Глава 2

Утром Покровский приехал на работу с опозданием. Его парикмахер заметил, что волосы у него немного поредели и рекомендовал специальный уход за кожей головы. Эта фраза, произнесенная как-бы между прочим, вывела его из себя. Она была последней каплей, доканавшей Алексея Ивановича. Не говоря ни слова он сорвал с себя накидку и быстрым шагом ушел прочь, оставив парикмахера в замешательстве.

После утреннего происшествия, он позвонил психотрапевту Эльзы и сразу же поехал к нему.

– Дайте мне успокоительное, – перебил он врача, когда тот начал задавать совершенно бессмысленные, на его взгляд, вопросы.

– Алексей Иванович, прежде чем назначить лечение, мне необходимо знать, какую проблему мы с вами будем решать?

Не говоря больше ни слова, Покровский вынул из кармана шерстяного пиджака толстый кошелек и вывалил на стол врача неприличную сумму денег.

– Поговорим в другой раз. Сейчас мне нужно успокоительное.

– Хорошо, – кивнул врач. – Но сначала расскажите, что произошло сегодня утром?

И Алексей Иванович рассказал. А закончив говорить об одном, рассказал и обо всем остальном. В том числе и о тех кошмарах, которые начали сниться ему с недавнего времени. Врач слушал его очень внимательно, делая какие-то записи в карте пациента. Когда Покровский закончил говорить, он не стал ни в чем убеждать его, не сказал, что проблемы-то в принципе и нет, а есть лишь отношение самого Алексея Ивановича к описанной ситуации.

– Я пропишу вам препарат, – сказал врач, выводя название в бланке рецепта, – он вам поможет снять тревожность и улучшит сон. Но вы должны мне пообещать: раз в неделю мы с вами будем видеться. А это, – указал он на деньги, – заберите. За прием оплатите в кассе по установленному тарифу.

Министр юстиции посмотрел на врача и удовлетворенно кивнул большой головой. Этот невысокий сухонький человек вызвал в нем уважение и доверие.

– Хорошо. Через неделю в это же время я буду у вас.

По пути на работу, Покровский попросил водителя заехать в аптеку купить лекарство, прописанное психотерапевтом. Приняв его прямо в машине, он ощутил мягкое тепло, разлившееся у него по телу. Да и все те мысли, не дающие ему покоя в последнее время, словно отступили. Даже утренний инцидент в парикмахерской показался ему смешным и нелепым. В таком настроении он и вошел в здание министрества, сел в лифт и…

Когда двери лифта уже почти закрылись, в проеме дверей появилась чья-то рука. Дверцы дрогнули и поползи обратно.

– Алексей Иванович! – Выдохнул помощник губернатора, протискиваясь в кабину лифта. – Вы уже слышали?

– Что я должен был слышать? – Не понял министр юстициий, улыбаясь мягкой, приветливой улыбкой. Он не обратил внимания на озабоченный вид помощника и сдвинутые к переносице брови.

– Пропал Арсений Петрович, министр финансов.

– С чего взяли, что пропал? Может уехал куда? Или ему нездоровится?

Помощник губернатора покачал головой, отрицая это предположение:

– Жена утверждает, что именно пропал.

Алексей Иванович почему-то вспомнил свою последнюю встречу с министром финансом. У них были добрые приятельские отношения в течение долгого времени. Арсений Петрович, не изменяя их давней традиции, пригласил его поужинать в загородный ресторанчик, где, помимо вкусной еды, можно было сыграть в покер. Покровский тогда обратил внимание, что Арсений был каким-то дерганым и беспокойным. Часто выходил в уборную, откуда возвращался еще более взвинченным и все время потирал кисть правой руки. Он заметил это, и когда они играли в карты. От его взгляда не ускользнуло и то, что приятель его значительно помолодел и посвежел. А ведь они были ровесниками. Когда они прощались, Арсений посмотрел на него, будто хотел о чем-то рассказать, но не решился. В тот момент Алексей Иванович не придал этому большого значения. Сейчас же, все эти странности сложились в одну картину, пробежавшую перед его глазами.

