Цитаты из книг автора «Джеймс Фенимор Купер»

Если бы негодяя преследовали и слабым женщинам недоставало лошадей, чтобы не отстать от отряда, Магуа мог бы скальпировать пленниц; но когда неприятель не идет по пятам, Магуа не тронет и волоска на их голове. Тот, кто думает, что минг может дурно обращаться с женщиной, не знает ни индейцев, ни законов леса.

Почему же он так долго молчал? – тихо проговорил Дункан. – Было бы удивительнее, если б он заговорил без разрешения.

Постоянная привычка уважать приказы старших приучила разведчика подчиняться, поэтому, бросив последний взгляд на далекие пироги, он отложил ружье в сторону и, сменив усталого Дункана, взялся за весло.

Отец и сын обменялись спокойными вопросительными взглядами, чтобы узнать, не пострадал ли кто-нибудь из них от выстрелов; оба отлично знали, что ни один не позволил бы себе крикнуть или сказать хоть слово, если бы что-то случилось с ним.

Господи! Господи! Вот оно, мужество белого человека, граничащее с безрассудством, как и многие другие поступки белых! – воскликнул разведчик. – Неужели вы думаете, что сагамор, или Ункас, или даже я стали бы раздумывать, следует ли прибегнуть к уловке, когда нельзя бороться открыто?

разведчик протянул ладонь и произнес имя Щедрая Рука – прозвище, данное Дункану всеми дружескими племенами за его щедрость.

И несмотря на это, терпению и сдержанности спорящих друзей могли бы поучиться самые почтенные министры на любом совещании.

Для глаз белых нет разницы между кожей одного или другого индейца, а вот сагамор говорит, что это кожа с головы минга, и даже называет племя, к которому принадлежал бедный малый, так свободно, как если бы скальп был страницей книги, а каждый волосок – буквой.

Вместо поспешного пространного рассказа, в котором белый юноша старался бы передать – а может быть, и преувеличить – события, происшедшие на темной равнине, молодой воин довольствовался сознанием, что его дела сами будут говорить за него. Действительно, для индейца в данное время не представлялось случая похвастаться своими подвигами, и, вероятно, не задай Хейворд вопрос, не было бы произнесено ни слова об этом деле.

Ему казалось, что между жителями лесов существует какое-то тайное понимание, ускользающее от его ума.