Красота стыдит уродство. Сила стыдит слабость. Смерть стыдит жизнь. А Идеал стыдит нас всех. Поэтому мы его боимся, поэтому он нас возмущает, поэтому мы даже ненавидим его.
Страдание – физическое, психологическое или умственное вовсе не должно порождать нигилизм – радикальное отрицание ценности, смысла и желания. Такое страдание всегда допускает разнообразные интерпретации.
Идеологии – это субституты настоящих знаний, и идеологи всегда опасны, когда приходят к власти, поскольку простой подход «Я все знаю» не соответствует сложности существования. Хуже того, когда их социальные изобретения не работают, идеологи обвиняют в этом не самих себя, а всех, кто смотрит на мир через упрощения.
Родители – это властители общества. Они учат детей вести себя так, чтобы другие люди могли взаимодействовать с ними разумно и продуктивно. Дисциплинировать ребенка – значит проявить ответственность. Это не гнев и не дурное обращение. Это не месть за проступок. Это осторожная комбинация милосердия и долгосрочной рассудительности.
Это очень хорошо видно на примере маленьких детей, которые восхитительны, забавны и игривы, когда спят и едят по стабильному расписанию, и ужасны, плаксивы и противны, когда это не так.
Если вы можете кусаться, обычно вам не приходится этого делать. Хорошо интегрированная способность отвечать агрессией и насилием скорее понижает, чем повышает вероятность того, что потребуется настоящая агрессия. Если вы говорите «нет» как только начинается цикл угнетения, и вы действительно имеете в виду то, что говорите (это значит, что вы недвусмысленно утверждаете свой отказ и стоите на своем), возможности угнетателя давить на вас останутся ограниченными.
Отступление, вызванное тревожностью, делает место, которое вы покинули, еще более пугающим. Отступление, вызванное тревожностью, делает личность меньше, а все более опасный мир – шире.