Цитаты из книг автора «Джон Толкин»

Тук, одна из трех дочерей хоббитана Тука, жившего в Приречье, за маленькой речушкой, что течет у подножия Кручи. Соседи поговаривали, что давным-давно один из предков Старого Тука женился на эльфийке. Это, конечно, полная нелепица, но все же в Туках имелось что-то такое, совсем не хоббитовское, и время от времени родичи Туков, а то и они сами, находили приключения на свою голову. Иногда кое-кто из них исчезал неизвестно куда, а оставшиеся, когда их принимались расспрашивать, упорно отмалчивались, притворяясь, будто они ни о чем таком – ни сном ни духом… В общем, Туков, хоть они и были богаче, в Хоббитании уважали меньше, чем Торбинсов.

Никогда не смейся над живым драконом!

ующее утро двенадцать гномов и хоббит снова двинулись в путь, понимая, что если вс

На свете есть, кто может съесть Все, что на свете ни на есть, Все, что живет и что цветет, Сгрызет железо, сталь сжует, Пожрет и короля, и двор, И город, и вершины гор.

Это неслышимо, это незримо, Это нечуемо, неощутимо; Это над звездами и под землей, И в каждом доме, коль дом пустой; В начале было, в конце придет — Жизнь завершит и веселье убьет.

Хрум! Хруп! Гоблин груб! Грабь! Гробь! Дроби дробь! Вниз, вниз – заждались Там вас, мил друг. Кряк! Бряк! Да как – шмяк! Ключ – замок, дверь – порог! Плеть! Клеть! Гляди, впредь Дам в глаз, мил друг! Вам и впредь будет плеть! На бегу обожгу! У меня чтоб ни гу-гу! Вас тут ждут труд да труд, Чтобы гоблин жил, чтобы гоблин не тужил! Вниз, во мрак! Вот так, В самый раз, мил друг!

. Так ведь почем знать, куда тебе надо, пока не придешь.

Во дни мира и благоденствия хоббиты жили как жилось – а жилось весело. Одевались пестро, все больше в желтое и зеленое, башмаков не носили: твердые их ступни обрастали густой курчавой шерсткой, обычно темно-русой, как волосы на голове. Так что сапожное ремесло было у них не в почете, зато процветали другие ремесла, и длинные искусные пальцы хоббитов мастерили очень полезные, а главное – превосходные вещи. Лица их красотою не отличались, скорее добродушием – щекастые, ясноглазые, румяные, рот чуть не до ушей, всегда готовый смеяться, есть и пить. Смеялись до упаду, пили и ели всласть, шутки были незатейливые, еда по шесть раз на день (было бы что есть). Радушные хоббиты очень любили принимать гостей и получать подарки – и сами в долгу не оставались.

Во дни мира и благоденствия хоббиты жили как жилось – а жилось весело. Одевались пестро, все больше в желтое и зеленое, башмаков не носили: твердые их ступни обрастали густой курчавой шерсткой, обычно темно-русой, как волосы на голове. Так что сапожное ремесло было у них не в почете, зато процветали другие ремесла, и длинные искусные пальцы хоббитов мастерили очень полезные, а главное – превосходные вещи. Лица их красотою не отличались, скорее добродушием – щекастые, ясноглазые, румяные, рот чуть не до ушей, всегда готовый смеяться, есть и пить.

«Прощу прощения, что заставил ждать», – вот что он собирался сказать Гэндальфу.