мы с тобой как не может кончиться воздух
как вещество материи бесконечно
движение дней непрестанно как света движенье
ты
входишь как солнце
я говорю о
о твои жерла
я опою эту свою жажду
я воскурю жертвенное без жертвы
как это уже было однажды
прикосновение к
жерлу вулкана
сегодня война, а переговоры завтра
кровь как война одна
доброго ранку
это ни ожидаемо, ни внезапно
Еще до войны
Мы стали с тобой целоваться, как старики:
Лоб, виски
Пробовали
Не получалось
Тут тяжело, холодно, сплю в одежде, снова пишу стихи,
Но хорошо: свободно
еще один житель поселка … рассказал…
еще одна жительница … рассказала…
житель города … рассказал…
тесть, зять, сын, муж, ребенок, свекровь не рассказали
подруга не рассказала
бабушка с дедушкой не расскажут
никогда не рассказывали
но и того, что они рассказали, было довольно,
чтобы знать наизусть, как дорогу до дома: п…т ветеран на уроке мира
п…т как дышит старый насильник алкаш сердечник физрук мент охранник афганец грязный урод скотина хрипло и долго
все происходит на даче во время обеда
я говорю нас всех гонят на бойню
кто тебя гонит куда – (возмущенно, мне) Маша
меня вот никто не гонит на бойню, – говорит Ольга Петровна,
наоборот, я живу прекрасно,
я не перестала есть мясо, но стала хуже его готовить
Ольга Петровна прочитала Кутзее
он написал, что те, кто кушают мясо, не замечают, что происходит Освенцим
я говорю наш дух томится в неволе это все прутья одной решетки
но в общем зачем это все говорю непонятно
и вот значит подходит к моему Мишке или моему
Пашке некто в черной рубашке и говорит убью ты
сейчас умрешь – звучит как правда, но это ложь
потому что подходит татарин Дамир к п…дору Саше
и говорит эй, еврейчик
сам-то он кто – вопрос х…ый,
хорошо, попробуем снова.
к моему Мустафе подходит злобный израильский
ортодокс-милитарист, надо придумать где это все
происходит – скажем, в Германии ист
и говорит то же самое
если меня сильно обидеть, я начинаю отмахиваться
рукой и говорить черт с ним, черт с ним
но иногда говорю, как бабка – убить мало
запретить это слово, тогда придется всего Шекспира,
снова х…во, х…во снова
и вот к моему Мишке подходит и говорит
Мишка внутри и снаружи горит
Мишке бросается в голову кровь
Мишка спасается, но не нападает
и Мустафу злобным вечером в Диком поле
русский кинг-конг бутиратный заточкой колет
страны ведут себя как два удава и кролик
кролик один
кролик значит, что все хорошо
и его не спросили, а режут живьем
повезло этому моему Сашке
жить в вавилонско-пизанской башне в процессе ее
наклона и окончательного падения в пропасть идей
о том, кого еще надо убить
увезти отсюда, замучать там
чтобы она могла стоять вертикально
чтобы народу было нормально
вкусные колбасы из нашего мяса Гоша.
фалличность идеи как таковой
чьей-то чужой
и наш, Гоша, с тобой
покрытых травой через тридцать лет ограниченный
мертвый сюжет, наша слабая дохлая жизнь по
сравненью с идеей убить … – о,
наших обид раскаленный остов
слава россии Гоша позволь себе эту малость
грусть безнадежность нежность к твоим жидам
это ты сам
нет Гоша это не штырит не штырит нет – это я говорю
тебе мертвый.
этот Дамир еще спрашивал Сашу – скажи
свое настоящее имя
2009
год
как разговор с варварами где-нибудь за морями
хлеб, вода, – вот такой язык,
числительные, привет, пока, почему так долго
почему нужно так долго ждать
чтобы заговорить на своем языке
ликуя и забывая
все кроме lick lips liquids лопастей
крупных крылатых существ в глубине головы
умеющих лишь умирать мелькать блекнуть
потому что господь ничего не сохраняет
Как тело считывает дни по освещенности кромешной
Неявным светом озари Фонтанку, где мы приросли
своей семейкой безутешной
И розу зимнюю раскрой с моста Белинского, лицом
к садам, спиной к проспекту
За все твою любовь отдам, за сигарету
Как я, как дождь среди зимы она читает переписку
И просит нежной кутерьмы переведемся на английский
Как страшно лампочки горят с утра на кухне одичалой
Как страшно тело считывает дни которым положил предел
Как тело считывает дни само собой, без повторенья
Дыханье страшное чумы и мы одни как в день
стихотворенья
Сегодня ночью не буди
Меня для истины печальной
Я не хочу туда где ты
И хлад прощальный
О проекте
О подписке
Другие проекты