– Я бы хотел знать, – продолжил расспросы Покровский, идя по коридору рядом с помощником губернатора, – какие факты подтверждают версию об исчезновении?

Помощник остановился и уставился на него своими рыбьими, бесцветными глазами. Тонкие пальцы вцепились в пуговицу на пиджаке и крутили ее в разные стороны, что вызвало раздражение Покровского, мечтавшего в ту минуту, чтобы пуговица отвалилась к едрене фене и закатилась туда, откуда достать ее будет невозможно.

– Больше мне ничего не известно, – выговорил помощник и отпустил пуговицу. – Все что знал, я вам сообщил. Думаю, с вами свяжется следователь, которому поручили заняться этим делом.

Попрощавшись, мужчины разошлись. Войдя в свой кабинет, Алексей Иванович сразу достал мобильный телефон и набрал номер Арсения Петровича. Телефон отключен. Он ощутил щекотание под ребрами слева и неприятный морозный холодок, пробежавший по спине.

«Женщины склонны все преувеличивать», – подумал он. «Наводит его благоверная панику почем зря. Я уверен, скоро Арсений объявится и сам все объяснит. Просто мужик захотел отдохнуть. Загулял. С кем не бывает?». Но в душе он понимал, что его приятель никогда бы так не поступил.

На всякий случай он позвонил супруге министра финансов:

– Лерочка, ты чего шум подняла? – Спросил он, стараясь говорить как можно беззаботней.

– Алексей, – разрыдалась она. – И правильно подняла. Только тебя набрать хотела.

– Истерику прекратить, – скомандовал Покровский. – Когда последний раз видела Арсения и почему решила, что он пропал?

Услышав твердый, не терпящий возражений, тон министра юстиции, Валерия притихла и жалобно пропищала, что постарается взять себя в руки. Она и правда почувствовала облегчение, зная, что товарищ ее супруга, обладающим связями и неограниченными возможностями, взялся за дело. Вздохнув, она смачно высморкалась и рассказала следующее:

– С ним было что-то не так. Ты знаешь, я как-то застала его в гардеробной перед зеркалом, ругающимся с самим собой. Он так кричал. И ему казалось… – Лера резко замолчала, размышляя, говорить или нет. – Так вот, – решившись, продолжила она, – Ему казалось, что кожа с него слезает.

В телефоне раздались всхлипывания. Алексей Иванович терпеливо ждал, крутя в руке чернильную ручку, время от времени постукивая ее по столу.

– Арсению снились кошмары, но он не рассказывал о них. А вчера… – снова всхлипывает, – обмотался бинтами, прежде чем отправиться спать, но посреди ночи проснулся и бегом в ванную. Выскочил оттуда как ошпаренный и прямо в пижаме и тапочках сел в машину и уехал.

– Машину нашли?

– По геолокации. Он бросил ее в центре.

Алексей Иванович был сбит с толку рассказом Валерии, женщины здравомыслящей, несклонной к сентиментальности. «Действительно странно. Неужели Арсений умом тронулся?»

– Больницы обзвонили?

– Да. Ничего.

– В психиатрическую не звонила?

– Первым делом. И в морг. Нет его. Нигде. После этого вызвала брата. Он ночью своих сыскарей поднял.

– Я понял.

– Что будем делать?

– Сейчас же подряжу своих опричников. Они весь город перевернут, но Арсения найдут. Пришли мне информацию в сообщении, на какой из своих машин он уехал? Номер, марка. Где машину оставил.

– Алексей, спасибо тебе.

– Не за что пока.

– Кроме тебя никто его не найдет.

– Лера?

– Да?

– Давно с ним все это началось?

– Мммм, месяцев пять назад.

– С кем он общался? Не появилось новых знакомых?

– Не знаю даже. Мы такие вещи не обсуждаем. Хотя он упоминал, что встретил старого знакомого… по клубу что-ли. Но так. Вскользь. И больше они не виделись, насколько я знаю.

Разговор с Валерией взолновал Покровского. Все могло оказаться куда хуже, чем можно было предположить в начале. Тем не менее он был убежден, что в скором времени все разрешится благоприятным образом и Арсений найдется.