Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Правила виноделов

Добавить в мои книги
1602 уже добавили
Оценка читателей
4.13
Написать рецензию
  • bigminipig
    bigminipig
    Оценка:
    255

    Третья книга флэшмоба — полёт отличный!
    Когда мне было слегка за семь, нам одно время регулярно приходил журнал «Акушерство и гинекология». Врачей в семье не было, интересующихся, насколько я знаю, тоже, но упоротые упорные почтальоны настойчиво пытались нас этим делом увлечь. И вот, много лет спустя, это удалось Джону Ирвингу.
    Открыв незнакомого автора, думала, что тут же с головой окунусь в бочонки с вином и семейные тайны, почувствую терпкий вкус интриг и сидра, ан нет! С разбега меня окунули совсем в другое. И только страниц через 500 читалки, когда я уже и сама начала подумывать открыть гинекологическую практику (настолько подробно автор знакомит с тонкостями дела), появляется Дом, сидр и правила. Тут я окончательно втянулась и начала получать удовольствие от авторского стиля и фантазии. Ирвинг виртуозно, очень детально, плетёт своё длинное макраме из событий и судеб. Все его герои, главные и второстепенные, очень выразительные, легко представить себе каждого — Святого Лесовика Кедра, Солнышко Гомера, Барби и Кена – Кенди и Уолли, интересен и колоритен образ Мелани, и я уже молчу про пони *выразительно подмигивает*.
    А в целом прозу Ирвинга я бы описала его же словами, вся она из «мелких подробностей, составляющих самую плоть жизни».
    На очереди экранизация, а в очереди — другие книги автора. И кстати, кто уже подружился с ним, посоветуйте, пожалуйста, каким романом лучше продолжить знакомство?

    Читать полностью
  • nad1204
    nad1204
    Оценка:
    155

    Как же я боялась браться за эту книгу, а в результате читала не отрываясь.
    Книга-потрясение. Про неё невозможно что-то написать, чтобы было понятно о чём она. Начнёшь пересказывать сюжет — получится банальная мелодрама. А это совсем не соответствует действительности. Это не мелодрама и не семейная сага. Хотя частички всего этого есть в романе, но они просто тонут в социальной драме густо замешанной на излишнем реализме, щедрой провокации и человеческой плоти.
    И несмотря на это — роман прекрасен! Это просто жизнь во всех её проявлениях. Не всегда красивая, не всегда удобная, поворачивающаяся к нам разными сторонами.
    Аборты и рождение. Жизнь и смерть. И всё это в одних руках.
    Кто мы такие, чтобы судить? И что гуманней: рождение нежеланного ребёнка, обречённого на сиротство и одиночество, или избавление от беременности? (Если что, то вопрос риторический. У каждого своё мнение. Я, лично, поддерживаю доктора Кедра, как бы это не было жестоко.)
    Как так можно: любить двоих? Ложь во спасение или гнусный обман близких людей? Опять же — у каждого своё мнение и каждый по-своему прав.
    Это — роман-заноза. И тащить её — думать о нём больно. И не тащить — нарывать будет.
    Сложный, глубокий, интересный.
    По-моему, я нашла для себя ещё одного замечательного автора.

    Читать полностью
  • Burmuar
    Burmuar
    Оценка:
    137

    Слякотным февральским вечером (ну что за гадость - дождь в феврале!), усадив мужа стрелять каких-то монстров за компьютер и уложив ребенка в полезный развивающий коврик, я тихонько пробралась на кухню, предварительно расчесав волосы и смыв с плеча кусочки срыгнутого банана, налила себе полный бокал "Киндзмараули" и приготовилась к свиданию с одним из тех мужчин, чьи ум, чувство юмора и банальная гениальность не оставляют меня равнодушной.

    ...свидание затянулось на неделю...

    Мы говорили о многом. И начали, конечно же, с названия.

