США. Пригород Вашингтона. Бетесда

Утром Майк выбрался из постели около восьми и, широко зевая, подошел к рабочему столу. На мониторе висело все то же окно обработки данных. Майк недовольно фыркнул. Неужели он что-то упустил? Немного поморщив лоб и задумчиво потрепав скудную бородку, он включил кофеварку и отправился в душ.

Только когда Майк в нерешительности стоял с полной кружкой кофе в руке, размышляя, сколько ложек сахара ему принять с утра, раздался победный сигнал компьютера. Майк схватил кофе и чуть ли не бегом бросился к рабочему столу. На экране светились два новых окна «ОБРАБОТКА ДАННЫХ ЗАВЕРШЕНА» и «ОТКРЫТЬ ДОКУМЕНТ?». Он еще раз вошел в программу управления паролем, проверил, можно ли безопасно открыть файлы и, убедившись, что ет скрытых ловушке, нажал «ENTER».

На экран выплыл титульный лист с гербом США, эмблемой МНБ и скромной надписью по центру:

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО. В ОДНОМ ЭКЗЕМПЛЯРЕ. ТОЛЬКО ДЛЯ ПРЕЗИДЕНТА США. ИТОГОВЫЙ ДОКЛАД ПО ПРОЕКТУ «ЛУННЫЙ СВЕТ»

Довольно ухмыляясь, Майк начал читать, но почти сразу, нервно закусив губу, остановился.

«Бред… Этого просто не может быть…». Он прочитал еще несколько страниц документа и отсутствующим взглядом уставился на экран монитора, чувствуя, как где-то внутри зашевелилось, обрастая холодными колючками, давно забытое чувство страха.

Попал… Влетел в дерьмо по самые уши… Ведь чувствовал, когда ввязывался, что материал в таких навороченных футлярах может оказаться опасным для здоровья. Очень опасным. Но предположить такое!!!

Вслушиваясь в гулкие удары своего сердца, которое, казалось, кричало: «Майки – не надо!», он открыл несколько приложений файла и, бегло просмотрев их, откинулся на спинку кресла. Это просто не могло быть правдой. Только не в Америке… Где угодно, только не в Америке…

Хакер потянулся за чашкой кофе, стоящей на столе рядом с клавиатурой, и увидел, что его пальцы мелко дрожат.

Может, это розыгрыш? Может, Марта просто пошутила над ним, подкинув липовый материал? Ведь придумать такое мог только конченый маньяк. А может, босс под шумок вчерашнего теракта еще раз решил проверить, не потерял ли он навыки взлома файлов с высшим уровнем защиты?

Майк поставил чашку и снова уставился на монитор. Почему-то он был уверен, что это не розыгрыш и что теперь с большой вероятностью его ждет масса проблем, если не самое худшее. Он прекрасно понимал, что происходит со случайными носителями правительственной информации пиковых уровней секретности.

Надо лечь на дно. И чем быстрее, тем лучше. В замешательстве он обвел взглядом просторную комнату, уже начиная прикидывать, что взять с собой и где отсидеться. Но что делать с материалом и Мартой?

Нервно подергав бородку, Майк выбрал один из знакомых Марте ников, написал и отправил на популярный форум короткое, вписывающееся в тему обсуждения сообщение, в котором два раза использовал слово «экстремальный». Затем набрал другой адрес, скопировал уже отправленное сообщение, перевел только что вскрытый им файл из текстового формата в формат изображения, чтобы сложнее было распознать документ в общем трафике, «пристегнул» его к сообщению и, задав сложный маршрут через запутанную систему азиатских прокси-серверов, кликнул на «отправить».

Два слова «экстремальный» в одном сообщении означали предельный уровень опасности. Марта, классный профессионал, лучший опер в фирме. Получив сообщение, она поймет, что нарвалась на что-то серьезное, и проверит свой почтовый ящик, скрытый на труднодоступном домене в Гонконге, через который они договорились держать связь. Майк много бы дал, чтобы посмотреть на выражение ее лица, когда она получит материалы. Он не сомневался, что ее естественной реакцией будет лечь на дно и переждать первую волну полицейской активности. А когда осядет пыль, она с ее связями и опытом найдет, куда пристроить материал за очень неплохие деньги, и, при удачном раскладе, поделится с ним. Как договаривались.

