Цитаты из книг автора «Джон Колеман»

«Брукингский институт» Посвящает свою работу тому, что называется «национальной повесткой дня». Составил программу президента Гувера, «Новый курс» президента Рузвельта, программу администрации Кеннеди «Новые рубежи» (отклонение от нее стоило жизни Джону Ф. Кеннеди), а также «Великое общество» президента Джонсона. В течение последних 70 лет Брукингский институт от имени Комитета 300 в значительной степени определяет политику правительства Соединенных Штатов.

18 июля 1974 года этот великий ревнитель закона предоставил с соответствующей помпезностью «обвинения» против Никсона; этот эпизод был передан по национальному телевидению. Не было ни одного доказательства, что Никсон сделал что-либо заслуживающее импичмента.

В 1983 году я написал две работы: «Тавистокский институт – несущий зло и смерть» («The Tavistock Institute: Sinister and Deadly») и «Тавистокский институт: британский контроль над политикой США» («The Tavistock Institute: Britain’s Control of U.S. Policy»), основанные на тавистокских секретных пособиях, которые попали в мои руки. В этих работах методы и действия Тавистокского института описаны весьма подробно.

частные колебания между суровыми дисциплинарными мерами и обещанием хорошего обращения вкупе с распространением противоречивых новостей делают когнитивную структуру ситуации неясной, то человек теряет представление и уверенность в том, приведет ли его какой-либо конкретный план к желаемой цели, или же, наоборот, отдалит от нее. В таких условиях даже те личности, которые имеют четкие цели и готовы пойти на риск, оказываются парализованными сильным внутренним конфликтом в отношении того, что следует делать».

В этой книге я уже частично излагал методологию Левина, но, учитывая типичность примера случая президента Ричарда Никсона, я думаю, ее стоит повторить: «Один из главных методов подавления морального духа посредством стратегии устрашения состоит в точном соблюдении следующей тактики: нужно держать человека в состоянии неопределенности относительно его текущего положения и того, что его может ожидать в будущем.

Когда новость об этом назначении дошла до высшего командования советских Вооруженных Сил, маршал Огарков вызвал трех своих высших генералов Варшавского Договора из Польши и Восточной Германии, и они весело поздравляли друг друга и распивали шампанское до самой ночи. Все время пребывания Хейга в должности Командующего силами НАТО профессиональные элитные кадры советских Вооруженных Сил, люди, которые всегда были только профессиональными военными, относились к Хейгу крайне презрительно и открыто называли его «офис-менеджером НАТО». Они знали, что Хейг обязан своим назначением КИМД, а не военным Соединенных Штатов.

Многие операции ИПИ освещены в моем труде «ИПИ – новый взгляд» («IPS Revisited»), опубликованной в 1990 г.

было приказано прослушивать телефон некоего Генри Брэндона, агента МИ-6, которого не проинформировали об этом. Брэндон же вдобавок оказался репортером лондонской «Таймс», и Киссинджера едва не сместили с поста, так как никому не позволено поступать подобным образом с лондонской «Таймс».

Киссинджер также потребовал и получил право надзора за «40-м Комитетом», сверхсекретным агентством, которое имело задачу решать, где и когда начинать тайную подрывную деятельность, а затем отслеживать операции, которые оно запускало в действие.

Суть операции Киссинджера и «Круглого стола» состояла в следующем: по распоряжению председателя КИМД Эндрю Шоэнберга (Andrew Schoenberg) была заблокирована деятельность всех организаций, имеющих отношение к разведке, в результате чего президент Никсон перестал получать прямую оперативную информацию. Это означало, что Киссинджер и его сотрудники получали всю оперативную информацию от американских и зарубежных разведслужб, а также от всех правоохранительных органов США, включая Пятый отдел ФБР, до того, как эта информация представлялась президенту. Это гарантировало полное сокрытие информации обо всех террористических организациях и операциях, контролируемых МИ-6 в США. Это была сфера компетенции Гальперина.