Слова, как и имена, обладают великой силой. Произнесешь какое-нибудь слово, и взять его обратно уже невозможно, ибо это связано с серьезными, даже необратимыми последствиями.
В четыре часа вернулась Анук – уставшая, довольная и по уши в грязи. Я наполнила ванну, сняла с дочери грязную одежду и окунула в горячую воду с медовым ароматом. Пока я купала дочь, Жозефина заварила чай с лимоном, и потом мы все вместе сели полдничать шоколадным пирогом, бриошами с ежевичным джемом и крупными сладкими абрикосами из теплицы Нарсисса.
Подозрительность, Мадо. Подозрительность и гордость. Вот что губит Ле Салан. Люди цепляются за свои камни, стареют, боятся перемен – они скорей дождутся, что их смоет начисто, чем примут разумное решение и проявят немножко предприимчивости.
От матери я научилась всему, из чего я создана. Искусству обращать поражение в успех, вытягивать вилкой пальцы, дабы отвратить беду, шить саше, варить зелье, верить в то, что встреча с пауком до полуночи приносит удачу, после – несчастье…
Вот такая незамысловатая душа. Теперь она безмятежна, в ладу с миром. Ая, напротив, из мерзкого духа противоречия все чаще теряю покой. И все же я завидую ей. Так мало нужно, чтобы привести ее в это состояние. Немного тепла, несколько тряпок из моего гардероба, свободная комната, где она сама себе хозяйка… Как цветок, она тянется к свету, бездумно, не анализируя процессы, что ею двигают. Мне бы так.