Отправив сообщение, Майк полностью очистил жесткий диск и удалил из компьютера все следы материалов и произведенных с ними манипуляций. Он почувствовал, как паника первых минут спадает и сознание, подавив волну адреналина, привычно начинает просчитывать варианты развития событий и возможную реакцию на них. Можно было и не шифроваться. Он представлял, что добрая половина всех спецслужб страны сейчас стоит на ушах, вычисляя утечку, и, если у них есть хоть малейшая зацепка за Марту, на него выйдут в течение нескольких часов или даже раньше.

Идиот! Зачем он в это ввязался? Надо было сразу сдать материал властям. Не вскрывая. Может, тогда и оставили бы в живых. Хотя, нет, вряд ли. Легче просто убрать свидетеля, чем ломать голову над тем, что ему известно.

Ругая себя последними словами, Майк опять потянулся за кофе, но вдруг почувствовал легкий солоноватый привкус во рту. Стало трудно дышать, нос как будто заложило, монитор компьютера, деформируясь, стал уплывать в глубину комнаты, чашка с кофе вытянулась и изогнулась, словно кланяясь ему. «Надо было допить сразу, а то сейчас разольется…» – пронеслась в угасающем мозгу шальная мысль, когда хакер уже валился со стула на бок, упуская последние нити связи с реальностью.

Глухо бухнул взрыв, выбивая замок прочной стальной двери. Секунду в дверном проеме, затянутом легким дымом, не появлялось ничего, кроме укороченной штурмовой винтовки необычно крупного калибра в полном тактическом обвесе с глушителем и универсальным прицелом. Пройдясь по комнате, точка лазерного целеуказателя остановилась на лежащем на полу теле Майка.

– Цель обездвижена, послышался неестественно приглушенный голос.

В квартиру, шаря стволами штурмовых винтовок по сторонам, скользнули две фигуры в черной экипировке городского спецназа и легких тактических шлемах, одетых поверх противогазов.

– Лево чисто…

– Право чисто… Сенсоры скрытых ловушек, чисто…

Пара бойцов, быстро осмотрев пространство в мертвой зоне слева и справа от двери, уверенно прошли вглубь квартиры. За ними появились двое агентов в штатском в легких газовых масках и еще один спецназовец, который, судя по уверенным движениям и по тому, что из оружия у него имелся лишь пистолет, так и оставшийся в кобуре, был старшим штурмовой группы.

– Вентиляцию помещения и коридора на максимум, – отдал команду один из агентов и, нагнувшись над телом Майка, проверил пульс. Второй направился к рабочему столу, сел в кресло и, бросив быстрый взгляд на футляр с грифом «Совершенно секретно» МНБ, забегал пальцами по клавиатуре, пытаясь восстановить последние действия, произведенные на компьютере.

Шумно заработала вентиляция. Один из бойцов поднял плотно закрытые жалюзи и распахнул окна, впуская вместе с легкими снежинками, пахнущий мегаполисом, холодный воздух. Старший штурмовой группы остался у входа, прислонившись к стене слева от двери так, чтобы она скрывала его от входящих.

– «Рокер-Один», «Рокер-Мастеру», – через несколько минут начал доклад агент за компьютером. – Мы нашли то, что искали. Футляр и карта памяти под контролем. Карта вскрыта. Данные извлечены. Доступ к данным невозможен. Компьютер объекта имеет несколько уровней защиты. Для работы необходимо стационарное оборудование или содействие объекта.

Агент некоторое время слушал инструкции, затем отдал в эфир приказ:

– Это «Рокер-Один». Пакуем объект и технику. «Рокеры-Два, Три, Четыре» остаются до прихода группы досмотра, контролируют периметр и передают точку федералам после окончания досмотра.

