Удивительно, но именно Элисон впоследствии поддерживала общение с ней, пусть и урывками. Картины Фиби – и даже не столько сама живопись, но студия, атмосфера ее дома, образ жизни в целом и все, что ее окружало, – произвели неизгладимое впечатление на Элисон, и с тех пор искусство стало ее страстью. Ее мать вернулась из отпуска с новым бойфрендом, и вскоре они переехали к нему в Бирмингем. Поэтому в дальнейшем мы почти не виделись, но события той недели, что мы провели в Беверли, образовали между нами связь, которую было нелегко разорвать. Я стартовала с равнодушия к Элисон; затем был короткий период, когда я ее