Цитаты из книг автора «Екатерина Коути»

Пожалуй, ни одно из домашних животных не имело такой популярности в фольклоре, как кошка. Кошки фигурируют во множестве суеверий.

Почему так радовались англичане, заслышав крики кукушки? Потому что этот крик считался доброй приметой и сулил благополучие. Если викторианцы чем-то и отличались от нас с вами, так это более тесным общением с природой: содержание домашней скотины и охота вынуждали их то и дело обращать внимание на окружающий мир. Иногда эти наблюдения были вынужденными – кому же захочется, чтобы единственная корова (а у кого-то и призовая лошадь) пала от неведомой хворобы? Но чаще обычаи, приметы и суеверия просто врастали в привычный быт. В конце концов, если кто-то из млекопитающихся или чешуйчатокрылых случайно подвернулся под ногу – должен же в этом быть какой-то смысл?

На борту судна нельзя было произносить следующие слова: свинья, заяц, кролик, лиса, тюлень, церковь, священник, яйцо, кошка, крыса и, как это ни парадоксально, лосось. Если запретное словечко срывалось с губ, моряк хватался за железо. Приходилось прибегать к эвфемизмам: шотландские моряки называли лису «красная собака», а тюленя – «лысый зверь». Англичане именовали свинью «обедом на четырех ногах». Рыбацкие семьи разводили свиней, так что на суше моряк мог полакомиться окороком и расспросить жену о здоровье поросят. Упоминать свинью дома было не зазорно, но стоило рыбаку ступить на палубу, как все разговоры о животных с пятачками тут же прекращались.

Рыбная ловля на утлом суденышке диктовала свои страхи, и самое большое количество профессиональных суеверий рождалось в среде моряков.

К возникновению суеверий часто приводит атмосфера неуверенности и страха. В таких условиях суеверия дарят надежду, пусть даже иллюзорную. Именно с постоянным риском для жизни вкупе с невозможностью полностью контролировать свою судьбу связано большинство профессиональных суеверий.

Оригинальное предсказание бытовало в Йоркшире: если первым словом малыша будет «папа» – следующим родится мальчик, если «мама» – тогда девочка.

И, конечно, самые достоверные сведения о контрацепции содержались в местном фольклоре. Например, чтобы не забеременеть в течение двух лет, достаточно было две минуты подержать за руку покойника. Другим народным контрацептивом считались «деньги мертвеца». До конца XIX века в деревнях на востоке Англии принято было класть флорин на лоб усопшему исходя из древнего поверья, что таким образом он заплатит за свои грехи. Перед тем как заколачивали гроб, местная знахарка забирала себе флорин, чтобы перепродать его тем, кто не хочет иметь детей. К счастью, с монетой не нужно было делать ничего пикантного – всего лишь класть ее под подушку перед сном.

Разрешение на раздельное жительство выдавали и в менее серьезных случаях. Женщине не обязательно было в красках расписывать, как благоверный гонялся за ней с ножом. Хватало упоминания о том, что он подрывает ее авторитет в глазах прислуги. Хотя законодатели отказывали женщинам в других правах, право самостоятельно вести хозяйство и командовать слугами они считали неизменным.

Согласно одному поверью, тот, кто переступит через порог первым, обречен чистить обувь, так что супруги наверняка упражнялись в любезностях: «Проходи, дорогая! Спасибо, милый, после тебя». Но слишком долго переминаться с ноги на ногу они не могли, ведь у невесты были с собой головешки, прихваченные из родительского дома. С их помощью она разжигала очаг в своем новом жилище. В Шотландии молодую жену встречала свекровь: сначала ломала у нее над головой каравай, затем подводила к камину и вручала кочергу, символически передавая ей власть над огнем. В Уэльсе невесту переносили через порог, но не для того, чтобы продемонстрировать мужскую силу и женскую несостоятельность. Наступать на порог считалось опасным, так что невесту уберегали от беды.

Всем известна традиция ловить букет невесты, но популярной она стала только в XIX веке. До этого в ход шли любые другие предметы. Например, через голову невесты бросали свадебный пирог. Среди подружек завязывалась потасовка, и каждая девица норовила урвать кусок побольше. В северных областях Англии похожим образом использовали сыр. Невеста отрезала кусок сыра, а девушка, схватившая его первой, должна была вскоре выйти замуж. Для мужчин существовал усложненный вариант – битва за нож, которым невеста отрезала кусок сыра. Тот из гостей, кто первым схватит нож и не порежется, женится в следующую очередь. В Дареме подружка невесты бросала в толпу ее чулок. Та, на кого он упадет, вскоре наденет свадебное платье. Согласно источникам XIX века, в более древние времена с чулками забавлялись иначе. Гостей зазывали в спальню, где молодая пара уже восседала на кровати в одежде, но без чулок. Одна из девушек брала чулок жениха, вставала у изножья, поворачивалась спиной и швыряла чулок левой рукой через правое плечо. Точно так же поступали и остальные незамужние девицы. Та из них, что попадет чулком в лицо жениху, будет следующей на очереди к алтарю. Поскольку нравы были грубыми, холостяки точно также обходились с невестой. А самые меткие юноша и девушка начинали присматриваться друг к другу – вдруг им предстоит пожениться? Извлечь выгоду из чужой свадьбы можно было и с меньшими усилиями. Достаточно потереться плечами с молодоженами, и сам скоро окажешься на их месте.