Закончив, он достал из внутреннего кармана похожий на авторучку миниатюрный анализатор токсичности воздуха и, взглянув на индикатор, объявил:

– Чисто. Следов газа нет.

Он снял противогаз, подошел к открытому окну и, надев тонкие инфракрасные очки, принялся вглядываться в темноту, в заснеженные крыши домов на другой стороне улицы. Даже зная расположение снайперов группы «Рокер-Два», он не смог найти ничего, что выдавало бы их присутствие.

К апартаментам, пробуксовывая на снегу, подкатила вместительная карета скорой помощи. Вышли санитары. К ним из подъезда и стоящей рядом патрульной машины направились двое полицейских, часть группы прикрытия «Рокер-Три». Через минуту «санитары» были уже в квартире. Погрузив Майка на носилки и упаковав компьютер и периферию в приличного размера металлический ящик, они, не говоря ни слова, удалились.

«Рокер-Один» из окна проследил, как они погрузили свою ношу в карету скорой помощи и уехали в сопровождении черного «Сабурбана».

«Когда же закончится этот снег? Не помню в Вашингтоне такой зимы», – подумал он и закрыл окно.

США. Пригород Вашингтона. Мотель

В семь часов утра она проснулась за пять минут до звонка будильника, быстро проверила почту, приняла контрастный душ, съела пару бутербродов и принялась ждать сообщения от Майка, просматривая в сети последние новости. Когда Марта в очередной раз открыла страницу форума, через который они договорились держать связь, там уже красовалось сообщение с двумя кодовыми словами «экстремальный», означавшими, что Майк уже проснулся, взломал код, и то, что он увидел, его очень напугало.

Девушка хмыкнула и, немного повозившись с китайскими иероглифами, набирая адрес, открыла почту, где уже висел прикрепленный файл. Через несколько минут, когда программа ввода пароля разрешила доступ к документу, она вывела на экран текст, еще раз хмыкнула, увидев титульный лист с названием проекта «Лунный Свет», и, пропустив оглавление, принялась читать.

Внимательно прочитав семнадцать страниц доклада и бегло просмотрев приложения, Марта отложила смарт и некоторое время отсутствующим взглядом смотрела перед собой. Через несколько минут, не одевая куртки, она вышла из номера на открытую галерею и, прислонившись спиной к промерзшей стене, глубоко вдохнула сырой, холодный воздух.

Снегопад уже полностью прекратился. Началась оттепель, и с крыши мотеля срывались редкие капли талой воды. Девушка зачерпнула ладонями с перил рыхлый мокрый снег и приложила его к лицу, стараясь сбить нахлынувшую волну жара. Сердце бешено колотилось, к горлу подкатил противный кислый комок, и она почувствовала, что ее начинает трясти, как тогда в Ираке после контузии.

То, что она узнала, не укладывалось даже в ее опаленном двумя войнами и залитом кровью десятков человек сознании. То, что она узнала, было не просто ужасно, это было чудовищно.

Через открытую дверь раздалось назойливое жужжание оставленного на столе смарта. Марта вернулась в номер и, открыв почту, увидела сообщение, отправленное с лэптопа, который она оставила в своей квартире подключенным к контрольной камере и датчикам движения. Значит в ее квартиру было проникновение. Вошла в соцсеть и набрала кодовые слова, под которыми должен был быть выложен видеоролик. Короткий клип висел в сети минут двадцать под названием «SWAT штурмует квартиру в Вашингтоне» и уже набрал несколько тысяч просмотров. Она открыла картинку и кликнула на «PLAY». На экране в полупрозрачном облаке дыма появилась вырванная взрывом дверь ее квартиры, в которую один за другим, шаря по сторонам стволами, врывались бойцы полицейского спецназа в полной боевой экипировке.

«Ну, вот ты и доигралась, подруга, – до крови закусив губу, подумала она. – Хотела адреналина? Будет тебе адреналин. По самое “не могу”.»

Прикусив от волнения губу, девушка отложила смарт, чтобы заглушить бешеный стук сердца, приняла таблетку успокоительного. Потом повалилась на кровать и закрыла глаза. Все оказалось гораздо сложнее, чем она себе представляла на трассе около взорванного «Сабурбана».

