Цитаты из книг автора «Джудит Гризел»

мы, вероятно, обладаем гораздо более сильным влиянием на условия собственной жизни и жизни других, чем осознаем или используем на практике.

оказывается, вся нервная деятельность обусловлена контекстом. Притом что наши мысли, чувства и поступки являются результатом нейрохимической деятельности мозга, факторы, инициирующие эту деятельность, находятся в основном за пределами мозга.

Принцип, которого не хватает всем этим формулировкам, – предоставить каждому возможность свободно искать путь к осмысленной жизни.

восстановление – это процесс раскрепощения, а не ограничения.

Горькая правда такова, что практически без исключений шанс любого из нас излечиться от какого бы то ни было хронического расстройства мозга остался примерно таким же, каким был всегда.

Не обязательно, чтобы сработали все четыре, но по достижении некоторого порога происходит своеобразный прорыв дамбы, восстановить которую практически невозможно.

Вот четыре первых: наследственная биологическая предрасположенность, обильный прием наркотиков, начало употребления в подростковом возрасте и способствующая наркомании среда.

Мое желание понять, почему же так выходит, отражало попытку объяснить мой личный крах, казалось бы, непостижимый никак иначе. Едва ли я была одна такая. Миллионы людей на планете пытаются разобраться в тех передрягах, в которых оказались они сами или их близкие. Сотни ученых, работающих сегодня, посвятили всю свою карьеру на изучение зависимости; терапевты и учителя со своей стороны пытаются лечить эту болезнь. Масштабы страданий так широки и так глубоки, что возможность их лечения, не говоря уж об излечении, большинству людей кажется Святым Граалем. В настоящее время эти поиски привели нас к совершенно противоположной моральной оценке этой проблемы, чем существовала век назад. На тот момент бытовало убеждение, что зависимость возникает из-за слабохарактерности. Когда люди спрашивают, почему такие, как я, просто не научатся некоторой дисциплине и умеренности и не станут делать более рациональный выбор, казалось убедительным предположить, что порицаемые люди попросту морально слабы. Предсказуемо, что в эпоху разума маятник качнулся в прямо противоположную сторону: мораль, характер и личная ответственность в данном случае роли не играют. Зависимые – просто жертвы биологического сбоя, а «выбор» как таковой сам может быть иллюзией. Есть повод для оптимизма, говорят нам: вскоре медицина научится это лечить.

Нельзя сказать, что мое поведение было каким-то из ряда вон выходящим. Практически все, кого я знала, употребляли вещества. Почему же они не одолели этих людей? Например, та девочка, вместе с которой меня отчислили из девятого класса, уверенно делала карьеру и при этом жила счастливой семейной жизнью, в то время как я загремела в лечебницу. Мы вроде пошли по одной и той же дорожке, поэтому несправедливо, что я тут продираюсь через грязь, а она словно идет легкой походкой по ровной улице. Казалось, что в мире полно людей, которые получили свой кусок пирога и едят его. В моей семье, кругу друзей и на работе все пили, а многие пробовали и другие наркотики, но каким-то образом они не опустились до того, чтобы торговать собой за последнюю дозу, сбывать с рук фамильные драгоценности или попадать в такие аварии, где машиной словно обернули столб. По всему миру на улицах и в клубах полно довольных собой наркоманов – они счастливы и лишь немножечко обдолбаны. Как объяснить тот факт, что лишь часть из нас вступает на тот путь

Однако постепенно свыкаясь с фактом, что это не я имею наркотики, а они имеют меня, я начала задумываться, как же это исправить.