Цитаты из книг автора «Джерри Тонер»

принуждать к послушанию, используя жесткие методы. Необходимо сломить дух раба. Именно из-за присутствия духа некоторые гордые племена отказываются сдаваться, потерпев поражение в бою

Приобретению влияния и власти я обучался с детства, направо и налево раздавая команды обслуживающему персоналу:

Современную литературу по саморазвитию изобрел человек с говорящей фамилией – Сэмюэл Смайлз[7], чья книга «Помоги себе сам: с иллюстрациями характера и поведения» стала викторианским бестселлером (1859). Ее феномен отчасти объясняется тем, что народная мудрость больше не устраивала стремительно менявшееся под влиянием индустриализации общество. Одновременно люди оказались оторваны от традиционных источников наставлений, поскольку переселялись из сельской местности в города. И наконец, растущее значение личности, а не общины, требовало, чтобы эта личность «обрела себя» и выработала принципы самоидентификации. С тех пор индустрия саморазвития процветает. Книга Дейла Карнеги «Как завоевывать друзей и влиять на людей» (1936) разошлась 15-миллионным тиражом, а книга Наполеона Хилла «Думай и богатей» (1937) достигла невероятных продаж – 70 миллионов экземпляров. Другие важные вехи жанра – «Сила позитивного мышления» (1952) 8, «Семь навыков высокоэффективных людей» (1989) 9, «Где мой сыр?» (1998) 10 и «Тайна» (2006) 11. Среди книг, которые концентрируются на психическом и сексуальном здоровье, – «Исцели свою жизнь» (1984) 12 и «Мужчины с Марса, женщины с Венеры» (1992) 13. В 1940-х и 1950-х годах появилась изящная сатира на жанр – книги Стивена Поттера «Искусство победы в игре» и «Наука превосходства»; из более новых – «Дневник Бриджет Джонс» Хелен Филдинг.

Дион Кассий в «Истории Рима» (60.16) рассказывает об Аррии, отважной жене Цецины Пета. Описание похорон представителей высших классов взято из «Всеобщей истории» Полибия (6.53). Анекдоты можно найти в единственном сохранившемся древнем сборнике анекдотов «Любитель посмеяться» («Филогелос»). Несколько вызывающий черный юмор, возможно, был единственной защитой римлян перед лицом высокой смертности и внезапной кончины близких.

Римлян отличало несколько лицемерное отношение к роскоши. С одной стороны, они охотно пользовались всеми благами империи и тратили на себя огромные деньги. С другой – часто воспевали мифический золотой век, когда простые и понятные римские ценности были еще чисты и незапятнанны (комментарии Фалкса основаны на «Истории Рима» Ливия, 39.6, и «Естественной истории» Плиния Старшего, 9.58.117– 118). Возможно, этот диссонанс отражал тревогу о том, что граждане Рима, построившие империю благодаря своей суровости и стойкости, разнеживаются под влиянием многочисленных излишеств и роскоши, которые доступны в Риме.

Многие умирали родами, так что мачехи были явлением распространенным, и считалось, что собственных детей они будут предпочитать доставшимся от покойной предыдущей жены мужа (см., например, «Толкование снов» Артемидора, 3.26, или «Жизнь Эзопа», 37). Ребенок юридически не существовал, пока отец не примет его в семью, что обычно происходило на восьмой или девятый день после рождения. До этого срока на полном усмотрении отца было решение, оставить ребенка или выбросить. Нас это шокирует, но в мире, где не существовало контроля рождаемости кроме календарного, аборт был, скорее всего, так же опасен, как роды. Поэтому избавление от новорожденного следует рассматривать как разновидность послеродового аборта. Даже сегодня люди горячо спорят о том, какой момент следует считать началом человеческой жизни, приемлемы ли аборты и до какой степени они могут быть дозволены законом. В Риме эту черту проводили после рождения. Сенека пишет, что некоторые отцы предпочитали избавляться от слабых и увечных младенцев, нежели содержать их («Контроверсии», 10.4.16), но другие авторы утверждают, что достаточно было родиться под несчастливой конфигурацией звезд (см., например: Фирмик Матерн. «Восемь книг об астрологии», 1.7.20).

Смертность в римском мире была очень высокой, особенно в городах. Многие источники указывают на то, что почти треть детей погибала на первом году жизни, а до десяти лет доживало меньше половины. Этот прискорбный, но простой факт означал, что римское общество с огромной силой давило на женщину, требуя рожать. В среднем, чтобы только поддерживать численность населения, каждая женщина должна была произвести на свет пять или шесть живых младенцев, не считая выкидышей и мертворожденных.

Форма тоги и способ ее носить на самом деле полностью не изучены. Описание Квинтилиана («Наставления оратору», 11.3) призвано подчеркнуть, каким сложным был этот наряд. Во многом именно бесполезность тоги как одежды делала ее такой ценной в качестве статусного маркера. Складка на груди называлась sinus, поэтому втереться в доверие стало называться insinuate[5]

Федр («Басни», 3, предисловие) и Квинтилиан («Наставления оратору», 5.11.19) объясняют происхождение басен.

Рабы не могут выражать чувства открыто, опасаясь наказания, и облекают их в занятные истории. Басни восходят не к Эзопу, как принято считать, несмотря на то, что известны под его именем. Вероятно, первым, кто записал их, был Гесиод. Особенно они по нраву простому, необразованному люду, который все понимает буквально и согласен на все, лишь бы развлечься.