Цитаты из книг автора «Екатерина Мурашова»

…Слышал, что Виталика Тараканова собираются исключить. Куда же он пойдет? Говорил и с директором, и с завучем по внеклассной работе. Мне кажется, что они просто подсмеиваются надо мной… — Вам, безусловно, кажется. Иногда ирония бывает просто защитной реакцией. Тараканов, скорее всего, действительно окажется на улице, потом в криминале. Тогда им займется милиция. Но мы должны, обязаны охранить от него тех ребят, которые могут и хоть сколько-то хотят учиться. Когда ничего другого сделать нельзя… — Но почему же нельзя?! Клавдия Николаевна! Это же ваш класс, ваши дети, вы знаете их лучше других. Неужели в двенадцать, в тринадцать, пусть даже в четырнадцать лет — все безнадежно? Я не верю! — И правильно делаете. Как только поверите окончательно, не сможете работать в школе. Кстати, я давно хотела спросить: что вас вообще сюда привело? — Куда? В школу? Мой отец

детей: Гарольд Б. Леви «Квадратные колышки к круглым отверстиям». Хороший язык, доброта, человечность, огромный опыт автора-пси

при взгляде на иллюстрацию, на которой был изображен человек без кожи, щи в желудке чувствовали себя неуютно.

К своим 13 годам он доподлинно знал, что в мире есть множество вещей и явлений, которые учесть и просчитать невозможно. Деньги посчитать легко. Почему нет?

В комнате у нас тесно, конечно, но можно мебель немного раздвинуть.

думаю, что в тот день это самое слово, — «милосердие» — прозвучало в стенах нашего класса впервые за все семь лет, которые мы провели в школе. Почему? Так уж получилось. Не говорят в нашем классе такими словами. А сегодня — с какой бы радости?

Я думаю, что в тот день это самое слово, — «милосердие» — прозвучало в стенах нашего класса впервые за все семь лет, которые мы провели в школе. Почему? Так уж получилось. Не говорят в нашем классе такими словами. А сегодня — с какой бы радости?

— Я думаю, что все сработало как надо, просто мы с тобой хотели остаться вместе — и остались, а они… ну, хотели чего-нибудь другого. — Не знаю… — я покачал головой. — Мне кажется, что уж Пашка-то наверняка хотел остаться с тобой…

том, что сюжет в «Классе коррекции» условно фантастический. Скорее, секрет писательницы в том, что она искренне верит: в конце концов все будет хорошо и правильно, надо только понять, что «правильно», которое не для всех людей одинаковое, очень зависит от стремления к справедливости, взаимопониманию и взаимодействию. «Класс коррекции» — произведение со всех сторон удивительное. Единственное, что в нем не вызывает удивления, — закономерная награда в первом сезоне Национальной литературной премии «Заветная мечта». По высказанному кулуарно мнению некоторых членов жюри, это было лучшее произведение из всех, что попали в финал премии. Мурашова не развлекает читателя, не заигрывает с ним — и без нее желающих хватает. Она призывает читающего подростка к совместной душевной и нравственной работе, помогает через соучастие, сочувствие героям книги осознать себя как человека, личность, гражданина. Мурашова приглашает к разговору и подростков, и взрослых, которым тоже иногда полезно остановиться, оглянуться и пересмотреть некоторые свои жизненные и оценочные стереотипы. Разговор не будет легким, но он давно назрел в нашем обществе. Екатерина Мурашова начала его — и всем нам пора в этом разговоре принять

По­сле­сло­вие Екатерина Мурашова говорит с подростками на самые трудные темы. Практикующий школьный психолог, она умеет увидеть проблему, показать с разных сторон, обобщить сходные явления и диагностировать общие тенденции. Но сделать так, чтобы о проблемах и неприятностях было интересно читать, чтоб чтение такое захватывало, заставляло сопереживать героям, — сделать так может только талантливый писатель. Я думаю, нам всем очень повезло, что практикующий детский психолог Екатерина Мурашова одновременно является талантливым писателем. Ее повесть «Класс коррекции» очень сильно выделяется в общем потоке современной отечественной литературы для подростков. Тема детей — отбросов общества, зачастую ум ственно неполноценных, инвалидов, социально запущенных слишком неудобна и некрасива, трудно решиться говорить об этом, но еще труднее говорить так, чтоб не осталось от разговора осадка отвращения, мрака и безысходности. Екатерина Мурашова виртуозно справляется с задачей написания жизнелюбивого, оптимистического произведения там, где, кажется, ни о каком оптимизме и речи быть не может. И дело здесь не в