В уши уже давно воткнуты наушники, чтобы не слышать, чем занимаются Гаррет и Ханна в соседней комнате, но я до сих пор так и не нажал кнопку воспроизведения.
О, и последнее – поцелуй на ночь. Он еще только предстоит, но знай, ты начинаешь с минус одним баллом, потому что не сделал этот шаг, а попросил меня об оценке.
Его синие глаза поблескивают:
– Серьезно? Оштрафуешь меня за то, что я старался быть джентльменом?
– Ну вот, уже минус два, – дразню его я. – У тебя все меньше шансов, Джонни. Скоро ты не…
Я не пытаюсь заговорить с ней, зная, что могу напугать. Терпение – так называется эта игра. А терпение с Сабриной Джеймс вознаграждается. В ней очень много страсти, и вопрос лишь в том, как помочь ей достичь нужного уровня комфорта, чтобы выпустить эту страсть на свободу.
Проси прощения сколько хочешь, куколка. Ты хоть понимаешь, что наделала, а? – Я сердито смотрю на нее. – Из-за тебя мой лучший друг будет думать, что мне нравится засовывать себе в задницу розовые дилдо.
– О, ну это же неправда. Зато Логан теперь свободен от предрассудков. Мы открыли его разуму восхитительные возможности.
Уверен, они думают, что я буду учиться в Гарвардской юридической школе только потому, что мои богатые предки заплатили за это. Но, если честно, мне все равно. Мне даже нравится, что люди недооценивают мои умственные способности. Большей частью я специально притворяюсь тупым блондином, чтобы чисто поржать.
Эй, знаешь «Сумерки»?
Он моргает.
– Прости, что?
– Ну, «Сумерки». Книжка про вампиров.
Бо настороженно всматривается в мое лицо.
– И что дальше?
– Знаешь, у Беллы какая-то суперособенная кровь, и поэтому у Эдварда всегда вставал, стоило ему оказаться рядом с ней.
– Ты сейчас издеваешься надо мной?