Она смеялась со мной, весело качаясь в своем кресле, но мне запомнился не ее смех, а то, что скрывалось за ним, – лихорадочная страсть, безысходное ликование.
Мне нравится думать, что все мы возрождаемся. В новом организме – не старом и не больном. А может, в птице или в дереве. Но на самом деле этого никто не знает.