Теперь, когда уровень полученной ей информации ясен и игру можно считать проигранной, надо хорошо обдумать, как из нее выйти, оставшись живой.

США. Штат Мэрилэнд. Кэмп-Дэвид. Загородная резиденция президента США

Президент Соединенных Штатов Америки Кэролайн Лэйсон сидела с бокалом горячего ароматного глинтвейна в глубоком плетеном кресле напротив широкого панорамного окна, выходящего прямо на заснеженное поле для гольфа.

За окном ее младшая дочь с подругами, вывалявшись в снегу с головы до ног, пытались прицепить небольшие пластиковые санки к Чаку, огромному, лохматому годовалому ньюфаундленду, подаренному ей мужем в день инаугурации. Пес, смешно загребая лапами глубокий рыхлый снег, носился кругами, басовито лая и неуклюже увертываясь от попыток девчонок набросить на него петлю с санками.

Президент счастливо улыбнулась, подумав: «Я ведь добилась всего в жизни. У меня прекрасные дети, муж. Я – лидер самой мощной державы в мире. Во всяком случае, в военном отношении. И скоро Рождество. Вот оно – счастье.»

Конечно, бремя президентства не дает проводить с семьей столько времени, сколько хотелось бы. Но работа есть работа. Тем более, что сейчас страна подошла к поворотному моменту своей истории. Из-за самоуверенности, рожденной чувством превосходства, США полностью упустили инициативу, появившуюся после развала СССР в начале девяностых годов прошлого века. Вместо укрепления морального авторитета и обеспечения устойчивого лидерства, способного двинуть человечество вперед, Вашингтон, не сдерживаемый никем, два десятилетия упивался чувством полной безнаказанности, наводя свои порядки и насаждая свои взгляды по всему миру.

Развязав десяток войн и спровоцировав дюжину конфликтов, Америка так увлеклась своей новой ролью единственной супердержавы, что допустила элементарные просчеты у себя дома. Пока США наслаждались ролью мирового жандарма, внутри страны нарастала лавина проблем. Неспособность эффективно управлять собственной финансовой системой, бездумное потребление, растущие социальные обязательства и не подкрепленные ростом экономики огромные военные расходы спровоцировали мировой экономический кризис. Этот кризис в последние десять лет перешел в вялотекущую фазу с непродолжительными отрезками вялого роста. Он вогнал в депрессию основных союзников – Европу и Японию и вывел на мировую арену новых глобальных экономических лидеров – Китай и Индию, которые аккуратно сдвинули США с пьедестала. А оправившаяся после разрухи конца девяностых годов Россия стала реальным политическим конкурентом Америки в международных делах. К тому же сейчас большая часть населения планеты видела в Америке основной источник проблем и явную угрозу миру. Здесь уже ни о каком моральном лидерстве говорить не приходится.

Результат не заставил себя ждать. К ее президентству экономика страны переживала очередной период застоя, сопровождавшийся увеличением безработицы и ростом протестных настроений населения на фоне увядания экономики, подстегнутого огромным государственным долгом и постоянными секвестрами бюджета. Становилось все более очевидно, что Америка безвозвратно утратила глобальное экономическое и политическое лидерство, сохранив незначительное преимущество лишь в военной сфере.

Президент, вздохнув, отвлеклась от невеселых мыслей и снова посмотрела в окно.

Ее дочь, столкнувшись с подругой, со смехом повалилась в снег. Чак, улучив момент, вырвался из круга девчонок и, высунув огромный розовый язык, подымая широкими лапами фонтаны снега, помчался к ближайшим деревьям. Инструктор по дрессировке собак, стоявший неподалеку, нажал кнопку на пульте. Пес, получив легкий разряд тока из вмонтированного в ошейник устройства, резко остановился, оглядываясь в недоумении. Девчонки, волоча за собой санки, с визгом бросились к нему.

На столе тонко пискнул коммуникатор.

