Цитаты из книг автора «Джордан Питерсон»

Что меня беспокоит?», «Что я мог бы исправить?» и «Мне действительно хочется исправить это?»

Карьера и должность служат вам определенным образом или же не приносят пользы; также они уникальным образом взаимодействуют с другими аспектами вашей жизни. Вы должны решать, сколько времени тратить на одно и на другое. Вы должны решать, что отпустить, а к чему стремиться.

Это значит решить добровольно трансформировать хаос потенциала в реальность пригодного для жизни порядка. Это значит принять бремя сознающей себя уязвимости, принять конец бессознательного рая детства, где конечность и моральность осмысляются лишь только смутно. Это значит добровольно принять жертвы, необходимые, чтобы создать продуктивную и осмысленную реальность. Говоря языком древних, это значит действовать так, чтобы ублажить Бога.

Но стоять прямо, расправив плечи, – это не только физическое действие, ведь вы – это не только тело. Вы – это еще и дух, душа. Подняться физически также значит, что вы обязаны подняться в метафизическом смысле. Встать – значит добровольно принять бремя Бытия. Когда вы добровольно принимаете требования жизни, ваша нервная система реагирует на них совершенно иначе. Вы отвечаете на вызов, а не вязнете в катастрофе. Вы видите золото – клад дракона, а не пребываете в ужасе от самого факта существования дракона. Вы делаете шаг вперед, чтобы занять свое место в иерархии доминирования, занять свою территорию, заявить о своей готовности защищать, расширять и менять ее. Это может произойти на практическом или символическом уровне, как физическая или концептуальная перестройка.

Думать – значит слушать самого себя. Это сложно.

Они позволяют самцам бороться и подбирают себе любовников из тех, кто оказался наверху.

Как говорил великий русский драматург Антон Чехов: «Все, что не имеет прямого отношения к рассказу, все надо беспощадно выбрасывать. Если вы говорите в первой главе, что на стене висит ружье, во второй или третьей главе оно должно непременно выстрелить. А если не будет стрелять, не должно и висеть» Возможно, у прародительницы Евы было больше причин подходить к змеям, чем у Адама. Может быть, они могли охотиться на ее потомство, обитавшее на деревьях. Возможно, по этой причине дочери Евы более склонны защищаться, более застенчивы, пугливы и нервны по сей день (особенно в наиболее эгалитарных современных человеческих обществах)51. Как бы то ни было, змей сообщает Еве, что если она вкусит запретный плод, то не умрет. Больше того, ее глаза откроются. Она будет, как Бог, отличать добро ото зла. Конечно, змей сказал ей, что она будет подобна Богу не только в этом. Но, в конце концов, это же просто змей. Будучи человеком и желая узнать больше, Ева решает вкусить плод. Бац! Она просыпается: она сознательная, возможно, застенчивая – впервые в жизни.

Чтобы вести двойную игру в рамках этой фундаментальной двойственности, надо балансировать: одной ногой твердо укорениться в порядке и безопасности, а второй – в хаосе, возможности, росте и приключении. Когда жизнь неожиданно являет себя как сильный, захватывающий и осмысленный процесс, когда время идет, и вы настолько погружены в то, что делаете, что ничего не замечаете, – вот тогда и там вы находитесь аккурат на границе между порядком и хаосом.

Тело, со всеми своими разнообразными частями, должно работать, как слаженный оркестр. Каждая система должна хорошо играть свою роль, вступать в правильное время, иначе начнутся шум и хаос. Вот почему так нужна рутина. Действия, необходимые для жизни, которые мы повторяем изо дня в день, должны быть автоматизированы. Им следует превратиться в надежные, устойчивые привычки, чтобы быть для нас не сложными, а, напротив, предсказуемыми и простыми. Это очень хорошо видно на примере маленьких детей, которые восхитительны, забавны и игривы, когда спят и едят по стабильному расписанию, и ужасны, плаксивы и противны, когда это не так.

Я не мог понять, как могут системы убеждений быть для людей настолько важными, что они готовы рискнуть целым миром, лишь бы защитить их.