    Я: Джон, ты вообще в курсе, что в одном из переводов твоя книга зовется "Правилами виноделов". Я вот даже читать ее не начинала без бокала, а теперь себя чувствую дурой.
    Ирвинг: Виноделов? А при чем тут вино? Я писал о сидре, который у нас в Америке вообще безалкогольный.
    Я: Ну, скажем прямо, ты не о сидре писал. Ты о таких малых вещах не пишешь, потому что, милый, просто не способен на это. Не с твоей глобальностью.
    Ирвинг: Ладно, ты права. Сидра мне маловато. Не могу же я читателю, взявшему в руки мой толстенный роман, рассказать об одном только производстве сидра.
    Я: Конечно! Ведь, чтобы сидр сделать, надо для начала яблоки собрать, а чтобы их собрать, они должны вырасти.
    Ирвинг: Вот-вот! И я о том же!
    Я: А заодно можно и технологию проведения аборта во всех подробностях рассмотреть, не забыв также о родах с осложнениями и без оных...
    Ирвинг: Нет! Ну скажи! Это что, лишним было? Или тема не душещипательная? Никого же равнодушным не оставит!
    Я: Так-то оно так! Ты тролль знатный. Только вот с душещипательностью ты чуток переборщил. На кой ляд было описывать этот тупой любовный треугольник, одним концом улетающий воевать и временно пропадающий без вести?
    Ирвинг: Да не глупи! Неужели не поняла, в чем тут соль? Я же побаловал и себя, и тебя тем, что взял этот, как ты его зовешь, тупой любовный треугольник и поставил его таким матом в системе координат, что она стала даже не четырхмерной, а вообще n-мерной.
    Я: Да я-то поняла, но поначалу злило. А еще как-то кровушки было маловато. Хотя... Что-то я всех абортированных не посчитала. Вместе с ними как раз в меру получается.
    Ирвинг: Именно. А вообще как, понравилось?
    Я: Джон! Дурацкий вопрос! Если я сбегаю к тебе на свидание от любимых мужа и ребенка, урываю часы от собственного сна и готова читать хоть одним глазком, когда мою посуду...
    Ирвинг: Понятно. Значит, я написал обычный для себя гениальный роман.
    Я: Точно.

    Читать полностью
  • panda007
    panda007
    Оценка:
    99

    Эта книга не могла мне понравиться по определению. Дело в том, что Джон Ирвинг - моралист, а меня от моралистов тошнит. Вот Льву Толстому Ирвинг бы очень понравился. Ведь действуют они по похожему принципу - ненаучно-фантастическому. Берётся идеальный герой с несущественными недостатками и Миссией. И проводится сквозь враждебный мир, заполненный моральными и нравственными уродами. Только если Толстой бичует нравы на полном серьёзе, Ирвинг разбавляет всё это так называемым гротеском. Попросту говоря, зубоскальством.
    "Я грешен, я сам себе омерзителен, – повторял Гомер, чувствуя фальшь каждого слова", - пишет автор. Вот и я читала, чувствуя фальшь каждого слова. Искренне завидую всем, кто был так увлечён этой книгой, что начав её, не мог остановиться, пока не прочитал. Я засыпала над каждой страницей. Уроды меня не забавляли, "правильный" главный герой не прельщал, занудный доктор раздражал, жизнь в приюте казалась тупой и бессмысленной.
    Это типично "мужская" литература, в которой много теоретизирования и представлений, но совершенно нет ни психологизма, ни живого чувства. Если уж говорить о сагах, то даже "кинематографичные" и компактные "Ламентации" Хагена куда как лучше.
    Бесконечное упоминание лобков, крайней плоти и содомии, тоже симпатии к автору не прибавило.

    Переводила всё это Марина Литвинова, та самая, чьи переводы Гарри Поттера обвиняли во множестве ляпов и, главное, в навязывании морали, которой у Роулинг не было в помине. Может, и с Ирвингом вышло также?

    Читать полностью
  • bezkonechno
    bezkonechno
    Оценка:
    52

    Почти впервые у меня такая ситуация - не знаю, что написать и как. Это одна из самых объемных книг во флэшмобе. И объемна она во всех смыслах. Она тяжела и глобальна. О справедливости, о семье, о людях, об отношениях, о жизни... И это далеко не полный список проблем, которые затронуты в этой книге. В истории Ирвинга, в этой тысяче с лишним электронных страниц — история человечества. Вечная история: не история прошлого, не история настоящего и не история будущего. Она просто была, просто есть сейчас, просто будет всегда. Время внесет свои коррективы, но они не значительны. Суть всегда остается: будут и приюты, и брошенные дети, и нерожденные, и доктора, осуществляющие Божий замысел; а с другой стороны будут богачи, они тоже попадают в экстренные ситуации. Несмотря на небедную жизнь им не чужды и хорошие черты, и великие поступки: будет Уолли, не всегда различающий реальность, будет Кенди, в принципе редко попадающая в затруднительное положение, будет трудяга Олив и несчастный Сениор, недуг которого спишут на зависимость... И множество других немаловажных людей. Все они будут. Они есть сейчас. Все они играют главную роль.
    У этих людей совсем разный жизненный опыт, но они пресекаются, перенимают опыт друг друга, взаимодействуют, борятся с проблемами и создают их...
    Такова жизнь. Круговорот. Вечный. Настоящая жизнь, гротескная, жестокая, разная... Очень много боли в этой истории. Очень много вопросов она задает, ответить на них однозначно очень трудно. Но, наверно, возможно. Просто не сразу. Об этой книге непросто писать, ее трудно читать - трудно от реальности - ее трудно осознать до конца. На это нужно время. Но я очень довольна, что прочла. Эта книга - огромный опыт. Опыт с привкусом эфира и яблочного сидра, опыт отнюдь не ограниченный Правилами виноделов...

    Читать полностью
  • Оценка:
    Прекрасная и очень глубокая книга.
  • Оценка:
    великолепно !