– Да? – чуть повернув голову, бросила президент.

– Мэм, сегодня у вас в одиннадцать встреча с Рэймодом и Фостером, – сообщила помощник. – Они в пяти минутах от Кэмп-Дэвида. Где бы вы хотели ее провести?

– Я их встречу здесь, – президенту не хотелось покидать эту уютную, скромно, но стильно украшенную к Рождеству гостиную, на минуту давшую ей ощущение счастья. – Да. И позаботься, пожалуйста, о напитках. Ты же знаешь Кроуфорда, он не упустит возможности пропустить стаканчик.

Сделалав глоток глинтвейна она щелкнула по гарнитуре смарта, взывая дочь, которая уже скрылась из вида.

– Джеси, девочка моя, я буду занята до обеда. Когда набегаетесь, не забывайте, что в малой гостиной вас ждет горячий шоколад с пирожными.

Бросив взгляд за окно, президент через деревья заметила, как по боковой аллее со стороны восточных ворот периметра медленно ползет лимузин вице-президента, и поняла, что ощущение счастья окончательно утеряно. Если Кроуфорд попросил о срочной встрече, да еще в компании экс-президента Фостера, значит, разговор будет серьезным. Она прокрутила в голове чрезвычайные ситуации последних дней: снежная буря на северо-востоке, вчерашний теракт, очередные сенатские слушания по госдолгу, очередной секвестр бюджета, блокада китайцами Тайваня. Ничего, что могло бы потребовать участия Фостера. Она пожала плечами и решила не мучить себя догадками.

– Госпожа президент! – бархатистым голосом пробасил вошедший Кроуфорд, обнимая ее за плечи и чуть прикасаясь своей щекой к ее щеке. – Как началось твое утро, Кэрол? Как девочки? Где опять пропадает муж?

– Заходите, господа. Присаживайтесь, – Лэйсон сделала приглашающий жест в сторону журнального столика, где помощник уже разместила чашки с кофе и ажурный поднос с выпечкой. – Рэй, только не говори, что вы с Дэвидом приехали сюда накануне Рождества, чтобы поинтересоваться моими семейными делами.

– Эх, Кэрол, хотел бы я, чтобы именно так и был. К сожалению, нам предстоит серьезный разговор и, поверь, мы этому совсем не рады. – Вице-президент окинул комнату рассеянным взглядом, который остановился на изящном графине с глинтвейном, покоящемся над небольшой горелкой на стеклянном сервировочном столике. – Ты не предложишь нам с дороги чего-нибудь горячего?

– Пожалуйста. Ты знаешь, где здесь бар.

Президент села в плетеное кресло возле журнального столика, давая понять, что готова начать разговор.

– Спасибо, Кэрол. Я ограничусь дозой кофеина, – сказал Фостер, садясь напротив и подвигая к себе чашку кофе.

– А я ограничусь бокалом глинтвейна, – Кроуфорд налил себе напиток и устроился за журнальным столиком. – А может и двумя. В моем возрасте надо ценить маленькие радости жизни.

– Брось прибедняться, ты еще тот крепыш, – отозвался Фостер, высыпав в кофе пакетик сахара.

– Однако, начнем, – вице-президент сделал большой глоток из бокала и, подняв глаза, многозначительно посмотрел на потолок.

Президент набрала код на своем смарте, включив экранирование гостиной и систему звуковой модуляции, защищающую от прослушивания.

– Госпожа президент… Мэм… – Кроуфорд одобряюще кивнул. – Я бы хотел посвятить вас в детали одного проекта, который мы, единственная страна в мире, обладающая глобальной ответственностью за его судьбу, начали двадцать лет назад. Проект этот настолько секретен, что на данный момент о нем знают единицы, включая трех человек, занимавших должности президента США до вас. Господин Фостер передал вам президентство в этом году и присутствует здесь для того, чтобы обеспечить преемственность ответственности за этот проект на высшем уровне власти.

– Судя по началу разговора, я напрасно обещала пообедать со своей семьей, – Лэйсон, чуть сдвинув брови, покачала головой.