Цитаты из книг автора «Джеймс Фенимор Купер»

Сквозь грубо разрисованную маску невозможно было рассмотреть выражение лица дикаря, но Дункану оно все же показалось скорее печальным, чем свирепым. Голова его была, по обычаю индейцев, обрита, за исключением пучка волос на макушке; в волосах свободно висели три-четыре соколиных пера. Изорванный ситцевый плащ наполовину прикрывал его тело; нижняя одежда состояла из обыкновенной рубашки, рукава которой заменяли туземцу штаны. Колени его были голы и страшно изранены терновником, ноги же обуты в мокасины из хорошей оленьей кожи. У индейца был печальный и жалкий вид.

Так как главные достоинства певца заключаются в его глотке и ногах, то его пустили первым, а остальные прошли по его следам.

Тот, кто думает, что минг может дурно обращаться с женщиной, не знает ни индейцев, ни законов леса. Правда, лошади здесь, но гуроны ушли. Надо искать дорогу, по которой они отправились.

Было бы удивительнее, если б он заговорил без разрешения. Ваши молодые люди, которые набираются знаний из книг и исчисляют весь свой опыт страницами, воображают, что их знания, как ноги, опередят в беге ноги отцов. Но там, где учителем является опыт, ученик усваивает привычку ценить старших, уважать их годы и знания.

Плуты любят слышать звуки своих ружей, но среди мингов не найти ни одного, чей глаз мог бы верно прицелиться в пляшущую пирогу!

Из пирог позади раздались громкие восклицания: «Великий Змей!», «Длинный Карабин!», «Быстроногий Олень!» Казалось, эти возгласы придали еще больше рвения преследователям.

Кто желает выиграть в войне с индейцами, не должен быть настолько горд, чтобы отказываться от хитрости, – ответил разведчик. – Держись ближе к берегу, сагамор. Мы обходим плутов, и, может быть, они попробуют пересечь нам дорогу.

Вот-вот. Теперь-то в ваших словах есть смысл, так как вы исходите из религии и честности. Одно дело – направить полк своих солдат утихомирить стычку между индейцами и пленниками, а совсем другое – задабривать гнев дикаря, чтобы он забыл свой нож и ружье, называя его своим сыном.

Дункан заметил, что и о нем говорилось: разведчик протянул ладонь и произнес имя Щедрая Рука – прозвище, данное Дункану всеми дружескими племенами за его щедрость.

Поэтому, хотя онайды служат англичанам, я не задумался бы и сам пристрелить негодяя, если бы счастливый случай свел нас. – Это было бы нарушением нашего договора. – Когда человеку приходится часто вступать в сношения с каким-нибудь народом, – продолжал Соколиный Глаз, – и люди там честные, а сам он не мошенник, то между ними возникает любовь. Но любовь между могиканином и мингом очень схожа с приязнью человека к змее.