына, названного Джеймсом (Яковом). С появлением наследника перспектива возвращения страны к католицизму в глазах подданных стала вполне реальной. Этому не мешали даже слухи о «подмене» ребенка – их причиной явились личные предубеждения короля, не допустившего англиканских прелатов в родильные покои; присутствовать при родах было дозволено только католикам и иностранцам.

Сторонники Якова – якобиты – верили, во-первых, в божественное право королей на трон и их ответственность исключительно перед Богом (а не людьми или парламентом); во-вторых, считали монархию божественной институцией и, в-третьих, полагали законным переход короны лишь по наследственному праву, которое не может быть отменено никаким человеческим постановлением.

Опасаясь реставрации католичества, английский парламент и все оппозиционные силы сплотились для осуществления так называемой «Славной революции» – пригласили занять английский престол Вильгельма Оранского, обосновывая это «защитой протестантизма».

5 ноября 1688 года Вильгельм высадился в Англии. Королевские офицеры и солдаты массово переходили на его сторону, как и придворные короля и даже его младшая дочь Анна. На севере Англии начались восстания; все крупные города оказали поддержку вторжению.