Цитаты из книги «Риск»

адских выходных. Конечно, умолчав про эпизоды с Джейком Коннелли. Иначе Саммер схватится з

новое для меня. – Я не просто намекнула на знакомство с тобой, – признается она.

Я стискиваю зубы. Почему спортсмены всегда такие большие и мужественные? У Джейка невероятно привлекательное тело. Длинные ноги, мускулистые руки и грудь, как у античных статуй. Я ни разу не видела его без футболки, но ловлю себя на мысли, что мне интересно, как его грудь будет выглядеть без одежды

Джейк складывает руки на столе. Они у него красивые. Правда, просто загляденье. Это моя слабость – мужские руки. Мужчины с небольшими руками никогда меня не возбуждали. От вида огромных, тяжелых рук мне становится немножко не по себе. Но у Коннелли они, по-моему, идеальные. Пальцы у него длинные, но не костлявые. Ладони большие и властные, но не мясистые. Ногти чистые. Правда, пара костяшек красные и потрескавшиеся, но это, видимо, из-за какой-нибудь стычки на льду. Мне не видно кончики его пальцев, но готова поспорить, что они в мозолях.

моей груди. Я никогда еще не испытывал ничего подобного, и поэтому знаю, что оно настоящее. И это не обычная похоть, уж поверьте мне. Это нечто совершенно новое. Я точно влюбляюсь в эту девчонку.

Но сперма не имеет никакого отношения к тому теплому чувству, что разрастается в

Ее пульс ускоряется, и мои глаза закрываются. Она не просто нравится мне. Кажется, я влюбляюсь в нее.

Пора посмотреть правде в глаза. Я запал на эту девчонку. У меня были женщины, много женщин, но не помню, когда в последний раз мне так сильно хотелось кого-то. Я чувствую, как затуманивается мой взгляд, стоит мне представить ту картину, которую я только что описал.

– Хочешь, еще поцелуемся на дорожку? – В голосе Джейка столько надежды! Как у маленького мальчика, который хочет получить подарок. – Нет уж. В его глазах вспыхивает дьявольский огонек. – А как насчет минета? – Очень мило, что ты предложил, но у меня нет пениса.

– Я же просил вас не называть меня «сэр». Господи боже. – Ты хочешь, чтобы мы называли тебя «Господи боже»?