Цитаты из книг автора «Джош Макдауэлл»

Современные «мягкие» атеисты предполагают, что, следуя дарвинизму, мы можем просто отказаться от Бога, как от Санта-Клауса, не наблюдая при этом полного крушения западной культуры – в том числе нашего представления о том, что разумно и нравственно. Старые атеисты хотя бы понимали, что, если мы будем действительно искренни в своем атеизме, вся сеть смыслов и ценностей, сосредотачивавшаяся вокруг идеи Бога в западной культуре, исчезнет вместе с ее организу

этой Личности сделали для возрождения и смягчения человечества больше, чем все рассуждения философов и призывы моралистов.[14]

Христианству было суждено представить миру идеал, который, посредством всех изменений, произошедших за эти восемнадцать веков, внушил сердцам людей страстную любовь; он оказался действенным для всех веков, народов, темпераментов и условий; стал не просто высшим образцом добродетели, но и сильнейшим мотивом к тому, чтобы практиковать ее… Простые воспоминания о трех кратких годах деятельности

не говорила о , я говорю об Иисусе Христе.

Христианство, ха! – заявил я. – Это для слабаков, которые не умеют мыслить, а не для интеллектуальных людей.

Я напоминал лодку в океане, которую несет по воле волн. У меня не было руля, не было контроля и направления.

ФИЛОСОФ XIII ВЕКА ФОМА АКВИНСКИЙ ПИСАЛ: «Каждая душа жаждет счастья и смысла жизни». Впервые я ощутил эту жажду, будучи подростком. Я хотел быть счастливым. Хотел, чтобы моя жизнь имела смысл. Меня стали волновать три основных вопроса, которые волнуют каждого человека: кто я? Зачем я живу? Куда я направляюсь?

Однажды один профессор сказал мне: «Если вы умный человек и если вы хотите найти истину, вы будете читать ту книгу, которая привлекает к себе больше внимания». Библия и есть та самая книга.

Во всей человеческой истории нет другой книги, кроме Библии, которая, в свою очередь, вдохновила бы так много других авторов на создание литературных произведений (Ramm, РСЕ’53, 239).

С Первой Книги Царств по Вторую Книгу Паралипоменон в Библии описываются примерно пять веков истории Израиля